Автор lарtорwritеr « HеRоS LаMеNT сH. 01»
ГОРЕЧЬ ГЕРОЯ. Часть 1.
Данный рассказ не является продолжением рассказа "Герой". Их связывают только героические поступки главных героев и что потом получилось. Рассказ имеет 2 части. Приятного чтения.
*****
— Ах, ах, ах", - кричала она с каждым толчком. "О Боже!" Ее длинные светлые локоны яростно разлетелись во все стороны, когда она крепко зажмурилась и откинула голову назад, обезумев от страсти. Ее гладкое тело блестело от пота, когда мужчина, лежащий внизу, снова и снова входил в нее. "О, ДА, ДА, Я...Я..."
Одним последним сильным толчком он глубоко вошел в ее небесные врата. Ее хватка вокруг его талии усилилась в ответ на любовные спазмы его тела. С примитивным ворчанием Тайлер выпустил теплый эликсир жизни в мягкую пещерку влагалища своей жены.
Когда ее эйфорический транс экстаза медленно отступил, Нэнси рухнула рядом со своей любовью. Вместе они изо всех сил пытались взять под контроль свое тяжелое дыхание.
— Ух ты, - усмехнулась Нэнси. - Прошло много времени с тех пор, как мы могли это сделать, особенно в воскресенье утром.
— Угу, - ответил Тайлер, все еще тяжело дыша. - Ты... - он сделал еще один глубокий вдох, - ты думаешь, мы могли бы уговорить твоих маму и папу брать детей каждые выходные? - пошутил он.
— Я могла бы попробовать, - пошутила она в ответ.
— Иди сюда, ты - Тайлер обнял свою жену с тринадцатилетним стажем и притянул ее ближе. - Я уже говорил тебе сегодня, что люблю тебя?
Она хихикнула.
— Все эти "О Боже" считаются "Я люблю тебя"? Если это так, то я бы сказала только около двадцати или тридцати раз, до сих пор.
Он все еще держал ее в объятиях, переворачивая на спину. Он посмотрел ей в глаза и улыбнулся.
— Я люблю тебя, - сказал он ей, прежде чем прижаться губами к ее губам.
Нэнси удерживала его в таком положении, положив руку ему на затылок.
С двумя детьми дома у них редко появлялся шанс заняться настоящей любовью, как сейчас. Обычно они быстро входили и выходили, стараясь не шуметь, но в этом редком случае они занимались этим часами.
Прервав поцелуй, Тайлер взглянул на часы, затем закрыл глаза и опустил голову в притворном отчаянии.
— Что? - спросила Нэнси, поворачиваясь, чтобы посмотреть, на что он смотрит. - Вот дерьмо, - заметила она, увидев время. - В десять тридцать? Нам нужно принять душ и одеться. Папа и мама будут здесь с детьми через полчаса.
Тайлер опустил голову и еще раз поцеловал свою прекрасную жену.
— Ладно, красавица, вернемся к реальности. Честно говоря, я все равно не думаю, что смогу снова его поднять.
— Если бы у нас было больше времени, я бы восприняла это как вызов, - ответила она с улыбкой, затем еще раз быстро чмокнула его в губы, прежде чем сесть. - Ладно, красавчик, давай примем душ. У нас есть тридцать минут.
На самом деле прошло тридцать пять минут, когда счастливая парочка спустилась по лестнице. Тайлер открыл внутреннюю дверь и отпер сетчатую дверь. Воздух позднего лета был свеж после вчерашнего дождя. - Черт возьми, на улице великолепно, дорогая. Думаю, я разожгу гриль на обед.
Тайлер вышел на улицу, чтобы понежиться в теплых лучах солнечного света. На другой стороне улицы его сосед, Кевин Чермак, как раз запускал свою газонокосилку. Он поднял глаза и помахал Тайлеру, который помахал в ответ. Несмотря на то, что они были соседями в течение последних двух лет, они так и не стали хорошими друзьями. Тайлер подумал, что он, вероятно, нормальный парень, они просто вращались в разных кругах, у них были разные друзья. Его жена дружила со Сьюзен, женой Кевина, лучше, чем он с Кевином.
— А вот и они, дорогая. - крикнул Тайлер в дом, когда ее родители подъехали с детьми.
Нэнси вышла из дома и вслед за мужем спустилась на крыльцо, чтобы поприветствовать всех, кто выходил из машины. Дети были первыми. Кристофер и Лиэнн обняли своих родителей.
Чуть медленнее выбирались из машины мама и папа Нэнси. Нэнси обняла их обоих. Тайлер стоял лицом к улице и готовился поприветствовать своих родственников, когда тот пустился наутек. Он был единственным, кто видел, как это произошло, но остальные слышали леденящий кровь крик. Когда они все посмотрели в одном направлении, Тайлер был уже на полпути через улицу.
Приблизившись, он увидел, что дела обстоят хуже, чем он опасался. Кевин лежал на земле; его лицо превратилось в маску агонии. Его штанина была разорвана в клочья и пропитана красным. На ноге у него была большая рана, и кровь хлестала из раны, как из питьевого фонтанчика.
— Звони 911, - крикнул Тайлер. У него никогда не было медицинского образования, но он сразу понял, что Кевин перерезал артерию. Он расстегнул ремень и вытащил его, затем обернул вокруг бедра соседа, просунул конец в пряжку и затянул так туго, как только мог.
Сьюзен была на кухне, в задней части дома, но услышала шум и выбежала. Она чуть не упала в обморок при виде мужа, лежащего в луже крови.
Отец Нэнси все еще искал свой телефон, когда они все собрались на ужасной сцене.
— ЧАРЛЬЗ, -снова крикнул Тайлер, чтобы подтолкнуть тестя к действию, - скорее звони 911.
Нэнси бросилась к Сьюзен и обняла ее, когда бедная женщина упала на четвереньки и начала блевать в траву.
Чарльз закончил экстренный вызов и теперь помогал Тайлеру натягивать самодельный жгут. Хотя Кристоферу было всего двенадцать, в нем было много от отца. Он снял легкую куртку, которая была на нем, скомкал ее и засунул под голову Кевина. Маленькая ЛиЭнн отвернулась от окровавленного места и, зарывшись лицом в защитную грудь бабушки, заплакала.
Минуты казались часами. К тому времени, как прибыли медики, вокруг собралась небольшая толпа обеспокоенных соседей.
— Хорошо, мы возьмем управление на себя, - сказал один из них, когда они заняли позицию. Один сделал Кевину укол, а другой наложил более профессиональный жгут. Они опустили каталку на уровень земли и перевезли его. К тому времени, как его посадили в грузовик, у третьего врача скорой помощи уже был готов I-V.
— Это его жена, - крикнула Нэнси одному из спасателей. - Она может поехать с вами?
— Да, но ей придется ехать впереди, - ответил один из них.
Нэнси помогла обезумевшей женщине забраться в фургон. Секунду все просто стояли и смотрели, как "скорая помощь" с ревом сирены отъезжает. Один из соседей стоял рядом с Тайлером.
— Что случилось?
— Я не совсем уверен, - ответил Тайлер. - Я был на другой стороне улицы и просто увидел это краем глаза. Он шел за косилкой и вдруг отпрыгнул назад...Может быть, споткнулся; во всяком случае, когда он это сделал, он потянул косилку за собой. Проклятая штука пробежала прямо по его ноге.
Мужчина посмотрел на кровь, запятнавшую траву.
— Хорошо, что ты это видел, Тайлер, он бы, наверное, истек кровью до смерти, если бы ты этого не сделал.
Тайлер ничего не сказал. Он просто сделал то, что должен был сделать.
— Давайте все, мы больше ничего не можем здесь сделать, пойдем домой.
Когда он собрал свою семью, вся толпа тоже начала расходиться. Как только Тайлер благополучно доставил всех домой, он сделал все возможное, чтобы успокоить нервы каждого.
— Мама, папа, что вам принести выпить, ребята? - спросил он своих родственников, когда они сели в гостиной.
— У тебя есть лимонад? - спросила Нелл, его теща.
— Кажется, Нэнси приготовила его специально для тебя, мама, - с улыбкой ответил Тайлер.
— Я так и сделала, дорогой. Он на верхней полке в холодильнике, - подтвердила Нэнси.
Следующим заговорил Чарльз: - Принеси мне пива, пока ты там, сынок.
— Дети, если вам что-нибудь нужно, приходите и возьмите сами, - крикнул Тайлер из кухни.
Когда он вернулся в гостиную с напитками, его раненый сосед все еще был главной темой разговора. Все очень волновались. ЛиЭнн было всего восемь лет, и она, вероятно, была самой беспокойной. Она спрашивала свою мать, умрет ли Кевин. Нэнси заверила ее, что с ним все будет в порядке.
Тайлер как раз собирался попытаться направить разговор в другое русло, когда заметил выражение лица своей жены. - Что? - спросил он, глядя на нее.
— Мне нужно в больницу, - объявила она. - Я только что поняла: у нее нет ни сумочки, ни удостоверения личности, ни машины, ни ключей; у нее даже нет денег на такси, чтобы добраться домой. Дом тоже открыт. Я должна пойти туда и запереть дом, а потом съездить и отдать ей ее сумочку.
Она была права. Сьюзен запрыгнула в машину «скорой помощи» ни с чем. - Я поеду, - вызвался Тайлер. - Ты останешься здесь и развлечёшь своих родителей. Я пойду в соседнюю дверь и все запру.
— А как насчет ее сумочки? - спросила Нэнси.
— Я найду ее. Я отвезу ее в больницу, - сказал он жене.
— Почему бы мне не пойти с тобой? - предложил Чарльз. - Я могу последовать за тобой на их машине. Таким образом, у нее будет возможность вернуться домой.
— Это было бы здорово, если ты не возражаешь, папа.
Они сказали всем, что вернутся через час, и ушли, чтобы быть добрыми самаритянами. Добравшись до больницы, они подошли к столу в приемном покое. Тайлер привлек внимание одной из медсестер и начал говорить.
— Простите, мэм, мы хотим видеть Сьюзен Чермак? Ее муж пришел с раной в ноге и.....
— Тайлер...
Его прервал женский голос, который увидел его, когда она выходила из отделения неотложной помощи.
Он почти не узнал ее. Ее глаза были ужасно красными и опухшими от слез, а лицо было в пятнах от слез.
— Сьюзен, как у него дела?
— Его сейчас везут в операционную. Я как раз направлялась в приемную.
— Ну, мы заперли твой дом для тебя, так что не беспокойся об этом. Мы также принесли твою сумочку. Я убедился, что твой телефон и бумажник были внутри. Чарльз последовал за мной сюда на твоей машине. Он припаркован во втором ряду на стоянке "А". Ключи тоже здесь, - сказал он, поднимая ее сумочку.
— О, спасибо, спасибо. Я даже не подумала обо всем этом. У меня не было ни телефона, ни чего-то еще, - сказала она, беря сумочку. - Тайлер, Кевин обязан тебе жизнью. Я слышала, как медики в машине скорой помощи сказали, что, если бы ты не остановил кровотечение ремнем, Кевин умер бы до того, как они добрались туда.
Она, очевидно, прополоскала рот, но он все еще чувствовал запах рвоты в ее дыхании, когда она протянула руку и поцеловала его в щеку.
— Я не знаю, как мы сможем отплатить тебе, - сказала она ему.
— Не говори глупостей, - скромно ответил он. - Я просто рад, что был там.
Благодарная жена обняла его и прижала изо всех сил. - Спасибо, спасибо, спасибо, - пробормотала она ему в грудь.
Чарльзу не терпелось рассказать семье о герое среди них, но Тайлер воспринял все это со смирением и на самом деле просто хотел провести день, хорошо проведя время с семьей.
Весь понедельник Нэнси постоянно проверяла, нет ли на другой стороне улицы признаков жизни, но до раннего вечера не видела ни одного.
— Тайлер, похоже, это дом Сьюзен. Я собираюсь пойти туда, чтобы узнать, как дела у Кевина. Ты хочешь пойти со мной?
— Дорогая, она, наверное, устала. Почему бы тебе не подождать до завтра? Я уверен, что с ним все в порядке.
— Я не задержусь надолго. Я просто хочу узнать, не нужно ли ей чего-нибудь.
— Хорошо, - ответил Тайлер. - Ты иди сама. Я останусь здесь с детьми. Но не задерживайся надолго. Сомневаюсь, что она много спала.
Когда Сьюзен открыла дверь и увидела стоящую там Нэнси, она была действительно в восторге. Как бы она ни устала, она испытывала огромный стресс, и ей просто нужно было с кем-то поговорить.
Она была в халате и попросила Нэнси приготовить кофе, пока она быстро примет душ. Нэнси подумала, что уже немного поздно начинать пить кофе, но внутренние часы Сьюзен не отличали ночь от дня после того, как она провела последние тридцать часов у постели мужа.
Успокаивающая вода была такой приятной, что она потратила целых двадцать минут, затем натянула пару спортивных штанов, прежде чем присоединиться к своей соседке на кухне. Нэнси начала разливать кофе, как только вошла Сьюзи.
— Вот, держи, - сказала Нэнси, ставя чашку с горячим варевом перед благодарной женщиной.
Губы Сьюзен растягиваются в легкой улыбке, когда она делает глоток, а затем ставит чашку обратно. - Ммм, спасибо. Кофе из автомата в больнице был настолько плохим, что я не могла его пить.
— Ну, как он?
— С ним все будет в порядке, - ответила она, - благодаря твоему мужу. Им пришлось оперировать, чтобы восстановить артерию, поэтому ему наложили гипс, и он некоторое время будет без ног, но через месяц или около того он будет как новенький.
— О, это замечательно, Сьюзи. Я так рада это слышать.
— Спасибо. Знаешь, иногда мы можем упустить из виду, как сильно мы кого-то любим. Когда я увидела Кевина, лежащего во дворе со всей этой кровью, я подумала, что точно потеряю его. Даже в отделении неотложной помощи он был таким белым, что выглядел ужасно. Все, о чем я могла думать, это о том, что, если он не выживет, - она на мгновение задумалась, заново переживая свой страх. - Я признаю, что у него есть некоторые острые углы, и иногда мне кажется, что я хочу убить его сама, но я...я не знаю, что бы я делала без него, Нэнси...Я...Я. ..
Давление, наконец, добралось до нее. Беспокойство сдерживало другие ее эмоции, но она больше не могла сдерживаться. Она закрыла лицо руками и позволила слезам хлынуть водопадом.
Нэнс подошла к ней, обняла за плечи и позволила выплакаться.
Через пару минут Сьюзен снова начала успокаиваться. -Я так благодарна Тайлеру, - всхлипнула она, вытирая глаза. - Я не знаю, как мы сможем отблагодарить его. Он спас Кевину жизнь.
— Ну что ж... ты же знаешь Тайлера, он очень скромно относится ко всему этому. Он говорит, что просто рад, что увидел это и смог что-то сделать.
Нэнси слушала, что Сьюзен пережила со своим мужем в больнице. - Как долго он там пробудет? - спросила она.
— Его продержат еще два-три дня, а потом он вернется домой. У меня скоро отпуск, так что я буду работать, пока его не отпустят, а потом останусь дома, пока он не сможет передвигаться самостоятельно. Сначала он должен оставаться в постели, подперев ногу.
Сьюзен посмотрела на подругу с выражением вины на лице.
— Знаешь, мне ужасно неловко даже думать об этом, но... Ну, сейчас он работает на заводе с четырех до двенадцати, и мы почти не видимся, разве что по выходным, а они всегда так заняты...
Сьюзен снова показала свою вину, посмотрев на стол и сделав еще один глоток кофе, прежде чем продолжить.
— Не пойми меня неправильно. Я не рада, что это случилось, но было бы здорово провести с ним немного времени, понимаешь, о чем я?
— Конечно, - ответила Нэнси. - Тайлер дома каждый вечер, но с детьми мы не очень хорошо проводим время вместе.
— Хм, - пошутила Сьюзен, - жаль, что наши мужья не более заботливы. - Она увидела озадаченное выражение на лице Нэнси. - Ну, я дома одна всю ночь, а ты одна весь день. Если бы они поменялись местами, мы бы видели их все время.
— О, да, - ответила она со смешком. - Я думала о том, чтобы найти работу на неполный рабочий день, чтобы не сидеть дома каждый день, но трудно найти такую, где я все еще могла бы быть дома для детей после школы. Это нарушение сделки для Тайлера.
— Да, вот почему у нас с Кевином никогда ничего не было...ну, на самом деле, я думаю, это было мое решение не заводить детей. Я всегда была ориентирована на карьеру. Просто, казалось, никогда не было хорошего времени...
Сьюзен просто позволила своим словам улетучиться, в то время как она, казалось, отключилась на секунду, прежде чем снова посмотреть на Нэнси.
— Ты думаешь, это слишком поздно... у тебя есть дети, я имею в виду? Черт, мне тридцать три года. Кевину через пару лет исполнится сорок; ты думаешь, что уже слишком поздно заводить детей?
— Нет, вовсе нет, Сью. Черт возьми, в наши дни женщины заводят детей далеко за сорок.
Нэнси увидела, что ее подруга глубоко задумалась, прежде чем ответить.
— Может быть, пришло время...Я имею в виду...что-то подобное происходит, и это заставляет тебя смотреть на вещи по-другому, понимаешь. Я подожду, пока он не почувствует себя лучше, но когда он поправится, я поговорю с Кевином. Внезапно я хочу больше, чем просто дом, я хочу детей - я хочу семью.
Две дамы разговаривали до тех пор, пока все не выговорили. Наконец, почувствовав усталость от пережитого, Сьюзен объявила, что идет спать. По дороге домой Нэнси обдумывала слова Сьюзен о том, что она потеряла представление о том, как сильно любит своего мужа. Она почувствовала, как от стыда у нее округлились глаза. Она была виновна в том же самом.
— Ты как раз вовремя, дети как раз собирались ложиться спать, - сказал Тайлер, когда она вошла в дверь. - Разве не так, дети?
— А-а-а, - послышался протест двух молодых.
Не говоря ни слова, Нэнси подошла к своему мужчине, обняла его за шею и страстно поцеловала. Когда они оторвались друг от друга, Тайлер увидел блеск в ее глазах.
— С Кевином все в порядке? Ты плачешь.
Немного смутившись, она вытерла слезы и усмехнулась.
— С ним все будет в порядке. Мы со Сью говорили о том, как много значат для нас наши мужья, вот и все. Наверное, я немного расчувствовалась.
Тайлер наклонился и снова прижался губами к ее губам.
— Блин, почему бы вам, ребята, не снять комнату, - прокомментировал Крис с дивана.
Оба родителя не могли удержаться от смеха. Это заставило их снова разойтись.
— Ладно, умник, хватит с тебя, - отругал Тайлер, пытаясь подавить веселье. - Наверх, вы оба, пошли, завтра в школу.
— О, хорошо, - простонали брат и сестра. Крис чувствовал, что он слишком взрослый, но ЛиЭнн крепко обняла маму и папу и поцеловала, прежде чем побежать наверх.
К понедельнику все почти пришло в норму. Нэнси отправила детей в школу, а мужа - на работу. Стоя на крыльце, прощаясь со своим уходящим героем, она посмотрела на другую сторону улицы. Машины Сьюзен не было. Она вспомнила, как ее соседка сказала, что будет работать, пока они не отпустят Кевина.
С легким вздохом Нэнси вернулась на кухню, где убрала посуду после завтрака, затем налила себе еще одну чашку кофе. Как и много раз в прошлом, она села и начала мечтать о том, чтобы получить работу на неполный рабочий день. Ей нужно было чем-то заняться. Время между тем, как все покидали дом и возвращались домой, было похоже на чистилище. Сколько раз человек может убираться, ходить по магазинам или смотреть дневное телевидение. Она занималась этим годами, и ей было скучно до слез.
Из всех их друзей она была единственной женой, которая не работала. Может быть, пришло время попробовать еще раз. Она пыталась и раньше, но безуспешно. Она обсудила это с Тайлером, и хотя он был без энтузиазма, он поддержал ее... но только если она все еще сможет быть рядом с детьми, когда они вернутся из школы. Вот в чем была проблема! Просто вокруг не было ничего, что предлагало бы такие часы. Она даже пыталась стать волонтером в некоторых благотворительных организациях, но когда она сказала им, что ей придется уехать в два тридцать, они сказали ей, чтобы она забыла об этом.
Что ж, размышляла она, делая еще один глоток кофе; пора снова серьезно заняться поисками. Может быть, на этот раз мне повезет больше. Пока она размышляла о том, какая работа может быть доступна, ее мысли обратились к другим мыслям; ужасным, постыдным мыслям. Мысли о предосудительных поступках, которые человек способен совершить от одиночества и скуки. Ее зрение затуманилось, и она почувствовала, как по щекам текут слезы.
Немного позже на этой неделе Нэнси увидела, что машина Сьюзен все еще стоит на их подъездной дорожке, когда Тайлер уехал на работу. Она перебежала улицу и позвонила в колокольчик.
Сьюзен ответила так, словно собиралась выйти из дома.
— О, привет, Нэнси, я как раз собиралась заехать за Кевином. Сегодня его отпускают.
— Я поняла это, когда увидела твою машину на подъездной дорожке. Могу ли я чем-нибудь помочь?
— Ах, нет, не сейчас, но спасибо, что спросила.
— Конечно, - ответила Нэнси. - Ну, ты знаешь, где я, если тебе что-нибудь понадобится.
Сьюзен еще раз поблагодарила ее и отправилась в больницу, а Нэнси вернулась домой, чтобы продолжить поиски работы. Было чуть за полдень, когда она увидела, как они подъехали. Нэнси смотрела в окно, как Сьюзен вылезла со стороны водителя, затем поспешила обойти машину сзади, чтобы открыть пассажирскую дверь. Она потянулась на заднее сиденье и вытащила пару костылей для своего медлительного муженька. Вместе они исчезли в доме. Нэнси чувствовала себя обязанной помочь Сьюзен и очень хотела пойти туда, но решила уважать их частную жизнь. Только в пятницу она решила, что снова предложит свою помощь.
Сьюзен пригласила ее войти с широкой улыбкой.
— Я как раз шла в продуктовый магазин и подумала, не нужно ли тебе чего-нибудь, пока я там? - спросила Нэнси.
— Спасибо, но я запаслась до того, как Кевин вернулся домой. Прямо сейчас мой холодильник трещит по швам, - усмехнулась Сьюзен. - Но заходи. Не хочешь поздороваться с Кевином? Он в спальне. Сначала я просто войду и удостоверюсь, что он в приличном виде.
— Нет, нет, все в порядке. Я не хочу его беспокоить, Сью.
— Чепуха, - ответила она. - Ты не будешь его беспокоить. Я уверена, что он хотел бы увидеть кого-нибудь, кроме меня. Последние два дня я не оставляла его одного. Ну же.
Сьюзен взяла ее за руку и повела в комнату для гостей. Они остановились за углом от двери. Сьюзен говорила громко, чтобы Кевин мог ее услышать.
— Дорогой, Нэнси пришла посмотреть, как у тебя дела. Ты что, прикрылся?
Ответа не последовало.
— Может быть, он спит, - быстро предположила Нэнс. Действительно...Я не хочу его беспокоить.
— Нет, он не спит. Я только что была там. - Сьюзен еще немного повысила голос: - Милый, ты меня слышишь?
— Ах, да, я слышал. Ладно, я в безопасности.
Кевин наблюдал через дверной проем, как две дамы завернули за угол и появились в поле зрения. Даже в его состоянии, видя их вместе, Кевин не мог не фантазировать о тройке с чем-то. Легкая улыбка появилась на его лице, когда он представил это в своем воображении
- Как ты себя чувствуешь?— Повезло, - сказал он ей. - Повезло, что я остался в живых, благодаря Тайлеру.
— Расскажи ей, как ты это сделал, - попросила Сьюзен.
— Ах, это кажется таким глупым, оглядываясь назад. Я не хочу, чтобы все знали, что я боюсь змей.
— Это лучше, чем когда все думают, что ты просто неуклюжий, - поддразнила его улыбающаяся жена.
Кевин рассказал своей соседке короткую историю аварии. Наверное, это было бы забавно, если бы это чуть не стоило ему жизни.
В тот вечер, когда ее семья села ужинать, Нэнси повторила рассказ о его несчастном случае.
— Я сегодня ходила и видела Кевина, - начала она.
— Как у него дела? - спросил Тайлер.
— У него все хорошо. Он рассказал мне, что произошло в тот день. Ты не поверишь, что он пытался сделать...
— Я сдаюсь, - пошутил Тайлер.
— Убить змею, - продолжила она.
— Змея, - заявил Крис. - Единственный вид, который у нас здесь есть, - это Ужи, мама. Они не могут причинить тебе вреда.
— Да, но это его напугало. Должно быть, он только что прошел мимо змеи с косилкой и, вероятно, напугал ее. Во всяком случае, она выскочила прямо перед ногами Кевина. Он запаниковал и попытался оттащить косилку назад, чтобы убить ее, но в то же время отпрыгнул назад и споткнулся.
Для такого способного человека, как Тайлер, ему было трудно поверить, что кто-то может быть таким безрассудным.
— Почему он не отпустил косилку? На этой чертовой штуке есть выключатель. Если бы он сразу отпустил, двигатель сразу же заглох бы.
— Как я уже сказала, он запаниковал. Его рука замерла на ручке.
— Блин, - сказал Тайлер, качая головой, - все это из-за ужа. Как давно он здесь живет, ради всего святого. Он никогда раньше не видел змею?
— Я думаю, это просто удивило его, дорогой. Он также попросил меня поблагодарить тебя за то, что ты спас ему жизнь. Он очень благодарен тебе. Он пару раз сказал, что не знает, как он когда-нибудь отплатит тебе. Он надеется, что ты придешь к ним, чтобы он мог поблагодарить тебя лично.
— Скажи ему, что в этом нет необходимости, дорогая. Но когда ты увидишь его снова, скажи ему, что если он действительно хочет отплатить мне, он должен купить какое-нибудь средство от змей для своего двора.
Это вызвало смех у всех за столом.
В течение следующих нескольких недель отношения между двумя семьями нормализовались, хотя Нэнси и Сьюзен, казалось, были ближе, чем до аварии. Тайлер так и не подошел, чтобы поприветствовать своего спасенного, и Кевин вернулся к работе с четырех до двенадцати, и их пути не пересекались. Прошло почти семь недель, прежде чем Кевин увидел свой шанс.
Была середина субботнего утра. Кевин выглянул в окно и увидел Нэнси перед их домом. Обе машины стояли на подъездной дорожке, так что можно было поспорить, что Тайлер тоже где-то поблизости.
— Дорогая, я собираюсь поговорить с Тайлером. Я еще не сказал ему, как я ему благодарен.
— Хорошо, - ответила Сьюзен. - Почему бы тебе не пригласить его и Нэнси на ужин сегодня вечером? Скажи им, чтобы привели детей.
— Это звучит как хорошая идея. Я так и сделаю, - ответил он, выходя.
Тайлер работал в гараже, но ему нужно было отлить. Он как раз выходил из туалета, когда выглянул в окно и увидел Кевина, переходящего улицу. Он не разговаривал с ним после несчастного случая, поэтому предположил, что его сосед придет сказать спасибо. Он подошел к сетчатой двери, но остановился, не решаясь выйти наружу, и просто смотрел, как Кевин подошел и встал позади Нэнси. Она пропалывала клумбу под окном и все еще стояла на коленях в грязи. Она не слышала его приближения, но почти шестым чувством почувствовала, как по спине пробежал холодок, когда она почувствовала присутствие своего соседа. Она встала и попятилась, чтобы между ними было немного пространства.
— Чего ты хочешь, Кевин?
Тайлер уже собирался выйти на улицу, но заколебался, заметив беспокойство жены. Он достаточно хорошо знал свою жену, чтобы понять, когда она напряжена. Что-то было не так, он чувствовал это. Не нужно было быть экспертом, чтобы понять язык их тела. У Тайлера возникло неприятное чувство. Он заметил, что его жена нервно оглядывается по сторонам, вероятно, чтобы посмотреть, не наблюдает ли кто-нибудь за ними.
— Что, черт возьми, происходит? - подумал он. Он знал, что из-за разницы в освещении они не могли видеть его за ширмой, поэтому он оставался вне поля зрения и слушал их разговор.
Очевидно, прохладный прием Кевина застал его немного врасплох:
— Я...эм, я пришел поговорить с Тайлером. Я до сих пор не поблагодарил его за то, что он спас мне жизнь...
— Он на заднем дворе, у гаража, - резко оборвала она его.
Кевин огляделся, чтобы убедиться, что Тайлера нигде не видно, прежде чем заговорить.
— И... - продолжил он, - я подумал, что пока я здесь, я. .. э-э. .. я просто подумал, что дам тебе знать, что док сказал, что я могу возобновить все виды деятельности. .. все, - повторил он с усмешкой. - Итак, теперь, когда все волнения закончились...
Нэнси надеялась, что она неправильно поняла смысл его слов. Конечно, он не мог говорить о том, о чем, по ее мнению, он говорил. Она посмотрела ему в глаза.
— Я тебе не верю. Ты серьезно предлагаешь, чтобы мы продолжали трахаться друг с другом... после того, как мой муж спас тебе жизнь; именно так ты собираешься отплатить ему?
Внезапно весь мир Тайлера рухнул вокруг него. Его тело застыло на месте, как будто в него только что ударила молния. Все еще скрытый за сетчатой дверью, он стоял как завороженный, пока слова жены эхом отдавались в его голове.
— Господи, Кевин, ты действительно свинья, не так ли? В твоем теле нет ни одной приличной кости. Ты хоть представляешь, на какой шаг мы пошли? Что, если Тайлер все узнает? Что, если Сьюзен когда-нибудь узнает? В больнице она никогда не отходила от тебя. Она любит тебя. Как ты можешь даже думать о продолжении нашего грязного маленького романа?
— О, не надо мне этого дерьма, - ехидно ответил Кевин. - Я никогда ни к чему тебя не принуждал. Так что Тайлер спас мне жизнь; я благодарен, черт возьми. Это не значит, что мы все еще не можем наслаждаться собой. На самом деле ничего не изменилось. Мы уже говорили о том, что наши супруги узнают об этом. Это невозможно. Кто нас увидит? Днем здесь никого нет. Все в этом чертовом районе работают днем. Тайлер никогда не узнает о нас, и Сью тоже...
У Кевина не было возможности закончить то, что он говорил. И он, и Нэнси в шоке обернулись, когда услышали, как открылась сетчатая дверь.
— СУКИН ТЫ СЫН, -завопил Тайлер, спрыгивая с крыльца. - Я УБЬЮ ТЕБЯ!
Прежде чем его разум смог понять, что происходит, Кевин был отброшен сильным ударом правым кулаком в сторону его головы.
Осознание того, что он спас жизнь мужчине, который трахал его жену, привело Тайлера в ярость за пределами понимания...за пределами разумного. Он обезумел от гнева, когда прыгнул на грудь своего оглушенного врага и обхватил его горло обеими руками.
— СТОЙ! ОСТАНОВИСЬ! ТАЙЛЕР, ТЫ УБЬЕШЬ ЕГО, - закричала Нэнси. Со слезами, струящимися по ее лицу, она схватила его за руку и отчаянно попыталась вытащить ее из горла задыхающегося мужчины. -ТАЙЛЕР! - снова закричала она, безуспешно пытаясь вырваться из его хватки.
Кевин чувствовал, как у него отключается подача воздуха. В ужасе он посмотрел в глаза безумца. Инстинктивно он схватил Тайлера за запястья и попытался оторвать их от его горла. Он подавился и задохнулся на один вдох. Он попытался вывернуться и лягаться. Он дернул бедрами, пытаясь сбросить нападавшего, но ничего не вышло.
Только пронзительный крик восьмилетней девочки мог пробиться сквозь ярость гнева ее отца.
— ПАПА, ПАПА... - закричала ЛиЭнн.
Это было все равно, что вылить ему на голову ведро холодной воды. Тайлер поднял глаза и увидел окаменевшее выражение на лице дочери. Его хватка ослабла. Теперь, когда он сам плакал, его сердце колотилось от боли, когда он знал, как он чуть не убил человека в присутствии своей маленькой девочки.
Он быстро встал, взял ее на руки и сжал в защитных объятиях.
— Прости, дорогая. Папа так сожалеет, - воскликнул он. - Я не хотел тебя пугать, тыковка. Все в порядке, - сказал он, унося испуганную маленькую девочку обратно в дом и подальше от двух мошенников.
Нэнси была почти в истерике. Она была уверена, что ее муж собирается убить ее сожителя. Она стояла на коленях в траве, сгорбившись, закрыв лицо обеими руками, и ее лоб почти касался коленей. Ее тело содрогалось от каждого всхлипа. Она даже не услышала отчаянного голоса, приближающегося с другой стороны улицы.
— БОЖЕ МОЙ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ? - закричала Сью, подбегая к месту происшествия.
Кевин перевернулся на бок. Его лицо было ярко-красным, а из раны над левым глазом текла кровь. Он все еще кашлял и хватал ртом воздух. Сью опустилась на колени и обхватила его голову руками. Она не видела, что произошло, только последствия. Она посмотрела на Нэнси, ожидая ответа.
— Нэнси, что случилось? Кто...где Тайлер? - Но ее подруга была потеряна в своем собственном мире отчаяния и не могла ответить.
Кевин все еще хрипел с каждым вдохом, но, по крайней мере, набирал немного воздуха в легкие. Его голос был едва слышен, когда он попытался заговорить.
— По...помоги мне... - он задыхался, пытаясь встать.
— Где Тайлер? - воскликнула Сьюзен. - Кто это с тобой сделал? Боже мой!
— Умоляю...пожалуйста, просто помоги мне встать, - ответил он, не отвечая.
Встревоженная Сьюзен взяла его под руку и помогла подняться на ноги. Она поддерживала его, как могла, но также беспокоилась о своем соседе.
— А как насчет Нэнси? - спросила она, оглядываясь через плечо.
— Она... - он все еще задыхался. - С ней все будет в порядке.
Сьюзен чувствовала себя виноватой, что оставила ее одну, но сначала должна была помочь мужу. С помощью жены Кевин, прихрамывая, вернулся домой.
— Расскажи мне, что случилось? - она снова заплакала, когда сбитая с толку женщина помогла своему избитому мужу сесть в кресло.
Кевин понятия не имел, что ей сказать. Он уже решил, что не будет звонить в полицию. Он все еще цеплялся за малейшую надежду, что каким-то образом сможет удержать свою жену от того, чтобы узнать правду, хотя теперь он чувствовал, что это был малый шанс. Он поднял руку и попросил время, чтобы снова отдышаться, пытаясь придумать какую-нибудь историю.
— Пошли, - сказала Сьюзен, помогая ему встать со стула. - Пойдем в ванную и займемся этим глазом. Тогда ты расскажешь мне, что произошло.
— Ой, - Кевин поморщился и отстранился, когда его жена начала вытирать кровь.
Как только она получше рассмотрела порез...
— О, Кевин, он глубокий. Тебе понадобятся швы. Пойдем, - сказала она, протягивая ему тряпку. - Прижми это к порезу и садись в машину. Я отвезу тебя в отделение скорой помощи.
На другой стороне улицы Тайлер изо всех сил старался объяснить свой всплеск гнева дочери, в то время как его жена все еще сидела на лужайке, наблюдая, как вся ее жизнь проносится перед ее глазами. Хотя она никогда раньше не видела Тайлера в таком гневе, она не беспокоилась ни о благополучии их ребенка, ни о своей собственной безопасности.
Нэнси томилась от горя и страха. Она была в полной растерянности и понятия не имела, что делать. Она должна была встретиться с ним лицом к лицу, но как. Ее слезы утихли, когда ее мысли обратились к предстоящей конфронтации.
Точно так же, как она делала это тайно в течение нескольких недель, она проклинала себя за то, что поддалась скуке и сделала что-то настолько эгоистичное и глупое, только теперь ее ненависть к себе приобрела совершенно новое измерение. Раньше это было из-за чувства вины; теперь она оказалась лицом к лицу со всем, чем рисковала, со всем, что могла потерять.
Прошло добрых десять или двенадцать минут, прежде чем Нэнси даже попыталась собраться с духом, чтобы встать. Она сделала два шага и оперлась на перила крыльца, снова вытирая глаза. Все ее тело дрожало от страха. Она осторожно вошла в дом, который делила со своей любящей семьей.
Выезжая с подъездной дорожки, Сьюзен мельком увидела свою хорошую подругу, когда та вошла в дом, и с облегчением увидела, что с ней все в порядке. Мысленно она не могла понять, что могло произойти, но ее вопросы должны были подождать. В этот момент ей нужно было срочно доставить мужа в больницу.
***
Тайлер сидел в гостиной с ЛиЭнн на коленях. Ее маленькие ручки обвились вокруг отца, когда она положила голову ему на грудь. На ее румяных щеках все еще виднелись остатки слез. Человек, который всего несколько минут назад чуть не убил их соседа, теперь тихо напевал успокаивающую колыбельную, покачивая свою маленькую девочку взад и вперед.
Нэнси смотрела на сцену любви, и у нее было предчувствие, что все это у нее отнимут. Этот страх усилился, когда она увидела ненависть в его глазах, когда Тайлер посмотрел на нее.
— Я...мне так жаль, Тайлер, - прошептала она. - Я никогда не имела в виду...
Она позволила словам уплыть в небытие, когда он отвернулся. Его не интересовали ее жалкие извинения. Ее сердце словно разлетелось на мелкие кусочки. У нее не было даже проблеска надежды спасти свой брак, взгляд, которым Тайлер только что одарил ее, предвещал неминуемую гибель. Так быстро исчезла чудесная жизнь, которую они построили как семья...И ради чего, спросила она себя? Ни за что, кроме попыток добавить немного волнения в ее скучные, одинокие дни; никогда, никогда она даже не думала, что кто-то узнает об этом. Это был их секрет, только их двоих. Никто не должен был пострадать. Никто не должен был знать.
Нэнси поднялась по лестнице так, словно она вела к виселице. Ее горе было почти невыносимо. На мгновение в ее голове промелькнули мысли о том, чтобы покончить с этим. Она вошла в их спальню и закрыла за собой дверь. Она села на край кровати и подняла голову, чтобы посмотреть на злую женщину, смотрящую на нее из зеркала туалетного столика.
Неконтролируемые слезы наполнили ее глаза, когда она наклонилась и зарылась лицом в подушку.
***
— А теперь, - потребовала рассерженная Сьюзен, возвращаясь из больницы, - расскажи мне, что случилось! Кто это с тобой сделал?
Кевин отчаянно пытался придумать, что сказать жене, но ничего не придумал. Он сказал доктору, что пытался открыть дверцу шкафа, и когда она, наконец, открылась, она отлетела назад и ударила его. Док, казалось, принял его рассказ, но Сьюзен знала лучше, и она не была глупой. Он не видел другого выбора, кроме как признаться и отдать себя на ее милость.
— Сью, я...я люблю тебя. Прежде чем я расскажу тебе, что произошло, я хочу, чтобы ты это знала. Что бы ни случилось, ты должна поверить мне, когда...
Сьюзен оглянулась и посмотрела в слезящиеся глаза мужа, внезапно ее осенило.
— Ты...у тебя роман, - пробормотала она, словно в шоке. - Это был чей-то муж, не так ли? О Боже, кто...кто-то, кого я знаю?
Кевин просто опустил голову и молчал, в то время как его потрясенная жена начала перебирать возможные варианты. Это был кто-то, кого она знала? Когда? Когда у него было время? Это должно было быть днем...до того, как он пошел на работу.
Возвращаясь на подъездную дорожку, Сьюзен посмотрела на другую сторону улицы, вспоминая, как ее соседка стояла на коленях на лужайке и плакала. Вот тогда-то все и сошлось воедино. Боже мой, подумала она, Нэнси весь день была дома... и она была так близко, дети были в школе, все соседи работали...
— У тебя роман с Нэнси? - выпалила она. Ее сердце не хотело в это верить, но разум знал, что это правда. -Тайлер избил тебя, не так ли? Он узнал... - Словно в трансе, она вышла из машины.
Кевин обежал вокруг капота и подошел к ней, ища прощения.
Даже не дожидаясь, пока он что-нибудь скажет, она набросилась на него и сильно ударила по лицу.
— Мне очень жаль, мне очень жаль, - захныкал он.
Гнев Сьюзен поднялся почти до уровня гнева ее соседки.
— Вот сука, - сказала она вслух. - Все это время притворялась моей подругой и все это время крутила с моим мужем за моей спиной!
Она посмотрела на хнычущего мужчину, которого так любила.
— А ты, я... Я не могу поверить, что ты сделал это. Как ты мог? Черт возьми, Кевин, мы только начали говорить о том, чтобы завести детей.
— Мы все еще можем, - сказал он с надеждой.. .. просто так получилось, но все кончено...честно. Это то, что я говорил Нэнси, когда Тайлер подслушал нас. Мне так жаль, дорогая...
Его извинения были прерваны еще одной жгучей пощечиной по лицу.
— Не смей мне звонить никогда больше, никогда! Ты потерял право называть меня милой, ты...О Боже, - воскликнула она. - Я просто не могу в это поверить. Какой кошмар.
— Пожалуйста, - снова заскулил он. Он потянулся к ней. - Мне так жаль...
Сьюзен попятилась, подальше от него.
— Я хочу, чтобы ты убрался из этого дома, - заявила она, не дожидаясь, пока он закончит еще одно извинение. - Собирай свои вещи и убирайся.
— Сью, нет...пожалуйста, куда...куда я пойду? Пожалуйста, Я...
— Мне все равно, куда ты пойдешь. Спи на улице, мне все равно, но если ты не выйдешь из этого дома через час, я попрошу Тайлера прийти и вышвырнуть тебя. - Это было ее последнее слово на эту тему. Она повернулась к нему спиной и вошла в дом. Ее сердце колотилось как барабан, когда она налила себе кофе и вышла во внутренний дворик. Это было ее любимое место. Она решила посидеть там и обдумать свою жизнь без Кевина. Только тогда слезы начали капать.
***
Тайлер, наконец, смог успокоить ЛиЭнн. Она вернулась на задний двор, чтобы поиграть со своими куклами.
Тайлер был потерян. Его жена была наверху и делала что-то...он не знал. Может быть, она собирала вещи, может быть, пыталась придумать, как соврать, чтобы выпутаться из этого...кто знает. Он не знал, и ему действительно было все равно.
В данный момент его больше волновал Кевин. Его ненависть к этому человеку гноилась. Все, о чем он мог думать, - это о том, что он спас жизнь человека, который разрушил его жизнь. Если бы он только знал...Он мог бы стоять над ним и смеяться, когда живительная кровь хлынула из его тела. Эта мысль заставила его улыбнуться.
Он был глубоко погружен в свои мысли, когда услышал, как кто-то зовет его по имени. Он поднял глаза и увидел Сьюзен, стоящую в дверях.
— В чем дело, Сьюзен?
— Где она, Тайлер? Эта сука, которая называла себя моей подругой, - где она?
— Ах, - он только сейчас понял, что сидел за кухонным столом, погруженный в свои мечты о хаосе. Он не обращал внимания ни на окружающее, ни на время.
— Я не уверен. Проверь лестницу, если ее там нет, то я, честно говоря, понятия не имею.
Не сказав больше ни слова, Сьюзен развернулась и зашагала вверх по лестнице. Она нашла свою бывшую подругу лежащей на кровати. Похоже, она плакала, пока не уснула. Сьюзен не испытывала к ней жалости. Она схватила спящую женщину за волосы и подняла ее.
— Ооооу! - закричала Нэнси, просыпаясь от болезненного испуга. Автоматически ее руки потянулись, чтобы освободиться, но это только заставило Сьюзен еще сильнее сжать ее.
— Ты сука, - прорычала она, с силой дергая голову своей соперницы взад и вперед с удвоенной силой.
Лицо Нэнси исказилось от боли, когда она продолжала пытаться освободить свою золотую гриву от мести соседки. Одним резким рывком Сьюзен притянула беспомощную женщину к себе и начала бить ее по голове.
Нэнси подняла руки, защищаясь, чтобы блокировать удары, но не пыталась сопротивляться; она была слишком деморализована.
— Я только что вышвырнула своего никчемного мужа из дома. Надеюсь, ты счастлива, - выплюнула Сьюзен, наконец отпустив свою избитую жертву сильным толчком назад.
— Мне так жаль, - произнесла Нэнси жалким голосом. - Мы никогда не хотели никому навредить.
— Оставь это, - рявкнула Сьюзен. - Я просто пришла сказать тебе, чтобы ты больше никогда со мной не разговаривала. НИКОГДА, слышишь меня, сука...НИКОГДА! Держись от меня подальше!
Сьюзен оставила свою презренную соседку сидеть на кровати и спустилась вниз по лестнице. Она заметила, что Тайлер все еще сидит за кухонным столом.
— Я не знаю, что ты собираешься делать, Тайлер, но я только что выгнала своего мужа. Я...я просто... - Она даже не могла закончить свою мысль. Не было слов, чтобы уменьшить боль.
Тайлер просто смотрел на нее пустым взглядом. - Она была там, наверху?
— Да, она в твоей спальне. Я предупредила ее, чтобы она держалась от меня подальше.
Когда стало ясно, что он больше не собирается ничего предлагать, Сьюзен повернулась и уже собиралась уйти, когда он, наконец, заговорил снова.
— Жаль, что я не дал ему умереть, Сьюзен. В тот день - если бы я знал, я бы позволил ему истечь кровью до смерти.
Она знала, что это говорили горе и гнев. Тайлер был одним из самых приятных парней, которых она знала. - Сомневаюсь, Тайлер. Я думаю, что знаю тебя лучше, чем это. Даже если бы ты знал, то сделал бы то же самое.
— Хм, - ответил он с усмешкой. - Ты так думаешь?
— Да...Да, знаю. Ты слишком хороший человек, чтобы позволить кому-то умереть, даже если этот человек твой смертельный враг.
Сьюзен ушла совсем ненадолго, когда Тайлер услышал, как распахнулась задняя дверь.
— Эй, папа, ЛиЭнн сказала, что ты избил мистера Чермака, это правда?
Крис играл в доме друга в конце квартала, но пришел домой на обед. Его вспышка снова вернула отца к реальности. Он запнулся, подыскивая подходящий ответ.
— Я...Ах, я его не бил. Я разозлился из-за того, что он что-то сказал, и сбил его с ног, вот и все. Мне не следовало этого делать. Это не то, чем я горжусь.
Это объяснение никак не повлияло на энтузиазм Криса по поводу хвастовства, когда он вернется в школу.
— Должно быть, он сказал что-то очень плохое, раз ты так разозлилась. Что он сказал?
— Не бери в голову. Это касается только его и меня. Как я уже сказал, Крис, я не горжусь этим, так что давай просто бросим это; и не распространяй это по всему району. Это никого не касается - слышишь меня?
— Да, - смягчился Крис, - я тебя слышу.
— И вообще, что ты делаешь дома? Я думал, ты проведешь день у Бобби?
Когда Крис сказал отцу, что проголодался, Тайлер проверил время. Он не мог поверить, что сейчас половина второго дня
Нэнси все еще сидела на краю кровати. У нее не осталось слез. Она уставилась в пространство, в то время как в ее голове крутились одинокие, опустошенные образы ее будущей жизни. Ощущение чужого присутствия в комнате поразило ее страхом, когда она увидела Тайлера, стоящего в дверях.
— Я только что приготовил детям обед. Приведи себя в порядок и присоединяйся к нам. Они задают вопросы. Я думаю, что было бы хорошей идеей, по крайней мере, попытаться вести себя так, как будто все в порядке перед ними...во всяком случае, на некоторое время, - заявил он ровным тоном.
Прежде чем Нэнси успела ответить, он повернулся к ней спиной и спокойно спустился по лестнице. Она знала Тайлера шестнадцать лет. Он был теплым, сострадательным, заботливым человеком, совсем не похожим на бесстрастного, равнодушного человека, который только что говорил с ней. Настоящее чувство потери охватило ее душу, когда она, пошатываясь, направилась в ванную, чтобы умыться.
Крис почти закончил есть, когда понял, что не видел свою мать. - А где мама?
— Я здесь, - ответила она, входя в кухню. - Я устала, поэтому немного полежала. - Нэнси торжественно подошла к стойке и налила себе чашку кофе, прежде чем сесть.
— Эй, мам, ты слышала, что папа сделал с мистером Чермаком?
— Крис, - пожурил его отец, - я же сказал тебе бросить это. Я больше не хочу об этом слышать, теперь я говорю серьезно.
— Хорошо, - ответил Крис, прежде чем откусить еще кусочек от своего сэндвича.
ЛиЭнн молчала весь обед, и оба родителя видели, что утренние события все еще беспокоили ее, но больше об этом не говорили до позднего вечера, когда Тайлер и Нэнси легли спать.
Это был дом с тремя спальнями, у Кристофера была одна, у ЛиЭнн была одна, и у хозяев. Единственным другим местом для сна, кроме его собственной кровати, был диван, и Тайлер не собирался там спать. Как ни странно, он смотрел поздний фильм в надежде, что его изменяющая жена крепко уснет к тому времени, когда он ляжет спать, но он слышал, как она тихо плачет, когда он начал раздеваться.
Он забрался под простыню и повернулся к ней спиной.
— Что ты собираешься делать? - тихо спросила она между рыданиями.
— Развестись с тобой.
Даже сквозь броню, выкованную его гневом, она слышала боль в его словах.
— Мне очень жаль, Тайлер. Я никогда не хотела причинить тебе боль. Просто мне все время было так скучно и одиноко. Когда Кевин уходил по вечерам, он начинал приходить ко мне на кофе. Мы...
— Заткнись и спи, Нэнси. Мне все равно, почему и как это произошло, это произошло, это все, что имеет значение.
Что касается Тайлера, то он уже был разведен. Он был разрезан и высушен. Он начнет действовать, как только войдет в офис в понедельник. Он снова перевернулся на спину. Он никогда не мог устроиться поудобнее на своей стороне. Пока он смотрел в потолок, темные мысли закрались в его разум; мысли, подобных которым у него никогда не было, мысли о хаосе. Он подумал, хватит ли у него смелости убить кого-нибудь... ну, не просто кто-нибудь - Кевин. Конечно, он знал, что это не так, но просто фантазия об этом может помочь ему добраться до сна и это сработало.
Воскресенье было тяжелым для детей. Это был их первый намек на то, что в их замечательной семейной ячейке возникли настоящие проблемы. Утром они все, как обычно, отправились в церковь, но ни Тайлер, ни Нэнси не общались после службы. Тайлер буквально проигнорировал пастора, когда тот вышел и направился к машине. Нэнси шла прямо за ним с детьми на буксире. Она робко улыбнулась ошеломленному преподобному и тоже прошла мимо, не сказав ни слова.
Для ЛиЭнн и Криса воскресные вечера были традицией. Воскресный журнал всегда лежала у них на крыльце, когда они возвращались из церкви. Все поднимались наверх и переодевались в хорошую одежду, а затем их папа и мама готовили ужин, пока Крис и его сестра читали комиксы. Они всегда лежали на полу, рядом с разложенным перед ними журналом, чтобы Крис мог помочь своей младшей сестре словами, которых она не понимала.
Это всегда была такая теплая, любящая семейная атмосфера.
В это воскресенье, переодевшись, Тайлер вышел из спальни один и, закрыв за собой дверь, спустился вниз, чтобы приготовить ужин. ЛиЭнн была следующей, кто вышел из ее спальни, и только что заметила своего отца, когда он исчез на лестнице. Было необычно, что дверь в спальню ее родителей была закрыта. Тихонько приблизившись, она услышала, как с другой стороны плачет ее мать.
В страхе ее крошечная ручка дотянулась до дверной ручки и медленно повернулась. ЛиЭнн заглянула внутрь и увидела, что ее мать лежит лицом вниз, наискосок поперек кровати. На ней все еще была ее хорошая одежда.
Нэнси даже не почувствовала веса дочери, когда села на кровать. Только когда ЛиЭнн попыталась утешить маму, погладив ее по длинным светлым волосам, она осознала присутствие дочери.
— О, ЛиЭнн, что ты здесь делаешь? - она всхлипнула, пытаясь как можно незаметнее вытереть слезы.
— Почему папа так злится?
Нэнси села рядом с дочерью и обняла ее.
— Дорогая, мама сделала что-то очень плохое, и папа злится на меня, но только на меня. Пожалуйста, не думай, что он злится на тебя, потому что он не...совсем не злится.
В этот момент Крис, услышав голоса, вошел и сел по другую сторону от матери.
— Это из-за того, что папа вчера избил мистера Чермака, не так ли?
Нэнси не находила слов. Она понятия не имела, как объяснить, что происходит. Она смотрела в лицо сына, пытаясь придумать, что сказать, когда Крис чуть не убил ее своим следующим заявлением.
— Я знаю, что такое прелюбодеяние, мама.
Нэнси поднесла руку ко рту, и ее глаза тут же наполнились новыми слезами. Она и забыла, насколько умнее стали дети сегодня. В ее дни не было интернета. Люди не говорили так открыто о сексе, как сегодня.
— Прости, прости, - всхлипнула она, положив голову на плечо сына. Все ее тело сотрясалось от рыданий, пока ЛиЭнн обнимала ее с другой стороны.
Несмотря на то, что Крис знал значение этого слова, он был еще слишком молод, чтобы понять эмоциональные и психологические последствия супружеской измены. Никогда не испытывая такой любви, какую испытываешь к супруге, он не понимал, как глубоко раны предательства могут врезаться в душу человека. Еще не достигнув зрелости, он не понимал унижения и горя от того, что чувствовал себя менее мужчиной.
Он обнял мать, чтобы попытаться успокоить ее.
— Папа не будет злиться вечно, мама. Все будет хорошо, вот увидишь.
Нэнси понимала наивность слов сына, но не собиралась разрушать его надежды. Она обняла обоих детей с нежностью, на которую способна только любящая мать.
— Ладно, ребята. А теперь спускайся вниз и дайте мне одеться, чтобы я могла помочь твоему отцу с ужином.
Двое малышей соскочили с кровати и направились в гостиную. Крис увидел слезы в глазах своей младшей сестры.
— Не волнуйся, - сказал он, обнимая ее, - все будет хорошо.
— Надеюсь, что так, - прошептала она в ответ.
— Что делает...взрослый...
— Прелюбодеяние? - сказал Крис, помогая ей выйти.
— Да, прелюбодеяние; что это значит?
— Ах, я не думаю, что маме или папе понравится, если я расскажу тебе, сестренка. Тебе, наверное, стоит спросить кого-нибудь из них...но я бы немного подождал. Я...я действительно думаю, что мы должны держаться подальше от этого. Я думаю, папе понадобится некоторое время, чтобы перестать злиться, и я думаю, что мы должны просто оставить их в покое на некоторое время.
— Хорошо, - сказала ЛиЭнн, когда они оба спустились по лестнице. - Я очень надеюсь, что папа скоро перестанет злиться.
***
Тайлер изо всех сил старался быть милым с Нэнси ради детей и в значительной степени справился с этим. День пролетел без происшествий и ни одного сердитого слова. В тот вечер Нэнси раздумывала, стоит ли рассказывать Тайлеру о своем разговоре с Крисом и ЛиЭнн. В конце концов она решила, что ему следует сообщить об этом.
— Дети знают, - тихо сказала она.
— Что значит - знают. .. знают что?
— Они знают, что я занималась сексом с Кевином, - сказала она, и ее стыд почти капал с каждого слова.
— Как, - сказал он, скользнув по кровати и в волнении прислонившись спиной к изголовью. - Я им не сказал, а ты?
— Нет, нет. Современные дети гораздо умнее разбираются в вещах, чем мы были в том возрасте. Крис знал о том, что ты избил Кевина, и очевидно, что у нас возникли проблемы...он сложил два и два.
— Черт. А как насчет ЛиЭнн?
— Крис использовал термин "прелюбодеяние" в ее присутствии, но я не думаю, что она знает, что это значит...во всяком случае, пока. Хотя я уверена, что это не займет у нее много времени. Прямо сейчас она знает, что что-то серьезно не так, но это все.
— Черт побери, - выругался он. - Я весь день пытался придумать, как облегчить это для детей...какой-то способ смягчить удар для них.
Его слова обескураживали.
— Это...это значит, что ты определенно собираешься подать на развод?
— Прости, Нэнси, я...ты понятия не имеешь, что это со мной сделало. Я никогда не думал...
Тайлеру было еще слишком рано говорить об этом. Его мысли все еще были бессвязными и вспыхивали в мозгу, как разъяренные молнии.
— Просто иди спать, Нэнси. Я не хочу об этом говорить - сказал он, снова ложась в постель и поворачиваясь к ней спиной.
***
На следующее утро Чарлин впервые за все годы работы секретаршей Тайлера увидела, как ее босс вошел без широкой улыбки на лице. Она сразу поняла, что что-то не так, не только потому, что он не улыбался, но и все его поведение казалось другим.
Прошло меньше сорока восьми часов с тех пор, как он узнал об измене своей жены. Тайлер действовал на адреналине и гневе; он не мог отпустить гнев. Если бы он это сделал, то развалился бы на куски. Сейчас это был его единственный защитный механизм.
— Доброе утро, - осторожно обратилась она к нему.
— Доброе утро, Чарлин.
Он прошел за стол секретарши, чтобы налить себе чашку кофе из кофейника, который она всегда заваривала. Она наблюдала за ним краем глаза, когда он сделал маленький глоток нектара. Он опустил чашку до пояса и держал ее обеими руками, на мгновение, казалось, отключившись. Наконец он снова заговорил:
— Чар, в выходные я узнал, что моя жена спит с другим мужчиной. ..
— Что...что? Нэнси? Тайлер, о Боже, мне так жаль...
— Не могла бы ты сделать несколько звонков и найти мне хорошего адвоката по разводам, пожалуйста, - сказал он, не дав ей закончить извинения.
— Хорошо, конечно, - ответила она. - Тайлер, это ты...Ты уверен?
— О, я уверен. Я чуть не убил этого ублюдка - сказал он, входя в свой кабинет и закрывая за собой дверь.
Ладно, у меня есть работа, сказал он себе, садясь за свой стол, но, взглянув на лежащее перед ним досье клиента, он начал задаваться вопросом, насколько трудно и насколько рискованно было бы нанять убийцу.
По мере того как шел день, душевные и, следовательно, физические страдания продолжали терзать души всех, кого это касалось.
Нэнси сидела дома и смотрела на стены большую часть дня. Она ничего не ела. Судя по тому, как ее внутренности скручивались в узлы, она никак не могла ничего сдержать. Слезы снова и снова текли из ее глаз, когда она задавалась вопросом, сколько еще близких людей пострадают от ее прелюбодеяния. Не было никаких сомнений, что ее родители и дети будут страдать. Ее эгоизм собирался изменить жизнь всех, кто был ей дорог.
Почему?...почему она позволила этому случиться? Она не была ребенком. Она знала, что то, что они делали, было неправильно, но в то время это казалось таким захватывающим. Это давало ей немного острых ощущений в ее жужжащем существовании. Не то чтобы секс был захватывающим, он был крайне посредственным. Это была опасность, угроза быть обнаруженными; конечно, угроза была просто воспринята - она не была реальной; они никогда не будут обнаружены. Она должна была признать это; они сделали это, потому что и она, и Кевин думали, что им это сойдет с рук. В какой-то момент Кевин вернется в свои дни, и все закончится, и никто никогда не узнает об этом. В последующие годы, когда она будет чувствовать себя одинокой и подавленной, она сможет оглянуться на свою тайную маленькую интрижку и улыбнуться, зная, что она была непослушной и ей это сошло с рук. Только все вышло не так.
Пока Нэнси сидела, размышляя о потере любимого человека, у Сьюзен были похожие мысли...но с другой точки зрения. Как она ни старалась сосредоточиться, ее мысли все время возвращались к мыслям о Кевине и ее соседке, нанесших удар в спину. Она не могла смириться с унижением от того, что Нэнси была в ее доме, пока Кевин выздоравливал; с их личной шуткой, когда они смеялись над ней за ее спиной. Она отчаянно боролась со слезами. Она уже решила, что изменяющий муж не стоит того, чтобы из-за него плакать, но это было легче сказать, чем сделать. Она все еще любила его. Возможно, со временем это пройдет, но она не могла просто перестать любить его. Потянувшись за коробкой салфеток на столе, она заметила время. Где бы он ни был, ее будущий бывший будет готовиться к работе.
***
Кевин вышел из душа мотеля и подскочил от звука хлопнувшей дверцы машины у его номера. Большую часть выходных он был пьян и до этого момента не осознавал, насколько сильно нервничает. Все еще голый, он бросился к окну и заглянул сквозь жалюзи, чтобы убедиться, что это не Тайлер. Его рука дрожала, когда он отогнул шторку ровно настолько, чтобы увидеть, как незнакомец достает свой чемодан с заднего сиденья принадлежащего компании "Шевроле" и направляется в соседнюю комнату. На этот раз ложная тревога, подумал он, но вспомнил ненависть в глазах Тайлера и был убежден, что когда-нибудь он придет за ним.
Его еще никто никогда не ненавидел - по крайней мере, так. Было тревожно сознавать, что в мире есть кто-то, кто ненавидит его настолько, что хочет убить. Он понятия не имел, что делать. Он не мог прожить всю оставшуюся жизнь, оглядываясь через плечо...
Черт, сказал он себе, я становлюсь параноиком. Тайлер даже не знает, где я. Я не думаю, что он действительно попытается убить меня...Я...я не думаю...
***
Пока все это происходило, Тайлер, наконец, решил, что нанимать убийцу слишком рискованно; кроме того, он хотел бы быть там. Он хотел бы посмотреть, как погаснет свет в глазах Кевина. Он вздохнул; она права, сказал он себе, я все равно не смогу этого сделать.
— Тайлер, - раздался в интеркоме голос его секретарши. - У меня есть рекомендация для адвоката по разводам. Его зовут Лу Хант. У меня есть достоверные сведения, что он отличный адвокат. Ты хочешь, чтобы я договорилась о встрече?
— Ах, да, спасибо, Чар; это будет здорово, чем скорее, тем лучше.
В час дня того же дня Тайлер сидел в присутствии пожилого седовласого мужчины, который, казалось, знал закон о браке как свои пять пальцев. В течение двух часов они обсуждали все аспекты того, чего он мог ожидать. Он сказал своему адвокату, чего он хочет, и в ответ его адвокат сказал ему, чего он может ожидать. Тайлер не думал, что все, что он слышал, звучит неразумно, и поручил адвокату составить документы. Как только они будут готовы, он представит их своей жене и сядет, чтобы обсудить с ней условия соглашения.
Вернувшись в офис, он коротко переговорил с очень обеспокоенной Чарлин.
— Как все прошло? - спросила она.
Она работала на него много лет. Она была больше, чем коллега, она была другом. На самом деле они с Нэнси несколько раз встречались с ней и ее мужем Брэдом, и они всегда садились за столик вместе на корпоративных вечеринках.
— Все прошло нормально, - ответил он, затем остановился и на секунду задумался.
— Знаешь, часть меня хочет отомстить. Часть меня хочет сделать ее жизнь несчастной и лишить ее возможности получить пенни при разводе, но я не могу этого сделать. Я должен думать о детях. Я хочу сделать переход как можно более легким для них. Заставить их переехать куда-нибудь в квартиру...заставлять их смотреть, как их мать пытается экономить и экономить, чтобы оплачивать счета каждый месяц, - это не способ сделать это.
— Мы пришли к тому, что я считаю справедливым соглашением. Ей придется поработать. Я больше не плачу ей за то, чтобы она сидела дома, чтобы она могла трахаться с другими мужчинами, но дети смогут оставаться в доме, держать своих друзей и ходить в ту же школу. Это будет довольно дорого для меня, по крайней мере, на некоторое время, но это ничего, с чем я не могу справиться.
— Я... Мне просто трудно в это поверить, - со вздохом посетовала его секретарша. - Если мы с Брэдом можем что-нибудь сделать...
— Спасибо, Чар, я бы хотел, чтобы это было так, но на данный момент никто ничего не может сделать. - С этими прощальными словами он повернулся и исчез за дверью своего кабинета.
Остаток дня прошел довольно продуктивно. Тайлер смог лучше сосредоточиться теперь, когда, казалось, снова начал контролировать ситуацию. В перерывах между работой он подумал о детях и решил, что будет лучше рассказать им об этом в выходные. Таким образом, у них будет день или два, прежде чем им придется вернуться в школу.
Затем он подумал о квартире. Там был новый комплекс, который открылся пару месяцев назад. Он каждый день проезжал мимо него по дороге на работу. Это было примерно на полпути между работой и его домом...идеально. Он решил заглянуть в обеденный перерыв позже на этой неделе и посмотреть, что они могут предложить.
Чар просунула голову в дверной проем. -Тайлер, уже почти пять. Тебе что-нибудь нужно, прежде чем я уйду?
Не веря своим глазам, он взглянул на часы на столе. День, казалось, закончился, не успев начаться. - Нет, спасибо, Чар, все хорошо. Увидимся завтра.
Она снова сказала ему, как ей жаль, и повторила, что будет рядом, если она ему понадобится, затем вернулась в свой офис, выключила компьютер и ушла домой.
Тайлер был в раздумьях. Дом больше не был домом. Это было просто место, где можно поесть и поспать. Ну, это было не совсем так. Он все еще должен играть с детьми. Он глубоко вздохнул и попытался расслабиться. Тайлеру нужно было где-то подумать, но топить свои печали в каком-нибудь баре было просто не в его стиле. Ему хотелось уединения, места, где он мог бы побыть наедине со своими мыслями.
Он вспомнил небольшой участок каменистого пляжа вдоль озера Мичиган, куда он ходил в детстве. Он задался вопросом, был ли он все еще там, а затем задался вопросом, сможет ли он вообще найти его снова. "Черт возьми, - подумал он, - даже если бы я смог найти его, все, вероятно, построено вокруг". Я сомневаюсь, что он все еще предлагает уединение, как когда-то.
Тайлер нашел безопасное место, чтобы припарковать машину, и вышел, чтобы осмотреться. Он заметил только два дома, которые не помнил. К его удивлению, поле все еще было там, и звуки прибоя сразу за хребтом перенесли его на двадцать пять лет назад. На несколько минут он забыл, зачем пришел. Почти как ребенок, он шел по высокой, продуваемой ветром траве, пока не оказался на вершине гребня, ведущего к берегу. Боже, сказал он себе, это все еще там - точно так же, как было много лет назад.
Он наклонился в сторону и, опираясь на руку, стал спускаться по крутому склону. Он словно застыл во времени. Тайлер взобрался на большой камень и сел, как в детстве. Он закрыл глаза и почувствовал, как ветерок, дующий с озера, развевает его волосы. Единственным звуком был плеск прибоя о скалы, и воздух был чистым, свежим.
Это был первый раз с субботы, когда Тайлер смог отбросить свой гнев и снова стать человеком. Он откинулся на твердый гранит и посмотрел вниз, на пену воды, поднимающуюся по песку. Он вспомнил более счастливые времена. Бессознательная улыбка растянулась на его губах, когда он вспомнил, как впервые увидел своего сына в объятиях матери.
Последовала приливная волна воспоминаний. Они построили такую полную, замечательную жизнь вместе; жизнь любви и страсти, счастья и печали, поражений и триумфов, жизнь, которую, как он представлял, они будут продолжать строить и делить до конца своих дней.
На мгновение он разозлился на себя за то, что позволил своему гневу угаснуть - его отсутствие создало пустоту, пустоту, которую поспешили заполнить горе, разочарование, неуверенность в себе, унижение и душевная боль. Он уронил голову на руки и зарыдал.
Было чуть больше восьми, когда Тайлер вернулся домой.
— Папа, папа, ты опоздал, - объявила ЛиЭнн, подбежав и прыгнув в объятия отца. - Мама беспокоилась о тебе.
— Она беспокоилась? Ну, папа большой мальчик, ты же знаешь. Это нормально, что он иногда опаздывает, - шутливо сказал он. - Ты сделала домашнее задание?
— Ага, - радостно ответила она, - все готово. Мама помогла мне.
— Она это сделала? Она такая милая мамочка, правда?
ЛиЭнн решительно кивнула.
Все еще держа на руках свою маленькую дочь, Тайлер сморщил нос и рассмешил ее, уткнувшись носом ей за ухо и издавая хрюкающие звуки. Это был почти ритуал - тот, по которому он будет ужасно скучать.
Он поставил ЛиЭнн на пол и прошел на кухню. Крис сидел за столом, склонившись над своим домашним заданием.
— Как прошел твой день? - спросил Тайлер, положив руку на плечо сына.
— Все было в порядке. Я получил пятерку за тест по алгебре.
— Отличная работа, тебе нужна помощь в том, над чем ты работаешь? - гордо спросил Тайлер.
— Нет, спасибо, папа, я все улажу.
Тайлер игриво взъерошил волосы сына, глядя на нервничающую жену. Она слегка улыбнулась ему.
— Ты голоден? Я только что убрала ужин, но могу разогреть его в мгновение ока.
— Совсем немного, - ответил он. - Я не очень голоден.
Позже, тем же вечером, он убедился, что прочитал ей любимую сказку ЛиЭнн на ночь. Когда он закончил и наклонился, чтобы поцеловать ее на ночь, его сердце опечалилось, зная, насколько драгоценными будут эти моменты в будущем.
Когда Тайлер вернулся в гостиную, он обнаружил Нэнси на диване. Он подошел и сел рядом с ней. Он склонил голову и тихо заговорил.
— Я...я не понимаю. Ты, Лиэнн, Крис - вы весь мой мир. За все годы, что мы знаем друг друга, я ни разу не ставил тебя или детей на второе место в своей жизни...никогда. Почему? Неужели он так лучше в постели? Это все? Я..
И снова слезы наполнили ее глаза, когда ее разум закружился от боли от едкой мольбы мужа о объяснении.— О, пожалуйста, пожалуйста, Тайлер, остановись, умоляю тебя, - тихо воскликнула она.
— Нет, нет, нет, на самом деле в постели он был не лучше... О Боже, Тайлер, я никогда не хотела причинить тебе боль... НИКОГДА! - подчеркнула она. - Ты должен в это поверить. Я люблю тебя! Я так сильно тебя люблю.
— Ты все время так говоришь, Нэнси, но твои действия говорят о другом. Мы дали друг другу обязательство - оставить всех остальных, помнишь? Мы обещали и клялись друг другу. Мы поклялись любить, чтить и лелеять друг друга, пока смерть не разлучит нас; завести роман, трахаться с другими мужчинами - что это за способ почтить мою любовь к тебе? Я...я. ..
Во второй раз он почувствовал, как его глаза наполнились болью. Он отвернулся от жены как раз вовремя, чтобы одинокая слеза вырвалась на свободу и начала стекать по его лицу. Тайлер быстро стер его.
— Я тоже люблю тебя, Нэнси, и когда все это закончится, я уверен, что все еще буду любить тебя, но ты разрушила доверие, связь между нами, которая говорит, что мы принадлежим друг другу и никому другому. Боже, Нэнси, ты разбила мне сердце - хотела ты этого или нет, но разбила. Я должен знать, почему. Я должен знать, как это произошло.
Она глубоко вздохнула и надеялась, что сможет объяснить все так, чтобы избавить мужа от как можно большей боли.
— Тайлер, я так много искала в себе, и даже мне до сих пор трудно это понять. Это было не что-то одно. Я думаю, что это было много мелочей.
— Кевин начал приходить, когда его ставили на ночь. Сначала я думаю, что это было просто для того, чтобы кто-нибудь послушал, как он скучает. Он ненавидел ночную смену, и первые несколько дней все, что он делал, - это выпускал пар. Через некоторое время он научился жить с этим, но по-прежнему приходил два или три раза в неделю. Я наслаждалась его обществом и с нетерпением ждала его визитов. Мне было так одиноко, а он был тем, с кем можно было поговорить как с взрослым. Это продолжалось пару недель, Тайлер, и все это было очень невинно.
— Невинно?
— Да, поначалу у меня и в мыслях не было ничего предпринимать, по крайней мере, с моей стороны.
— Если это правда, то почему ты не сказала мне, что он приходит? Ты никогда не упоминала об этом. - вмешался Тайлер.
— Я знаю. Я думала рассказать тебе, но он, похоже, никогда тебе по-настоящему не нравился. Ты вел себя по-соседски, но это было больше похоже на то, что ты просто терпел его; не говоря уже о том, что я знала, как ты отнесешься к тому, что я останусь наедине с мужчиной в доме. Я боялась, что ты скажешь ему, чтобы он больше не приходил.
— Теперь я хотела бы, чтобы все было именно так, но в то время я не видела ничего плохого в том, чтобы иметь компанию в течение дня. Мы говорили о семейной жизни, мировых делах, политике, местных проблемах...все и вся. Но потом он заговорил о сексе и о том, чем они со Сьюзен занимались в спальне. Я сказала ему, что это не мое дело, но он, казалось, зациклился на этом. Ему нравилось хвастаться, сколько раз он мог заставить ее кончить и как долго он мог продержаться. Поначалу мне было очень неловко от этих разговоров, но через некоторое время они стали частью нашего обычного репертуара.
— Затем он начал делать грубые замечания обо мне. По его словам, это были комплименты. Он говорил что-то вроде того, что у меня действительно прекрасная задница, и мои сиськи просто фантастичны. Потом он стал еще более наглым и начал рассказывать мне, что он хотел бы сделать со мной в постели. Я знаю, что должна была остановить это. Было неправильно позволять мужчине так со мной разговаривать, но...ну, раньше со мной никто так не разговаривал. Это просто казалось немного озорной забавой, и мы на самом деле никому не причиняли вреда.
Тайлеру было трудно слушать, но это было то, что ему нужно было услышать.
— Ты должна была знать, к чему он клонит, Нэнси.
— Нет...Ну, наверное, в глубине души я так и думала, но просто решила, что не позволю этому зайти так далеко. И вот однажды я вытирала стойку, стоя к нему спиной. На мне были шорты, ничего сексуального - думаю, это были мои зеленые. Ты их видел, в них нет ничего сексуального. Так или иначе, Кевин подкрался ко мне сзади. Я даже не знала, что он там, пока он не протянул руку и не скользнул вниз по моим шортам и в трусики. Я попыталась сопротивляться, но он прижал меня к стойке. Я закричала на него, предупредила, чтобы он остановился, но вместо этого он взял другую руку, расстегнул пуговицу сбоку и потянул молнию вниз, чтобы у него было больше места. Он провел рукой по моей промежности и теребил меня. Это как будто я была в шоке, я не могла поверить в то, что происходит. На минуту мне показалось, что он собирается изнасиловать меня.
— Я, наконец, снова собралась с мыслями и сумела вытащить его руку из своих штанов. Потом у меня появилось достаточно места, чтобы развернуться и ударить его...сильно. Он разозлился и выбежал, не сказав ни слова. Я...я думала сказать тебе, но ты бы просто пошел туда и выбил из него все дерьмо, а я не хотела создавать проблемы между ним и Сьюзен, поэтому ничего не сказала.
Нэнси услышала, как ее муж вздохнул, но пока он все еще слушал, поэтому она продолжила.
— В первую неделю, когда он не вернулся, я думала, что скатертью дорога, но ко второй неделе я начала скучать по его компании. На третью неделю я снова почувствовала себя одинокой. Даже со всеми этими грубыми разговорами я скучала по нашим разговорам. Через месяц я пожалела, что дала ему пощечину.
— Через пять или шесть недель я снова сидела за кухонным столом, жалея себя, когда услышал звук входной двери. Я подняла глаза и увидела входящего Кевина. Он даже не постучал. Я не осознавала этого, но уверена, что, должно быть, улыбалась, потому что он знал, что я рада его видеть. Я думаю, что это сделало его намного смелее. Он сел и попросил чашку кофе. Я поставил чашку на стол перед ним и начала наливать. Когда я это сделала, он протянул руку и начал водить рукой по моей ноге, под платьем.
— Я отступила назад и сказала ему, что он не может этого сделать. Это было неправильно, мы оба были женаты. Он велел мне осмотреться. Он сказал, что дети в школе, все соседи на работе; кто, черт возьми, когда-нибудь узнает. Он схватил меня за платье и притянул ближе. Я знала, что если снова остановлю его, он уйдет и, вероятно, больше не вернется. Я была так раздавлена, что не знала, что делать. Я старалась поступать правильно, действительно старалась. Я сказала ему, что если он не будет вести себя хорошо, ему придется уйти, но почему-то он знал, что это пустая угроза. В конце концов я просто стояла там, пока он меня ощупывал.
— Мне так жаль, Тайлер, - сказала она, снова начиная плакать...Я знаю, что не должна была позволять ему этого делать. Я просто не могла вынести мысли о том, что снова останусь совсем одна, так что...
— Значит, ты позволила ему трахнуть себя, - сказал Тайлер, закончив за нее фразу.
Нэнси только кивнула головой, и слезы потекли ручьем.
— Это случилось...прежде чем я поняла это, - сказала она между рыданиями, - я склонилась над столом, и Кевин взял меня сзади. - С этими словами она разразилась неудержимыми рыданиями.
Тайлер встал и направился на кухню, чтобы принести ей воды. Пока он стоял у раковины, ожидая, пока наполнится стакан, он задавался вопросом, был ли это единственный раз, когда они трахались. Если так, может быть, он сможет простить ее, может быть, они смогут найти способ вернуться друг к другу...может быть, с помощью...консультации...
На обратном пути в гостиную он подумал о том, чтобы спросить ее, было ли это только один раз, но он не был уверен, что она не солгала бы ему. Он быстро придумал план получше; тот, который, вероятно, передаст правду. Тайлер вернулся к плачущей жене.
— Вот, выпей воды, - сказал он, протягивая ей стакан.
Нэнси сделала несколько глотков и вытерла глаза. Она начала успокаиваться.
— Итак, это был первый раз, когда ситуация обострилась, - заявил он, не как вопрос, а как факт. Он затаил дыхание, надеясь, что она опровергнет его предположение о новых сеансах траха, но его последняя унция надежды рухнула, когда он увидел, как она медленно кивает головой.
— В ту ночь я чувствовала себя такой виноватой. Я поклялась, что больше никогда не позволю Кевину прикасаться ко мне...
— Тогда зачем ты это сделала? Боже мой, женщина, как ты могла продолжать так с ним трахаться?
— Я не знаю. Как я уже сказала, это была куча вещей. Как бы мне ни было противно и стыдно, у меня накопилось некоторое негодование по поводу того, что ты не позволяешь мне работать. Даже несмотря на то, что тебе никогда не суждено было узнать, по-моему, это был способ наказать тебя - отомстить тебе. Я сказала себе, что была уязвима, и это была твоя вина. Было и еще кое-что. У меня никогда не было никого, с кем я была бы так агрессивна, просто возьми меня вот так сексуально. Было ощущение смелости. Мы совершили что-то злое, и это сошло нам с рук. Это было все равно, что откусить кусочек яблока, - ответила она.
— Яблоко...какое яблоко, о чем, черт возьми, ты говоришь? - спросил он, отчаянно пытаясь понять ее мотивы.
— Запретный плод, как у Адама и Евы. Он был...Я не знаю...в каком-то смысле опьяняюще. Даже при том, что мы знали, что нас никогда не поймают, всегда был этот небольшой элемент опасности. Это делало его захватывающим.
— Но тебя все-таки поймали, не так ли, - сказал он с болью в голосе.
Его печальное заявление вызвало новый поток слез, когда Нэнси подтвердила его заявление, снова кивнув головой.
— В тот день, когда он порезался, он принес все это домой. Я стояла там, смотрела и думала о том, как иронично было для тебя спасать жизнь человека, который трахал твою жену. Я спрашивала себя, как я могла так предать тебя. Чувство вины было невыносимым. Когда мы вернулись в дом, мне было трудно держать себя в руках. Я знала, что никогда больше не позволю ему прикоснуться ко мне, и думала, что у него хватит совести думать так же. Я не могла поверить, когда он сказал, что хочет продолжить с того места, на котором мы остановились. А потом, когда ты вот так слетел с крыльца и я поняла, что ты нас услышал, мне захотелось умереть. Я даже представить себе не могу, как глубоко я причинила тебе боль, Тайлер. Боже, это было последнее, чего я когда-либо хотела.
— Ты же понимаешь, что пути назад нет, Нэнси.
Ее плечи поникли, голова склонилась, а глаза закрылись от звука ее счастливой семейной жизни, приближающейся к концу.
— Я знаю, - это было все, что она смогла выдавить.
— Я не собирался упоминать об этом, пока у меня в руках не будут бумаги, но нет смысла тянуть время. Сегодня я встречался с адвокатом. Мы заключили соглашение, которое, на мой взгляд, более чем справедливо в данных обстоятельствах.
Нэнси впала в истерику, подтянула колени к груди и упала на угол дивана в позе эмбриона. Это был момент истины для них обоих. Больше говорить было не о чем.
Неведомо двум несчастным душам в гостиной, было еще одно сердце, которое было разбито в этот момент, оно принадлежало их двенадцатилетнему сыну, который слушал с лестницы.
Единственное, чего Тайлер добился на следующий день на работе, - это снял квартиру в обеденный перерыв. Это было немного больше денег, чем он хотел потратить, но все это было новое строительство, с большим, красивым крытым бассейном, и номера были просторными. Он надеялся на три спальни, чтобы у Лиэнн и Криса была своя комната, но у них было только две спальни. Тайлер решил, что у Криса будет своя комната, а Лиэнн сможет спать в его постели. Он будет спать на диване, когда они придут. Волна депрессии накрыла его, когда Тайлер выехал из комплекса, понимая, что теперь он был на шаг ближе к расторжению своего брака.
По дороге домой ему было трудно сосредоточиться на вождении. Он все время жалел, что нет способа повернуть время вспять. Конечно, как только он вошел в дверь, ЛиЭнн встретила своего отца с распростертыми объятиями. Он поднял ее и заставил себя широко улыбнуться, прежде чем поцеловать свою тыкву в щеку.
— Как сегодня моя принцесса? - спросил он, глядя в ее ангельское лицо.
— Хорошо, - ответила она, обнимая его за шею и крепко сжимая.
Он огляделся в поисках Криса, но не увидел его. В этот момент из кухни вошла Нэнси.
— Где Крис?
— Он наверху, в своей комнате. Я не знаю, чувствует ли он себя плохо или что-то чувствует, но он был ужасно тихим. Наверное, не помешало бы подняться наверх и посмотреть, что его беспокоит.
— Я сделаю это прямо сейчас, - сказал он, опуская ЛиЭнн. - Дорогая, почему бы тебе не пойти и не помочь маме накрыть на стол, пока папа поднимается по лестнице, хорошо?
Пока его дочь бегала на кухню, чтобы помочь маме, Тайлер поднялся по лестнице и постучал в дверь сына. Услышав голос Криса, он вошел.
— Эй, сынок, твоя мама говорит, что ты был очень тихим. Она спрашивает, не заболел ли ты.
Крис лежал в постели, уставившись в потолок. Он даже не взглянул на отца, когда ответил.
— Нет, я в порядке.
Нэнси была права, что-то было не так. Тайлер подошел и сел на край кровати. Он посмотрел Крису в лицо.
— Давай, Крис, выкладывай. Что случилось? Что-то случилось в школе?
— Нет, - огрызнулся Крис, - я же сказал тебе, ничего... - он перевел взгляд на отца. - Что, по-твоему, не так? Вы с мамой разводитесь. Я слышал, как вы разговаривали прошлой ночью. Я должен чувствовать себя хорошо из-за этого? - спросил он с цинизмом.
— О, Крис, мне так жаль, что ты нас услышал. Я собирался сообщить об этом тебе и твоей сестре как можно мягче в субботу после завтрака. Пожалуйста, пока ничего не говори ЛиЭнн.
— Почему? - спросил Крис, и его глаза наполнились слезами. - Я знаю, что ты злишься, но когда-нибудь ты это переживешь. Зачем тебе разводиться? Почему ты не можешь просто простить ее? Я знаю, что ты мог бы, если бы очень постарался. - Крис обнял отца, и они обнялись так, как не обнимались уже много лет. К тому времени, когда они расстались, Крис был не единственным, у кого было затуманенное зрение.
Он должен был как-то заставить Криса понять.
— Крис, я бы хотел, чтобы все было так просто, сынок, правда. Я знаю, что она не хотела причинить мне боль, но она сделала это, очень сильно.
Крис чувствовал, что должен защищать свою маму.
— Я знаю. У нее был секс с мистером Чермаком, но это не значит, что она тебя больше не любит.
— Я знаю, Крис, я знаю, что она любит меня, и я люблю ее...
— Тогда почему вы не можете остаться вместе, - вмешался отчаявшийся двенадцатилетний мальчик.
Мольба сына разрывала ему сердце. Как он сможет заставить его понять?
— Крис, иногда любви недостаточно. Есть и другие факторы, которые составляют брак. Занятие любовью - это самый чистый, самый интимный и личный способ для двух людей поделиться и выразить свою преданность друг другу. Когда один из них разрывает эту связь, когда один из них занимается сексом с кем-то другим, они больше не могут утверждать, что они являются исключительными друг для друга, и эта близость потеряна навсегда.
Крис продолжал спорить.
— Папа, это не имеет смысла. Вы все еще любите друг друга. Ты только что сказал мне это.
— Сынок, именно потому, что я так сильно люблю твою мать, то, что она сделала, причиняет мне такую боль. Я знаю, как я уже сказал, я знаю, что она не хотела этого, но каждый раз, когда я смотрю на нее, я вспоминаю о том, что она сделала, и боль и гнев возвращаются. Всякий раз, когда я думаю о ней и Кевине вместе, мне кажется, что мое сердце разлетится на миллион осколков. Я не могу так прожить всю оставшуюся жизнь, Крис, не могу.
Он начал видеть некоторое понимание на лице своего сына. Теперь он должен попытаться поднять ему настроение, если сможет.
— Я буду жить всего в паре миль отсюда. Когда я тебе понадоблюсь, просто позвони, и я буду здесь через несколько минут. Я всегда буду твоим отцом, но будут перемены. Твоей матери придется найти работу, чтобы ты стал хозяином дома. Думаешь, ты справишься с этим?
Крис заверил отца, что примет на себя любую ответственность, какую от него ожидают. Они снова обнялись - каждый пытался успокоить другого.
— Я так горжусь тобой, - похвастался Тайлер. - Пойдем, посмотрим, что мама приготовила на ужин.
В течение следующих нескольких дней даже детский энтузиазм ЛиЭнн не мог проникнуть в мрачную атмосферу, которая нависла над ними. В четверг, когда дети легли спать, Тайлер позвал Нэнси к кухонному столу. Он предупредил ее о разговоре и о том, что это будет вечером, так что ее глаза уже блестели от слез, прежде чем она села.
Тайлер вытащил из портфеля документы о разводе и начал просматривать все, что они с адвокатом разработали. Подробно объяснив ей все, Нэнси согласилась, что он был более чем щедр. Теперь оставалось только рассказать об этом ЛиЭнн.
Когда Тайлер вошел в свой офис на следующий день, он выглядел еще более подавленным, чем всю неделю. Грустным голосом он поздоровался с Чарлин и начал наливать чашку кофе; его обычная рутина, прежде чем исчезнуть за дверью на следующий день в окопах.
— Хочешь поговорить? - спросила Чар.
Он на мгновение задумался, прежде чем ответить. Если не считать короткого разговора между ним и Чарлин в понедельник, единственным человеком, с которым он разговаривал, был чертов адвокат...может быть, пришло время снять это с его груди. —Почему бы тебе не взять себе чашечку кофе, Чар, и не войти. .. и не закрыть за собой дверь, - сказал он ей, поворачиваясь в сторону своего кабинета.
Через пару минут она села напротив стола Тайлера и позволила ему начать.
— Я просто хотел бы быть другим человеком, Чар, я...я хотел бы, чтобы был какой-то способ забыть все это...простить и забыть, знаешь ли.
Чарлин сделала глоток кофе, но пока ничего не сказала. Она была здесь, чтобы слушать, а не давать советы.
— Это будет так тяжело для детей. Крис уже знает, что происходит, но мы еще не сказали ЛиЭнн. - Тайлер уставился в пространство пустым взглядом. - Боже, Чар, - сказал он, качая головой. - Я просто не могу поверить, что она сделала это с нами.
Ему было так больно, что Чарлин должна была хотя бы попытаться...
— Тайлер, этот развод, очевидно, никому не нужен. Прошла всего неделя. Может быть, тебе стоит уделить больше времени, чтобы все обдумать, когда тебе не так больно. Рассматривали ли вы возможность консультирования по вопросам брака? Что-то...все, что угодно; это разрывает тебя изнутри, я могу только представить, что чувствует Нэнси.
— Поверь мне, Чар, - заметил он с легким вздохом. -Я думал, и думал, и думал о консультировании. Если бы я верил, что это принесет какую-то пользу, я бы не колебался, но она не просто трахалась с этим сукиным сыном один раз, она делала это снова и снова. Она выходила, зная, что это сойдет ей с рук; запретное яблоко, как она его называла. Она сказала мне, что, хотя ни один из них никогда не думал, что их поймают, все равно была некоторая опасность. Вот что делало секс таким захватывающим. Как я смогу снова ей доверять? Я знаю, что сейчас она сожалеет обо всем этом, но если мы останемся вместе, как насчет следующего года или года спустя? Что, если она снова жаждет этого волнения? Нет, - сказал он, качая головой, - я не смог бы жить с этим, нависшим над моей головой, Чар.
— Если она слишком много выпила и из-за этого занялась с ним сексом, или даже если он застал ее в какой-то уязвимый момент... - Он позволил своим словам повиснуть, пока боролся, чтобы держать свои эмоции под контролем...Я просто продолжаю переживать то, что почувствовал, когда услышала их разговор во дворе. Чар, я никогда не чувствовал себя таким раздавленным в своей жизни. Я проиграл свою жизнь. Я тоже не думаю, что когда-либо был так зол. Вот я и спасаю парню жизнь...
— О Боже, - почти закричала Чарлин. - Он? Вот с кем спала Нэнси? Парень, чью жизнь ты спас?
— Да. Он живет прямо через дорогу. Он работает по ночам, поэтому приходил к нам домой, когда все остальные были на работе.
— Неудивительно, что они думали, что их никогда не поймают, - прокомментировала Чар.
— Именно, - ответил Тайлер. - Он пришел в прошлую субботу, чтобы сказать Нэнси, что доктор разрешил ему снова начать трахаться с ней. Они не могли меня видеть. Я стоял за сетчатой дверью и все слышал. Я, черт возьми, чуть не убил его прямо на переднем дворе.
Чарлин вздохнула. Она достаточно хорошо знала своего босса, чтобы понять, что он не может смириться с изменой Нэнси. Она чувствовала себя такой беспомощной. Что она могла сделать, чтобы облегчить его боль...ничего. - Когда ты собираешься рассказать об этом ЛиЭнн?
На этот раз Тайлер глубоко вздохнул.
— Завтра, - ответил он. - Я думаю, что это даст ей пару дней, чтобы погоревать, прежде чем вернуться в школу.
— Ты говорил мне, что в комплексе, где ты снимал квартиру, есть бассейн?
— Да, и в помещении тоже. Дети смогут наслаждаться этим весь год, - заметил Тайлер.
У Чар появилась идея. - Почему бы не привезти их туда завтра? Пусть Крис и Лиэнн осмотрятся - пойдут купаться. Тогда ты можешь сказать ЛиЭнн, что она может оставаться там по выходным. Может быть, она не будет так сильно переживать.
Впервые за весь день на лице Тайлера появилась улыбка. "Чар, это отличная идея", - ответил он, затем остановился, чтобы подумать. "Я вроде как хочу, чтобы Нэнси была там, когда я ей скажу. Лиэнн, вероятно, захочет утешительных объятий своей матери."
— Ладно, бери ее с собой. Есть ли какая-то причина, по которой ты не хочешь, чтобы Нэнси видела квартиру?
— Нет. .. Ну, у меня пока нет никакой мебели, но кроме этого... Да, это хорошая идея. Спасибо, Чар.
Тайлер рассказал Нэнси план после того, как дети легли спать в ту ночь. Ей тоже понравилось, поэтому на следующее утро, после завтрака, Тайлер объявил, что они все едут кататься на машине, и велел детям взять свои плавки. Крис хорошо представлял, что будет дальше, но ЛиЭнн понятия не имела и была очень взволнована. По дороге Тайлеру пришло в голову, что это, вероятно, будет одной из последних вещей, которые они сделают как семья. Он изо всех сил старался не показывать своих слез перед детьми.
Сначала Тайлер устроил всем короткую экскурсию по комплексу. В небольшой парковой зоне были теннисные корты и стационарные газовые грили. Он воспользовался своим ключом, чтобы отвести их в клуб, где был бассейн
— Кто хочет поплавать? - спросил папа.
— Я, - взволнованно ответила ЛиЭнн.
— Хорошо. Вам, ребята, нужно переодеться в плавки. Следуйте за мной.
Тайлер провел всех через небольшую открытую площадку в одно из зданий. Он снова воспользовался своим ключом, чтобы войти в квартиру сто двадцать три. ЛиЭнн задавалась вопросом, почему у ее отца были ключи от этого места, но она была слишком взволнована бассейном, чтобы спросить в данный момент.
Он позволил детям переодеться в пустых спальнях, а потом они ушли. Они были полностью предоставлены сами себе, когда Тайлер и Нэнси развалились в складных шезлонгах у бассейна и смотрели, как их дети развлекаются.
— Кто ей скажет? - спросила грустная и встревоженная мать.
— Я сделаю это, - ответил Тайлер. - У меня есть несколько бумажных тарелок и чашек в кухонных шкафчиках и в холодильнике. Я подумал, что закажу пиццу, когда дети закончат купаться, и мы сможем просто посидеть на полу в гостиной как на пикнике. Я скажу ей после того, как мы поедим. Я хочу попытаться показать ей, что мы все еще можем хорошо провести время вместе.
Как бы тщательно Тайлер все ни продумал, все пошло не так, как планировалось. Еще до того, как юная любознательная девушка сбросила мокрый купальник, ее охватило любопытство.
— Папа, кто здесь живет? - спросила Лиэнн, вернувшись в квартиру.
Это был страшный момент, которого боятся все родители; момент, когда вы должны сказать своему ребенку что-то, что, как вы знаете, разобьет его сердце. Тайлер глубоко вздохнул и, собрав все свое мужество, посмотрел на жену.
Нэнси обнаружила, что ей трудно сдерживать собственные эмоции, когда она поймала выражение своего будущего бывшего и буквально увидела боль, бегущую по его венам.
— Ну, принцесса, - начал он, - я буду жить здесь, а вы с братом сможете приезжать сюда по выходным, играть в бильярд и. ..
— НЕТ, НЕТ, ПАПОЧКА, Я ТЕБЕ НЕ ПОЗВОЛЮ. ТЫ ДОЛЖЕН ОСТАТЬСЯ С НАМИ...ТЫ ДОЛЖЕН! - закричала она, подбегая и обнимая его за талию. Глаза ЛиЭнн тут же наполнились слезами. Даже в нежном возрасте восьми лет она знала, что между ее мамой и папой были проблемы, но Крис сказал ей, что все будет хорошо, и она поверила ему.
Крис вытер слезы с глаз.
— Папа, папа, пожалуйста, разве вы с мамой не можете помириться?
Нэнси пришлось отвернуться от душераздирающей сцены. Она достала из сумочки салфетку, чтобы вытереть слезы.
Тайлер обнял свою маленькую девочку и молча помолился о понимании со стороны своих детей. Он не был уверен, что было хуже: то, что он чувствовал, когда слышал, как Кевин говорил на днях, или то, что он чувствовал в настоящий момент. В любом случае, его душу снова вырывали из груди.
Придя в себя, Нэнси опустилась на одно колено и позвала дочь. - Иди сюда, детка.
ЛиЭнн повернулась и бросилась в объятия матери. Нэнси чувствовала, как ее юное тело сотрясается от рыданий. - Все будет хорошо, дорогая. Ты будешь видеться с отцом почти так же часто, как сейчас. Он все еще твой отец, дорогая. Он всегда будет твоим отцом, это никогда не изменится.
Крис воспользовался возможностью подбежать и обнять отца.
В течение следующих тридцати минут они все плакали, обнимались и уверяли друг друга, что все будет хорошо. Тайлер пообещал, что время от времени будет заходить к ним домой и ужинать с ними. Он пообещал, что всегда будет готов помочь с домашним заданием или чем-то еще, в чем они нуждались, и заверил их, что не бросит их.
Тайлер, наконец, заказал пиццу, и к тому времени, когда она прибыла, все успокоились, но воздух был пропитан печалью.
— Когда ты переезжаешь, папа? - спросил Крис на обратном пути к дому.
— Ну, я заказал две новые кровати, но мне придется найти подержанную мебель. Я не могу позволить себе купить все новое. Кровати будут доставлены во вторник. Я увидел подержанный диван и спальный гарнитур в газете, которые решил проверить завтра. Так что, думаю, я перееду, как только это место станет пригодным для жизни - сказал он им.
— Мы с ЛиЭнн можем поехать с тобой завтра?
— Конечно.
Так начался переход от счастливой семьи к разрушенному дому, процесс был медленным и болезненным. Много ночей, когда они лежали в постели, пытаясь заснуть, неосознанно для всех, ЛиЭнн и Крис присоединились к своей матери в безмолвных молитвах о том, что они каким-то образом снова станут семьей, но со временем молитвы уступили место принятию.
***
Бумаги были поданы. Тайлера перевезли в его собственную квартиру. Теперь это был лишь вопрос времени. Нэнси была полна решимости как можно скорее встать на ноги. Она все испортила. В распаде ее брака не было ничьей вины, кроме ее собственной; она знала это и брала на себя ответственность за это. Она не собиралась позволять себе быть обузой для Тайлера.
Его предложение включало оплату некоторых курсов в колледже, чтобы она могла начать работу. Она с радостью приняла его предложение помочь ей найти правильные курсы и аккредитованную школу. Вместе они нашли курс под названием " Управление бизнесом и администрирование." Учебная программа была хорошо продумана, но также и очень обширна, и Тайлер задавался вопросом, сможет ли она справиться с этим. Он был уверен, что придет, чтобы помочь трем людям с домашним заданием вместо двух.
Нэнси записалась, но занятия начались только через шесть недель. Она отчаянно хотела найти себе какое-нибудь занятие на это время. Если бы ей пришлось сидеть дома и думать только о том, как она предала мужа и разрушила свой брак, она бы сошла с ума.
***
На другой стороне улицы Сьюзен Чермак, несмотря на мольбы мужа о пощаде, тоже находилась в процессе развода. Кевин несколько раз пытался дозвониться ей на работу и даже несколько раз приходил домой, чтобы сослаться на временное помешательство. Он клялся, что изменился, но Сьюзен на это не купилась. Когда его постоянные призывы к примирению стали для нее невыносимы, Сью ударила его судебным запретом.
Кевин был избитым человеком. Он потерял единственную женщину, которая когда-либо любила его. Проводить выходные в баре через дорогу от мотеля, где он все еще останавливался, теперь стало обычным делом, и количество напитков, которые он употреблял за это время, увеличивалось.
Вдобавок ко всему, он все еще чувствовал пальцы Тайлера на своем горле. Он вспомнил, каково это - задыхаться, и взгляд Тайлера все еще преследовал его в ночных кошмарах. Он становился все более и более параноиком, полагая, что Тайлер все еще планирует убить его. Однажды, возвращаясь домой с работы, он купил пистолет и начал спать с ним под подушкой.
***
Шли недели, и рутина начала обретать форму. Нэнси пошла в школу и каждый день возвращалась домой примерно в то же время, что и дети, но ее время с ними было коротким. Она нашла работу официантки в маленьком ресторанчике в промышленной части города. Она начала работать в рабочие дни, но на большинстве фабрик была вторая смена, поэтому, как только она начала занятия, она смогла сменить часы работы. Ночной обеденный перерыв был с семи до девяти вечера, поэтому она заполняла его с шести до одиннадцати, с понедельника по пятницу. Заведение выглядело не очень, но на самом деле Нэнси неплохо зарабатывала.
На самом деле это не могло сработать лучше, потому что Тайлер пришел и провел вечер с детьми, пока Нэнси была на работе. Конечно, Крис и ЛиЭнн хотели бы, чтобы их родители снова были вместе, но они были довольны этим соглашением, потому что они часто виделись с мамой и папой.
***
Это случалось не слишком часто, но движение было слабым, так что Нэнси действительно опередила детей, вернувшихся из школы. Она быстро остановилась на краю подъездной дорожки и схватила почту, прежде чем войти внутрь. Она бросила несколько конвертов на кухонный стол и сделала двойную линию для кофеварки - после довольно тяжелого дня в школе она очень нуждалась в ней.
Пока в котелке варился этот волшебный эликсир, она села посмотреть, не принес ли почтальон чего-нибудь важного. Нежелательная почта, нежелательная почта... Внезапно ее рука замерла. Она чувствовала себя так, словно стрела пронзила ее сердце. Вот оно, большими жирными буквами. Обратный адрес гласил: "Секретарь окружного суда округа Кук". - Ее руки дрожали, когда она открыла конверт и развернула его содержимое. Это был последний гвоздь в ее гроб. Ее брак был официально расторгнут.
Даже после всех этих месяцев это сильно ударило ее. Нэнси закрыла лицо руками и начала тяжело всхлипывать. Она все еще занималась этим, когда вошли ЛиЭнн и Крис.
— Мама, - крикнула ЛиЭнн.
— Мам, что случилось? - последовал за ней Крис.
Они оба обняли ее.
Нэнси была смущена и рассержена тем, что позволила своим детям застать ее в таком состоянии. Она тут же вытерла слезы и попыталась взять себя в руки.
— Я...мне очень жаль, дети, - сказала она, быстро складывая плохие новости. - Мне просто стало немного грустно, вот и все. Ничего особенного, правда, сказала она, изо всех сил стараясь успокоить их. Когда она встала, то собрала почту вместе, задвинув важную часть под стопку, чтобы скрыть ее.
— Я сбегаю наверх и переоденусь, ребята. - Когда она оглянулась, то увидела беспокойство, застывшее на их лицах. Она заставила себя слегка улыбнуться. - Я в порядке...честно.
Нэнси бросила все на комод и закрыла дверь спальни. Она села на край кровати и сделала пару глубоких вдохов. Она знала, что это произойдет. Не похоже, чтобы она все еще надеялась. Она жила со знанием и последствиями своих действий в течение нескольких месяцев. Это было просто...только то, что теперь это было так окончательно. Она склонила голову, и в ее глазах снова появились слезы.
— Тайлер, мне так жаль, - пробормотала она себе под нос. - Мне очень, очень жаль.
Обезумевшая женщина приняла душ, а затем напряглась, чтобы спуститься вниз и встретиться лицом к лицу со своими детьми. После ужина появился Тайлер, и Нэнси ушла на работу.
— Мама сегодня плакала, - пробормотала ЛиЭнн, прижимаясь к отцу на диване.
— Да? О чем она плакала?
— Вот, - сказал Крис, протягивая отцу листок бумаги.
— Где ты это взял? - спросил Тайлер.
— Он лежал на мамином комоде. Я знаю, что не должен был подглядывать, но мне хотелось посмотреть, что ее так расстроило.
Тайлер развернул его и посмотрел. - О, - прокомментировал он с некоторой грустью. - Я еще не получил своего. Вероятно, это будет завтра по почте.
— В чем дело? - спросила ЛиЭнн.
— Там просто сказано, что мама и папа официально разведены, дорогая. Но это ничего не меняет. Не волнуйся, все будет так же, как и в последние несколько месяцев.
***
Нэнси работала за стойкой и как раз наливала кофе одному из завсегдатаев, когда увидела, как он вошел. Она почти не узнала его. Он сильно прибавил в весе, большая часть которого свисала с пряжки ремня. Его волосы были лохматыми и выглядели так, будто их не стригли месяц или больше. У него было опухшее лицо и темные круги под глазами. Она знала, что он где-то там работает, и решила, что это только вопрос времени, когда она столкнется с ним.
— Нэнси?
— Привет, Кевин, - сказала она, протягивая ему меню, прежде чем уйти, чтобы заняться другими посетителями.
Он был приятно удивлен. Несмотря на страх перед Тайлером, он не мог упустить такую возможность. Он не трахался уже несколько месяцев и по опыту знал, что Нэнси - это верная вещь.
Она тянула время, сколько могла, но он сидел у ее клиента, и она не могла игнорировать его вечно. - Ты уже решил? - спросила она, не глядя ему в лицо.
— Да...Я решил, что вы могли бы быть немного любезнее. Почему ты так недружелюбно относишься к своему любовнику?
— Кевин, ты никогда не был моим любовником...
— Не говори мне этого, - сказал он, обрывая ее. - Я чертовски хорошо знаю, что ты не забыла о нашем прекрасном сексе. Черт, я трахнул тебя лучше, чем когда-либо трахал твой муж. На самом деле, поскольку обе наши лучшие половины бросили нас, я думаю, мы должны продолжить с того места, на котором остановились?
— Мы никогда не были любовниками, и твои навыки в спальне не стоят прыща на заднице Тайлера, - сказала она ему, на этот раз более решительно. - Ты был отвлечением, чтобы заполнить несколько одиноких и скучных дней, не более того. Позволить тебе прикоснуться ко мне было худшим решением, которое я когда-либо принимала, и я буду расплачиваться за это всю оставшуюся жизнь. Может быть, уже слишком поздно исправлять мой брак, но я никогда больше не позволю тебе прикасаться ко мне...никогда. От одной мысли о том, что ты положишь на меня свои руки, у меня мурашки бегут по коже.
— Чушь собачья, - ответил он, наклонившись вперед и понизив голос. - Только не говори мне, что тебе это не понравилось, - усмехнулся он.
Нэнси повернулась и уже собиралась уйти, не сказав больше ни слова, когда Кевин схватил ее за руку. -Эй, не уходи от меня, черт возьми, - прорычал он.
Лу, владелец ресторана, как раз выходил из задней комнаты, когда заметил суматоху.
— Эй, - крикнул он, быстро направляясь к своей официантке, - убери от нее руку.
Кевин демонстративно выпустил руку Нэнси. - К черту это место. Я, пожалуй, пойду поем где-нибудь в другом месте, - сердито выпалил он.
— Хорошая идея - возмутился Лу, -и не возвращайся.
Нэнси была немного потрясена и удивлялась, как она вообще поддалась сексуальным домогательствам Кевина. - Спасибо, Лу.
Он мог видеть отпечаток от того места, где Кевин схватил ее. "Что это было?"
— Он был ошибкой из моего прошлого. Он хотел возродить то, чего у нас никогда не было, и не хотел принимать "нет" в качестве ответа.
— Ты в порядке?
Нэнси благодарно кивнула, еще раз поблагодарила босса и вернулась к своим обязанностям. Просто это была не ее ночь, подумала она; сначала письмо из суда, а теперь Кевин...что дальше?
Она не рассказала Тайлеру о стычке с его заклятым врагом. Она не была уверена, что он сделает, и не хотела, чтобы он снова преследовал этого осла. Она просто надеялась, что видела его в последний раз.
В течение следующего месяца или около того все шло довольно гладко; затем наступили каникулы. У Тайлера не было никаких планов на День благодарения. Его родители жили на другом конце страны, и Нэнси везла детей в родительский дом. Он не был большим поклонником футбола, но на канале рBS шел британский сериал по раскрытию убийств...Эй, сказал он себе, это лучше, чем ничего. По этому случаю он также купил ужин с индейкой.
Когда Тайлер вернул детей в прошлые выходные, Нэнси ждала у двери. Она поборола холод и побежала к машине, обхватив себя руками, чтобы согреться. Она не хотела рисковать, что он уедет, прежде чем она сможет поговорить с ним.
Когда он увидел, что она приближается, он опустил стекло машины, когда дети вышли и побежали в дом.
— Тайлер, не мог бы ты зайти на минутку? Я хотела спросить тебя кое о чем, но здесь холодно, - сказала Нэнси, стуча зубами.
Он последовал за ней внутрь. Дети уже разбежались по своим комнатам, чтобы распаковать вещи. Нэнси надеялась, что они все еще внизу. Если она не сможет убедить его, она знала, что они смогут.
— Тайлер, у тебя есть какие-нибудь планы на День благодарения?
— Ах, нет, не совсем; я думал съездить к своим родителям, но в пятницу у меня не будет свободного времени, а это слишком далеко, чтобы совершить поездку туда и обратно за один день.
— Ну, мои мама и папа хотели, чтобы я пригласила тебя поужинать с нами. Они не видели тебя с тех пор, как... - она замолчала. Она даже не хотела думать о том ужасном дне..."ну, в течение долгого времени." Она надеялась, что он согласится. Она все еще не отказалась от мысли вернуть его и молилась, чтобы семейный праздничный ужин заставил его задуматься.
Он колебался, обдумывая это. Конечно, было бы здорово провести день со всеми. На самом деле ему не хотелось оставаться одному в День благодарения, но... но он не хотел давать никому ложной надежды или мысли, что они с Нэнси каким-то образом все еще пара. За исключением детей, он должен был отделить себя от своей прежней жизни. Ему нужно было начать все сначала. Он уже собирался отказаться, когда высокий молодой голос изменил его решение.
— О, пожалуйста, папа, ты можешь? Ты можешь поехать с нами к бабушке и дедушке? - ЛиЭнн услышала, как ее мать поднялась по лестнице, и была взволнована перспективой того, что ее отец присоединится к ним. Она сбежала по лестнице и посмотрела на него умоляющими глазами.
— Я ах, - он посмотрел на свою бывшую, ища помощи, но у нее тоже были умоляющие глаза. - Ты уверена, что это не будет неловко для твоих родителей? Я не хочу портить всем праздник.
— Не глупи, Тайлер, они скучают по тебе. Они просили меня обязательно пригласить тебя, - объяснила Нэнси.
— Ну, я...я думаю, все будет в порядке, - смягчился он.
— Да, - крикнула ЛиЭнн, обнимая своего папу.
Нэнси была права. Ее родители приветствовали Тайлера, как будто он был их давно потерянным сыном. Они суетились вокруг него и убедились, что у него есть вторая порция индейки и соус. Это заняло некоторое время, но он, наконец, начал расслабляться и получать удовольствие.
Вернувшись вечером в свою пустую квартиру, он налил себе выпить и опустился в одно из немногих вещей, которые взял из дома, - свое любимое кресло для отдыха. Он сделал глоток виски и подумал обо всем, от чего уходил. В сотый раз он задумался, правильно ли поступает. Одинокая слеза скатилась из уголка его глаза.
Как это всегда бывает, жизнь, казалось, немного ускорилась после дня индейки. Первый крупный снегопад стал подходящим фоном для цветных огней, венков и больших леденцовых тросточек, которые украшали уличные фонари и витрины магазинов. Рождественский сезон был в самом разгаре. Многие считали это самое счастливое, самое радостное время года, но для членов недавно распавшейся семьи это могло быть совершенно удручающим.
В ночь перед сочельником Нэнси вернулась домой почти в час ночи. "Слава Богу, некоторые магазины открыты до полуночи", - подумала она, плюхаясь на диван. Она хорошо провела ночь в ресторане. Работники завода были в праздничном настроении, что вылилось в довольно солидные чаевые.
За неделю до этого родители дали ей немного денег, чтобы купить детям подарки, но они тоже не были богаты, и то немногое, что они могли выделить, не слишком помогло. Нэнси знала, как плохо чувствовали себя ЛиЭнн и Крис, зная, что их отца не будет рядом, когда они откроют свои подарки. Она не хотела усугублять ситуацию тем, что у них не было никаких подарков для открытия, поэтому, как только ресторан закрылся, она быстро отправилась в торговый центр через дорогу и потратила все, что заработала в тот вечер.
Она устала, но это не помешало ей убедиться, что к утру все будет упаковано. Было чуть больше трех, когда она сунула последний подарок под елку.
Несмотря на усталость, ей нужно было выпить перед сном. Она налила себе бокал вина и вернулась в гостиную, чтобы несколько минут отдохнуть на диване. Восхищаясь своими навыками упаковки, она вспомнила прошлый год.
Проведя полночи за упаковкой подарков, они с Тайлером сделали перерыв на том же диване, на котором сидела она. Нэнси закрыла глаза и вспомнила нежное прикосновение его губ к своим. Она откинула голову с легким вздохом и почти почувствовала, как его любовные поцелуи ласкают ее шею и нежно покусывают соски. Ее дыхание участилось, когда она поставила бокал и откинулась на спинку кресла, представив, что это его пальцы пробираются в ее трусики. Она чувствовала его горячее дыхание на своей коже, когда медленно вводила палец во влажные врата рая.
О Тайлер, ты мне так нужен, - прошептала она. Она отчаянно фантазировала, пытаясь убедить себя, что это он занимается с ней любовью, но это было бесполезно. Ее палец был плохой заменой мужчины, которого она любила. Слезы наполнили ее глаза и покатились по щекам, когда она сдалась. Она даже не могла расслабиться.
Нэнси села и сделала пару глотков вина, когда реальность вернулась. Ее сердце болело за своего мужчину. Он всегда заставлял ее чувствовать себя такой особенной...как будто она была единственной женщиной в мире; его любовь окружала ее, укутывая в теплое, безопасное одеяло.
Прошло больше шести месяцев...шесть месяцев с того ужасного дня, и боль была такой же сильной, как и тогда. - Я должна остановиться, - заявила она. Я должна перестать мучить себя. Она вытерла еще больше слез и решила на этом закончить. Когда Нэнси положила голову на подушку, она снова тихо позвала его по имени, но ответа не последовало. Капля за каплей сожаление просачивалось из ее глаз, когда она, наконец, заснула.
Следующие два дня были горько-сладкими. Папа и мама Нэнси пришли вечером, чтобы присоединиться к празднеству. В рождественское утро Тайлер забрал детей и привел их в свою квартиру, где они во второй раз прошли ритуал открытия подарков. Как бы ни были взволнованы Крис и ЛиЭнн всеми этими замечательными подарками, они оба отдали бы все, что у них было, чтобы их отец снова жил с ними.
Неделю спустя Нэнси приготовила несколько специальных угощений и безалкогольный гоголь-моголь. Она и дети будут звонить в новый год, сидя перед телевизором и наблюдая, как падает мяч на Таймс-сквер, вместе. Ровно в полночь ее сын и любимая дочь обняли и поцеловали ее, прежде чем отправиться спать. Нетрудно было заглянуть им в глаза и понять, о чем они думают. Нэнси думала о том же... еще один год и что. Чего там было ждать с нетерпением?
Тайлера пригласили на новогоднюю вечеринку, но, как ни старались его друзья, они просто не смогли его туда затащить. Он просто сказал им, что это было бы неинтересно, если бы не было кого целовать в полночь. Вместо этого, впервые за целую вечность, он остался дома и лег спать рано, до одиннадцати. Он просто хотел, чтобы эти чертовы каникулы закончились.
И Тайлер, и Нэнси исполнили свое желание. Каникулы были удручающими, особенно для детей, но они, наконец, закончились. К середине января они были в значительной степени забыты и заменены испытаниями и невзгодами холодной чикагской зимы.
Тайлер сидел в своем кабинете, просматривая какие-то отчеты, когда услышал, как зазвонил его сотовый. Это было необычно. В течение дня он редко получал какие-либо личные звонки. Он взглянул на часы на своем столе, достал телефон из кармана и нажал "подключиться", не глядя на дисплей...
— ПАПА, папа, ЛиЭнн сбила машина, - послышался из динамика рыдающий голос сына.
******************************
Продолжение следует...
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.