На следующий день Зоя еще с утра занесла Таисии вечернее платье, выписанное Альбертом из французского каталога еще весной, и туфли из того же комплекта. Этот наряд был строг и сексуален одновременно. Черная кружевная ткань была подшита к светлой основе платья, создавая впечатление обтянутого кружевом обнаженного тела. Никаких вырезов на груди и спине, и лишь один высокий до середины бедер разрез спереди, открывавший при ходьбе длинные стройные ноги, затянутые в тонкий капрон чулок. Черные туфли на высоком каблуке и эффектный браслет из черного камня на левом запястье – вот всё, что будет надето на Зое в тот вечер. Да, несколько капель феромонов от профессора и никакого нижнего белья.
Свои инструкции от Альберта получила и Таисия. Еще утром она поинтересовалась самочувствием Зои и ее готовностью к вечерним испытаниям. Не упустила из внимания и готовность половых органов и попки воспитанницы к возможным «приключениям».
— Да всё я сделала, - как бы отмахиваясь от наставницы, ответила Зоя. – Клизма для меня уже давно как ритуал – утром и вечером «промывка». Перед выездом еще сделаю. И писька уже четвертый день «недотрога», так до девственного состояния недалеко.
— А ты анализы сделала вчера?
— Да, все чисто... а что вы так все волнуетесь?
— Ты пойми, если вдруг у «этих», - Таисия акцентировала на этом слове, - что-нибудь «выскочит», то несдобровать ни Берту, ни всем нам.
— Ладно, я все понимаю. А они как? С презервативом будут, или так?
— Я не знаю... Ты им предложи воспользоваться, а там уж как получится.
Этот короткий диалог немного испортил настроение Зое, но откуда ни возьмись проявившийся азарт авантюризма все же возобладал. Вечер сулил много интересного кроме вероятного секса. Зоя с радостью отдала себя в руки стилистов, и они профессионально сделали свое дело. Осталась довольной и Таисия.
Время приближалось к восьми, когда должен был позвонить Альберт. Зоя не находила себе места, прохаживаясь из угла в угол по гостиной. Таисия старалась не отвлекать ее на серьезные темы, которые могли бы испортить настроение молодой женщины. Болтали о разных пустяках. Все же Таисия коснулась темы возможного секса и протянула Зое тюбик хорошего импортного лубриканта и коробочку презервативов.
— Положи в сумочку. Это много места не займет, а пригодиться может.
— Да, пожалуй... Все же, Тася, ты можешь мне сказать, кто будут эти люди?
— Правда, голубушка, не знаю. Бертик говорил только, что это весьма влиятельные и богатые люди. Но и у таких бывает не самое чистое прошлое.
— Хотя бы возраст у них какой?
— По его словам, они уже в бизнесе лет по тридцать. Ну, наверно, пятьдесят и старше, думаю.
— Ох, волнуюсь я что-то... Налей чего-нибудь выпить, пожалуйста.
— Это не спасет. Вот сейчас накапаю валерьянки, будешь как кошка.
— Нет, не надо как кошка...
— Ладно, по капельке коньячка можно. Сейчас.
Таисися подошла к серванту и разлила в бокалы немного напитка.
— Это старый армянский коньяк «Васпуракан». Слышала это название?
— Нет. Откуда мне знать. Я только теперь начинаю в чем-то разбираться с вашей помощью.
— По-моему, этому коньяку восемнадцать лет, а может даже больше. Попробуй, какой он мягкий и ароматный. А вкус напоминает чернослив.
Женщины успели сделать по глотку, прежде, чем зазвонил телефон. Альберт ждал в машине у подъезда. Евгения с ним не было.
— Ты божественно прекрасна! – воскликнул Альберт в искреннем восторге при виде Зои.
Альберт посадил Зою, а сам сел за руль. Машина тронулась.
— Как ты себя ощущаешь? – продолжил разговор Альберт.
— Не знаю... колотит немного, предчувствия разные...
— Ничего не бойся. Мы рядом!
— Когда меня трахать будут рядом стоять собираетесь? – с сарказмом поинтересовалась Зоя.
— Не надо так, ты же умная девочка, - не зная что ответить, юлил Альберт.
— Умная, да! Альберт, я благодарна тебе за многое, что ты сделал для меня, и сегодня, мне почему-то так кажется, я отдаю тебе свой долг. Прости, но вы с Женей просто пользуетесь мной. Да, мне это приятно даже бывает. Я иду на многое сознательно... но, понимаешь, что-то во мне надломилось именно сейчас. После пикника с оргиями и сейчас в связи с этим вашим пари...
— Что же такого произошло? Не пугай меня. Ты для меня очень дорогой человек!
— Ну, вот ты и нашел то слово, которое я сама для себя подыскивала. Понимаешь, если раньше в твоих глазах и в глазах Жени я видела себя как объект страсти и даже любви, то сейчас я, как ты сам выразился, дорогой, но... - Зоя сделала паузу, -. .. дорогой предмет для ваших расчетов. Не беспокойся, сегодня я постараюсь быть на высоте во всем, но не ручаюсь, что после всего наши с тобой отношения останутся прежними.
— Я не хочу рисковать нашими отношениями. Поэтому я поворачиваю...
Альберт совершенно серьезно сказал это и действительно занял левый ряд, чтобы уйти в разворот на первом же перекрестке.
— Не надо возвращаться. Я настроилась на это событие и... будь что будет. Потом разберемся. Пока же ничего не случилось?
— Зоя, я уверен, что все будет хорошо.
— Конечно. Иначе и быть не может.
Зоя несколько раз глубоко вздохнула и успокоилась. В конце концов, она уже была настроена на это мероприятие и ожидала его. Если быть честной перед самой собой, то ей хотелось оказаться в центре внимания той публики, которую она предполагала увидеть на этой светской вечеринке. Она хотела прежде всего поделиться тем, чему научили ее за это время Альберт, Евгений и Таисия. Ее познания в области живописи или театра не были глубокими, но вполне соответствовали уровню светского человека в его классическом понимании, а не вульгарно-элитарном представлении. Ее женственность и сексуальность в данном случае отступали на второй, но тоже важный план. Короче, ей хотелось блистать во всем, и она была готова к успеху.
Особняк на Николиной горе был празднично освещен и уже полон гостей. Зое показалось, что они опоздали, но часы на приборной доске автомобиля показывали без десяти минут девять.
— Мы опоздали?
— Не удивляйся. На такие мероприятия опоздать невозможно. Они называют только время начала того, ради чего всех собрали. А так тут народ гуляет уже часов с шести. Пьют, едят и ждут главного.
— А сегодня какой повод?
— ЭсВе, так зовут хозяина, - Альберт жестом упредил вопрос Зои, - это инициалы хозяина особняка и все его знают только как ЭсВе. Так вот, он приобрел какой-то рисунок или эскиз и пригласил гостей оценить приобретение.
— Мило. Он что, коллекционер?
— Да, что-то в этом роде. Ладно, идем, а то без нас начнут.
В застекленном в пол холле собралось достаточно много гостей. Альберту с Зоей пришлось лавировать между группами людей, чтобы добраться до центра зала. Здесь было немного свободнее и можно было осмотреться. Многие из присутствующих приветствовали Альберта и с любопытством взирали на Зою. Во взглядах мужчин она ловила восторг, а глаза женщин смотрели оценивающе и даже с завистью. Никого из знакомых по прежним тусовкам Зоя здесь не увидела. Не было и Евгения.
— А Женя не придет разве? - спросила она.
— Наверно он уже здесь. Появится, не волнуйся.
— А где картина?
— Вон там на стене синий лоскут видишь? Под ним картина. Сейчас открывать будут.
— Боже, там всего альбомный лист, а то и меньше...
— Ну, знаешь ли! Иногда за один автограф великого на клочке бумаги платят миллионы.
— Да, мне уже интересно, что там.
— Зоя, отнесись к этому очень серьезно. Фактически вся эта затея с картиной рассчитана на тебя и то, что мы в тебя смогли вложить.
— Ну, вложили вы в меня немало своего, - Зоя с многозначительной улыбкой взглядом указала на брюки Альберта.
— Аgis biеn... шалунья! Серьезней!
— Слушаюсь, мэтр!
Настроение улучшилось. Шумная красиво одетая толпа, ароматы вина и закусок, добротно со вкусом обставленный холл особняка и тихая музыка струнного трио создавали атмосферу праздника. Это совпало с ожиданиями Зои и она чувствовала себя уверенно.
Начало по каким-то причинам задерживалось. Но никто не проявлял по этому поводу нетерпения или беспокойства. К Альберту подходили его знакомые. Мужчины, как правило, целовали Зое руку. От такого она непроизвольно приседала в книксене и сама этому улыбалась. Женщины надевали дежурные улыбки и оценивающе скользили взглядом по ее платью и фигуре. Зою это забавляло. Как, все-таки, зависть или ревность искажает лица тех, кто испытывает эти чувства! За первую четверть часа в этом зале Зоя вдоволь насмотрелась подобных гримас на женских лицах.
Спустя почти сорок минут после назначенного времени в зале появился одетый в расшитый «золотом» кафтан ведущий. Низкорослый старичок с явно сценическим прошлым, что стало понятно по его поставленному голосу, выглядел немного смешно в длинном не по росту костюме какого-то ливрейного лакея. Но в манере вести презентацию чувствовался большой опыт.
Собрав все внимание на себя, ведущий, представившийся «всем давно знакомым Борисом Горбачевским», театральным жестом «сорвал ткань с холста» и предъявил обществу... карандашный рисунок множества кошек в разных позах. Это явно был лист из эскизного альбома автора, на котором он «разминался», изображая животных. Зоя подошла поближе, стараясь разглядеть достаточно мелкие фигуры. Это удалось ей не сразу – толпа удивленных гостей теснилась у рисунка.
— Прошу вашего внимания! – зычно, почти как на сцене, объявил ведущий. – Это эскиз неизвестного, пока неизвестного (!), художника, авторство которого будет сегодня установлено экспертом Третьяковки. А пока, всемилостивые государыни и государи, прошу вас, ценителей и, как я осведомлен, обладателей множества произведений живописи, определить или догадаться кто автор! Итак! Конкурс! Того, кто определит автора ждет... - здесь ведущий сделал театральную паузу и голосом ведущего боксерские поединки протяжно завершил, - Прииииз! Но пока, сохраняя интригу, я не скажу, что именно ожидает победителя!
— Вот теперь наступает твой звездный час, mоn аmоur! – не менее пафосно, но не громко произнес Альберт. – Подойди и постарайся вспомнить то, чему мы тебя учили. Подскажу только, что, скорее всего, это кто-то из русских художников.
Зоя не спеша подошла ближе к рисунку и стала рассматривать позы животных, стараясь сопоставить их с известными ей картинами. Ведь одна, а может и несколько, из этих кошечек должны были появиться и на главном полотне. Карандашные наброски были слишком формальны. Зое было трудно определить авторство, но что-то в ее памяти цеплялось за сюжеты картин одного из русских «художников-бытовиков», так для себя окрестила жанровых живописцев Зоя. И сейчас она старалась воспроизвести в памяти его имя и фамилию.
— Ну, что, душа моя, ты определила автора? – Альберт подошел к Зое с бокалом шампанского.
— Вспоминаю имя... Спасибо, глоток вина не помешает.
— Ты уверена?
— В чем?
— Ты определила? Я даже представить не могу, кто бы это мог быть, - Альберт был совершенно серьезен и удивлен тем, что Зоя смогла определить автора.
— Я не уверена еще... но пытаюсь вспомнить имя и фамилию.
— А о ком ты думаешь?
— Ишь какой! Хочешь у меня приз увести?
— Радость моя, мой приз это ты! Ладно, не буду приставать с расспросами. Будем ждать финал. А знаешь, пойдем к столу – там есть что съесть!
— Точно, пошли, а то я проголодалась. И, кажется, вспомнила автора!
— Скажи на ушко.
— Ни за что! Иди, угощай даму!
Зоя взяла Альберта под руку и, улыбаясь от ощущения возможной победы, проследовала к большому столу, сервированному под фуршет.
Не буду утомлять читателя перечислением того, что было на столе. Но, поверьте, что стол был богато сервирован закусками из одного из лучших ресторанов Москвы.
Спустя примерно час после того, как рисунок был предъявлен публике, в зале вновь появился ведущий.
— Господа, разрешите представить ведущего эксперта Третьяковской галереи, который уже определил авторство рисунков, приобретенных хозяином этого особняка и выдающимся коллекционером современности, - оратор снова перешел на стиль анонса боксерских поединков, - Веееееликим ииии ууууууужасным Ээээсс Вэ!
Присутствующие разразились аплодисментами, крутя головами в поисках того самого ЭсВэ, но он так и не появился.
— А он никогда не появляется? – спросила Зоя.
— На таких тусовках никогда. Его знают в лицо единицы из присутствующих.
— А ты знаешь?
— Я знаю. Ты тоже узнаешь если победишь.
Ведущий тем временем продолжал:
— Итак! Кто осмелится предположить имя автора данного рисунка? Кто будет первым претендентом на прииииз? – Ведущий опять тянул эти последние гласные, подражая модному тренду, что мало соответствовало его внешности и костюму.
Первым вызвался молодой длинноволосый человек с тонкими чертами лица и на удивление низким голосом. Пробасив что-то про анималистов и назвав пару имен, он отошел в сторону, ожидая вердикта. Эксперт только отрицательно покрутил головой, а ведущий в своей манере поблагодарил юношу за участие, пригласив еще желающих назвать автора.
Из толпы выкрикивали разные имена, назывались возможные объединения художников типа передвижников, но все это не находило одобрения эксперта, все так же крутившего головой. Ведущий уже стал подводить к завершению.
— Зоя, не пора ли тебе сказать твою версию, пока не закончилось обсуждение? – Альберт с искренним интересом посмотрел на спутницу.
— Да, думаю, надо попробовать, - Зоя подняла руку с бокалом вверх, привлекая к себе внимание ведущего.
— Вот девушка хочет поразить нас своей догадкой, - ливрейный старичок указал рукой в сторону Зои, - Итак, какому художнику, по вашему мнению, милая леди, принадлежит этот рисунок?
— Эти котики очень напоминают мне котов или кошек с картин Павла Федотова. Ну, того, что «Сватовство майора» написал. Кстати, именно на той картине на первом плане сидит котик, очень похожий на того, что в левом верхнем углу рисунка.
— Что же, спросим мнение эксперта. Что вы скажете, мэтр?
— Что же, неплохое предположение. Стоит обсудить. А скажите, уважаемая, на каком основании вы сделали такой вывод? Вы так хорошо знаете творчество Федотова?
— Хорошо или нет не мне судить, но прекрасно помню, что котики и собачки у него почти на каждой картине. Даже на его последней, незавершенной картине «Анкор, еще анкор», кажется, тоже собака прыгает. А коты очень напоминают вот этих с рисунка.
— Ну, почти у всех художников жанровой живописи на полотнах есть животные. А может вспомните, на каких еще работах Федотова есть кошки?
— На «Сватовстве» я уже сказала, еще на « Свежем кавалере» есть, «Разборчивая невеста» кажется, да там еще и попугай есть, на картине «Кончина Фидельки» помимо мертвого мопса есть и кошка и еще собака. Да, запомнился его рисунок с очень актуальным для многих и сегодня названием - Старость художника...эээ, - Зоя на секунду задумалась и продолжила, -... женившегося без приданого, в надежде на свой талант». Кажется, я точно назвала! Вот и там есть кошка и собака, но главное - сцена жуткого беспорядка и множества домочадцев вокруг сгорбленного старика.
— И это поооообеда! – громко и протяжно выкрикнул ведущий, а эксперт поднял вверх руки, аплодируя победителю. - Назовите ваше имя, прекрасное создание.
— Меня зовут Зоя
— О, Альберт, рад тебя видеть. Теперь я понимаю, откуда у твоей протеже такие глубокие познания.
— Это ее собственная заслуга. Поверьте, - Альберт повернулся к публике, - я сам не предполагал.
— Ну, что же! Вот так ученики превосходят своих учителей! Поздравим победителя!
Публика захлопала и приветственно загудела. Зоя, не скрывая восторга, улыбаясь смотрела на присутствующих, искренне, как ребенок, радуясь своей победе. Так мало было подобных минут в ее жизни. Наверно только в раннем детстве, когда ей хлопали родители и гости за песенку про ёлочку или стишок. Это был ее триумф. Еще она отметила, что мужская часть присутствующих смотрела на нее с явным восторгом и вожделением, а женская лишь обозначала аплодисменты, сопровождая их натянутой улыбкой и леденящим завистливым взглядом.
Эксперт подошел к Зое и с поклоном вручил ей конверт с красивым золотым тиснением на лицевой стороне.
— Вскройте конверт и покажите нам всем его содержимое, - провозгласил ведущий.
Зоя открыла и извлекла чек.
— Это приз нашей победительнице на сумму, - ведущий повернул руку Зои, чтобы прочитать сумму, -. ..на сумму в сто тысяч рублей! Неплохо для начала! Интересно, а во сколько обошлась экспертиза? Может мэтр приоткроет нам тайну экспертной бухгалтерии?
— Тайны нет, я даже завидую вам, Зоя. Вы получили больше, чем я.
Публика еще немного пошумела и стала расходиться по углам. Проходя мимо Зои мужчины слегка кланялись, а некоторые целовали ей руку. Женщины в большинстве своем только надевали кривую улыбку, но это ничуть не расстраивало Зою.
Время близилось к одиннадцати, но прием продолжался. Гарсоны внесли горячие закуски, от аромата которых аппетит разыгрался с новой силой. Пара подошла к столу и наполнила тарелки очередной порцией яств.
— Зоенька, ты не представляешь, как я горд за тебя.
— Все же, а где Евгений? – Зое очень хотелось, чтобы и он порадовался ее победе.
— Я не хотел говорить тебе раньше... просто у нас с ним произошла небольшая размолвка. Короче, в тот вечер, когда вы вернулись с пикника, я отчитал его за то, что он оставил тебя... как бы это сказать, без внимания.
— А что такого произошло, чему он должен был помешать?
— Ну, этот Лёва, например, и вообще все, что там было с тобой должно было происходить под его контролем. А он увлекся там своей давней пассией, хотя обязан был опекать тебя.
— Ничего такого не произошло, из-за чего вам надо было ссориться.
— Не важно. Я просто отчитал его, а он рассердился... но это у нас с ним бывает и длится не долго. Поверь, уже завтра, или может послезавтра, мы снова будем как прежде. Я его знаю.
— А мне хотелось его видеть здесь... точнее, я хотела, чтобы он видел меня здесь.
Разговор прервал неожиданно подошедший крепкий мужчина в костюме, видимо из охраны или обслуги особняка. Он обратился к Альберту.
— Здравствуйте. Хозяин просит госпожу пройти для поздравления. Я провожу вас, - сказал он, обращаясь к Зое, а затем повернулся лицом к Альберту и продолжил, - А вы останьтесь с гостями, но не ожидайте даму. Мы сами ее отвезем домой.
У Зои что-то оборвалось внутри. Вот, подумала она, всё и началось. Или закончилось? Она сама не могла понять своего состояния. Что-то подсказывало ей, что вот с этой минуты заканчивается ее триумф и начнется падение. Она еще не отошла от эйфории торжества ее личности там перед солидными гостями. Она как будто окаменела. Ноги не слушались. Она понимала, что это должно было случиться, она готовилась к этому морально задолго до события. Но сейчас слова этого мужчины прозвучали для нее как приговор. Надо было собраться и принять неизбежное. Тело не слушалось. Она посмотрела на Альберта. Он тоже, казалось, окаменел. Весь его вид выражал подавленность, нерешительность и ощущение вины перед Зоей. Ждать защиты было не от кого. Тогда она заставила себя улыбнуться и сделать первый шаг.
— Что же, идемте. Мне очень хочется познакомиться с хозяином этого чудесного дома.
После этих слов как-то само собой стало легче. Будь что будет – пришло вполне закономерное решение.
Сопровождающий человек провел Зою коридорами к двери, за которой открылась вторая половина дома. Здесь, в отличие от шумной гостиной, было тихо, пахло стариной и богатством. На стенах прихожей и коридоров, по которым вел ее охранник, висели картины. По всему было видно, что это подлинники известных и менее известных современных художников. Каждое помещение и даже проходы были декорированы в своем оригинальном стиле и картины ему соответствовали. Ковры и дорожки заглушали шаги. Охранник остановился у одной из дверей и открыл ее, рукой предложив Зое войти. Как только женщина вошла, дверь за ней тихо закрылась.
В креслах и на диване у журнального столика сидели трое мужчин. Один из них встал и подошел к Зое.
— Здравствуй, красавица! Проходи к нам.
Такое фамильярное обращение незнакомца не понравилось Зое. Но она шла на эту встречу сознательно, поэтому пропустила, как говорят, «мимо ушей». Все трое, хоть выглядели весьма интеллигентно и были шикарно одеты, особой воспитанностью не отличились. Они сопроводили Зою оценивающими взглядами, даже не привстав со своих мест. Зоя подошла и присела на диван рядом с тем, кто первым заговорил с ней.
Все трое были примерно одного возраста – пятьдесят с небольшим. Тот, что был рядом, выглядел чуть моложе остальных, а может это только показалось Зое. Гладко выбритое лицо отливало южным загаром. Коротко стриженые волосы были тщательно уложены и зафиксированы. Такую процедуру, по всей видимости, над ними совершали каждое утро. Идеально ухоженные усики однако не могли скрыть изъян верхней губы, когда-то, видимо, серьезно пострадавшей от раны. Но это не портило в целом своеобразной мужской красоты его лица.
Бросилось в глаза, что все трое были без галстуков. В кресле справа от нее сидел крепко сложенный, так, что полы пиджака едва могли сойтись на животе, мужчина. Он был лыс и широк в плечах. Ткань на рукавах так плотно обтягивала его бицепсы, что едва не трещала при изгибах рук. В свое время его можно было бы назвать «качком», а теперь это был «постаревший качок». Так его определила для себя Зоя. На щеке и голове отчетливо выделялись шрамы от ударов чем-то острым. Зоя, как медик, не раз видела такие. Один из шрамов на голове зашивался, о чем свидетельствовали точки по его краям. Мужчина явно в свое время прошел через нешуточные передряги.
Третий производил впечатление «задумчивого инквизитора». Это тоже было определение Зои. Удлиненная форма головы и крючковатый нос, взгляд из-под бровей, почти неподвижная поза – все это делало фигуру мистически ужасной, создавало впечатление отстраненности человека от происходящего и при этом пристально следящего за всеми. Он был выше остальных и худее. Ну, настоящий Торквемада!
Так Зоя и окрестила эту троицу: «Гладкий», «Качок» и «Инквизитор».
Мужчины пристально осматривали Зою абсолютно одинаковым взглядом покупателя. Это было неприятно. Она ожидала более уважительного к ней отношения. А сейчас богатая со вкусом обстановка особняка вступала в диссонанс с его обитателями, казавшимися чем-то чуждым, пришедшим сюда не из той среды. Когда Зоя присела, разрез платья непроизвольно раскрыл глазам мужчин ее ноги, и даже периферическое зрение зафиксировало, как головы всех троих повернулись в ее сторону.
— Что, выпьешь с нами? – Гладкий рукой указал на столик, где стояли бутылки разных напитков, - Чего хочешь? Шампанского, вискарика или водочки?
Его манера говорить никак не вязалась с его внешностью. От всех троих тянуло какой-то рафинированной «шестерятиной» девяностых. Их благообразный вид и одежда не дали им культуры и образованности. Ну, что же, такие нынче у нас «меценаты».
Гладкий, по мнению Зои, был тем самым ЭсВэ. Уж очень по-хозяйски он вел себя. Зоя только сейчас вспомнила эту троицу. Неожиданно всплывшие в памяти события зимнего посещения тусовки у Николеньки вдруг высветили короткое появление троих в костюмах, беседовавших с Альбертом. Видимо, тогда и произошел между ними тот сговор, в результате которого она сегодня здесь.
— Шампанского, пожалуйста, - вежливо попросила Зоя.
— Ты не стесняйся... тут все свои. Если чего покрепче, то... ну, ты понимаешь...
— Спасибо.
— Ты круто всех сделала с картинкой... Тот эксперт даже рот раскрыл. Тебе наверно Бертик в уши надул?
— Неужели вы сомневаетесь в моих способностях?
— Неее, в твоих точно не сомневаюсь. Мне уже Виталик рассказал на что ты способна, - многозначительно улыбаясь сказал Гладкий.
— Виталик? Какой?
— А, ты же не знаешь! Это сын мой. Это же он с тобой кувыркался там, на природе... позавчера, что ли...
Зоя ощутила, как краска залила ее лицо и от чего-то противно свело живот. Так вот кто был тот юноша, за которым просил присмотреть Альберт. При этих словах молчавшие до сих пор Качок и Инквизитор тоже подали голос, хмыкнув, как бы понимая о чем идет речь. Зое стало не только неуютно в этой компании, но даже страшно.
— Представляете себе, вот эта девочка, там троих одновременно отжала, а потом еще пошла искать с кем поебаться. Нет, ты пей, давай! Чего сидишь?
Зоя поняла, что все трое уже изрядно пьяны и только привычка к большим дозам спиртного держит их на ногах. Тем лучше, подумала она, пьяные не смогут долго заниматься сексом. А заняться придется. Это ей стало понятно. Значит, решила она, надо сменить тактику поведения и быстрее разделаться с этой троицей.
— Ну, что же, мальчики! За искусство!
— Ага, щас покажешь свою искусству, - заплетающимся языком проговорил Качок.
— Но я даже не знаю как вас зовут.
— И не надо, - опять пробурчал Качок, - Вот это Сэвчик. Его все знают. А мы так...
— Ну, как хотите, - Зоя в несколько глотков осушила бокал.
— А хотим всё и сразу, - принял эстафету Гладкий-Сэвчик. – Разденься, только медленно и вон там у камина. Ща музычку включу.
— А куда нам торопиться? Или вас жены ждут? – Зоя начала флирт.
— Опаньки! – опять ожил Качок, - Девочка-то огонь!
— С одного стакана никакого кайфа. Налей еще. – Зоя подошла к столу и поставила на него пустой бокал.
— Может вискарика тогда? – спросил Сэвчик.
— Может после... налей шампанского.
— Опа, мы уже на ты! - мужчина снова наполнил бокал и протянул Зое.
— А еще, раз вы такие горячие мужчины, мне надо в душ. Где это?
— Выпей с нами, а потом я покажу тебе.
На этот раз все трое мужчин встали, чтобы сдвинуть наполненные бокалы. Зоя увидела, что Качок был намного ниже ее ростом, зато Инквизитор возвышался почти на целую голову. Сэвчик был примерно с нее.
— Так за что выпьем? – Зоя надела дежурную улыбку, одарив всех лукавым взглядом.
— За нашу прекрасную даму! - неожиданно тонким писклявым голосом произнес молчавший до сих пор Инквизитор.
Зоя обратила внимание на его глаза, смотревшие так же исподлобья колючим холодным взглядом. Ее пробила дрожь. Она представила его костлявое тело и обнимающие ее тонкие холодные руки. Судорога неприязни свела ее на долю секунды. Чтобы отогнать видение она залпом опустошила бокал.
— Идем! Долго еще ждать? – кокетливо, наигранно строго спросила она.
Ванная комната располагалась достаточно далеко от гостиной, в которой находились мужчины. Это было просторное помещение со всеми видами сантехники, зеркалами, пуфами и мини гардеробом. Ванна, душевая кабинка, унитаз и биде были выполнены в едином стиле с облицовочной плиткой и позолоченным бордюром. Во всем убранстве дома чувствовалось участие опытного дизайнера. Приятное впечатление немного сняло стресс от знакомства с мужской компанией. Шампанское тоже проявило себя. Зое вдруг стало любопытно увидеть члены этих «побитых молью» мачо.
— Так, девочка, раздевайся, а потом вот тут в гардеробе подбери себе что-нибудь полегче. Понятно? – в привычном ему приказном тоне сказал мужчина.
— О, мой господин, - Зоя театрально сложила ладони, принимая тон Сэвчика, - Будет исполнено!
— Не выёбывайся, сучка, - резко оборвал ее мужчина.
Он резко развернул к себе Зою, надавил ей на плечи и опустил на колени перед собой. В два движения он расстегнул ремень и спустил брюки, обнажив висячий член.
— Соси, сука!
Вечер перестал быть томным - эта избитая фраза пронеслась в голове Зои. От члена пахло потом и мочой. К нему и приближаться было противно, не то чтобы брать в рот. Она поняла, что эти мужчины, несмотря на их псевдо интеллигентность, остались по сути теми же шестерками из девяностых, для которых женщины лишь сосуд для слива спермы. Надо было применять другую тактику.
— Да, дорогой. Пососу тебе первому и самому желанному. Только давай вместе станем под струи воды, я прижмусь к тебе всем телом, потом упаду на колени перед тобой и приласкаю твоего гиганта. Он такой красивый... пойдем...
Зоя окончательно стянула с мужчины брюки и расстегивала пуговицы на рубашке. Он сам завершил свое раздевание, а в это время Зоя сняла платье и чулки. Собственно это было всё, что она надела на себя в этот вечер. Мужчина, загипнотизированный ласковым голосом Зои, молча последовал за ней в кабинку.
Зоя прильнула грудью к сохранившему спортивную форму торсу мужчины, испещренному татуировками с куполами церквей, решеткой с кинжалом и розой, голой женщиной на эмблеме железных дорог – колесе с крыльями и еще какими-то более мелкими символами. Все стало на свои места. Она не ошиблась, предполагая криминальное прошлое ее визави.
Что же, не все там садисты и насильники, думала она. Вот и у ЭсВэ есть сын. Наверно и жена есть или была, по крайней мере. Да и те двое тоже, наверно, остепенились уже. Может и у них есть семьи. А сейчас, по их понятиям, «пацаны» гуляют. Они не причинят мне зла, думала Зоя, не подозревая, как она ошибается.
В общем все началось вполне обычно для подобной ситуации. В душевой Зоя некоторое время поднимала «орудие» мужчины ртом и грудью. Когда, наконец, оно приняло боевое положение, тут же прозвучал «выстрел». От этого «холостого» залпа мужчина сначала обмяк, а затем, видимо от того, что все произошло так быстро и несуразно, разозлился, грубо оттолкнул Зою и вышел со словами:
— Хорош, подмылась уже! Надень там из шкафа что-нибудь и приходи... давай!
Зоя завернулась в мягкое и ароматное банное полотенце и подошла к гардеробу. То, что она увидела на стеллажах и вешалках повергло ее в шок. Это были сплошь костюмы для ролевых игр и предметы для самоудовлетворения и садомазохистских оргий. Предполагая, что эти трое захотят по тюремной привычке покуситься на ее попу, Зоя взяла анальную пробку, надела на нее лежавший здесь же презерватив, намазала гелем и ввела в свою кишку. Пробка была великовата и доставила боль. Но пока женщина выбирала себе наряд, боль утихла и даже стало приятно ощущать в себе этот предмет.
Неожиданно Зоя ощутила, что от этого проникновения у нее сочится влагалище. Соки возбуждения увлажнили наружные губы. Она поняла это, когда коснулась их пальцами, надевая на себя костюм служанки с трусиками, разделенными в промежности надвое. Посмотрев на себя в зеркале, Зоя нашла образ весьма сексуальным. Корсет приподнял груди, оставляя на виду соски. Короткая юбочка едва прикрывала половину ягодиц, а ножки, затянутые в сетку чулок были стройны и красивы сами по себе. Взяв в руки приспособление для снятия пыли - палку с перьями на конце, Зоя вышла из ванной.
Войдя в гостиную Зоя отметила, что Сэвчик и Качок уже пьяны в дребадан. Только Инквизитор все так же неподвижно сидел в кресле и зыркал по сторонам глазами
На груди Качка тоже было много разных наколок. А вот та часть груди Инквизитора, которая была видна за расстегнутой рубахой, была чистой, если не считать буйной растительности. Может он не сидел, подумала Зоя, но это не сделало мужчину более привлекательным для нее.— А вот и наша Маша, - пьяно проговорил Качок и потянулся к Зое, проходившей рядом.
Зоя смогла увернуться от рук толстяка, но Сэвчик, хоть и был пьян, ухватил ее за талию и с усилием притянул на диван. Зоя неловко упала, ударив ногу о крышку столика. Она вскрикнула от боли и это стало сигналом к нападению для этих, не избалованных чувством любви и ласки, мужланов. Трещала молния на спине корсета, больно, царапая кожу, с нее стягивали дурацкие трусы.
Пока она барахталась в руках Сэвчика, пытавшегося пристроить свой член к ее ротику, Качок уже спустил штаны и безуспешно тыкал членом куда-то ей в промежность. Увидев в попе пробку, толстяк взревел от восторга.
— Бляяя, у нее пробка в жопе. Потаскуха! А жопка что надо. Сейчас я вместо пробки...- бормотал Качок.
Зоя смирилась со своим положением и сейчас единственным, что сильно волновало ее, было не дать этим зверям порвать ее. Речи о презервативах даже не шло. Она обернулась на толстяка и увидела его член. Он был коротким и мясистым. Для попы это было плохо. Она как можно ласковее попросила:
— Суй пока в пизду. Потом туда вставишь. А то сейчас только хуй сломаешь, мой боровичок!
— Ха-ха-ха... ты слышал, сука, бля... боровичок! – хохотал Качок, но примерился и вошел во влагалище. – Сучка! Она течет как сучка... кайф, бля!
Инквизитор, наблюдавший первую стадию сидя в кресле, тоже встал, полностью разделся и приблизился к дивану. Зою охватил ужас – на этом усушенном скелетоподобном теле между ног висел огромной длины и значительной толщины кривой член. Она непроизвольно охнула от ужаса.
— Ну вот, сука, Кащей, нахуя ты выпер свою дубину? Ща девка в обморок упадет. Нахер нам труп ебать? – бормотал Качок, вталкивая в Зою свой обрубок.
— Ничего, - пропищал Инквизитор или уже Кащей, - Пусть привыкает глазами, пока ты ей дырки разъебешь.
Вся эта брань и положение, в котором оказалась Зоя, повергли ее мозг в ступор. Она не могла сообразить что делать и как себя вести. Только одна мысль буравила ее мозг - надо выйти отсюда живой. Мелькала еще одна избитая фраза, что если насилие неизбежно, то расслабься и так далее. Но это не работало. Было реально страшно. Хотелось скорее прекратить все, но она понимала, что убежать ей отсюда будет невозможно. Поэтому, надо сделать так, чтобы эти звери скорее «напились ее крови» и «сытые ушли на покой».
Член Сэвчика во рту у Зои вновь обретал форму. Она старалась скорее привести его в рабочее положение, чтобы он еще разок кончил и успокоился. Она предполагала, что на три или больше раз ни у одного из этих «ветеранов» не поднимется.
Удовольствия от происходящего Зоя не испытывала, но влагалище жило своей собственной жизнью, наслаждаясь присутствием в нем такого толстячка, как член Качка. Зоя начала чувствовать приближение оргазма, чему сама удивилась. Но это случилось. Она дернулась и обмякла, упав всем телом на Севчика.
— Опаньки, кончила, шлюшка, - радостно провозгласил толстяк. – Погоди еще. Сейчас в сраку дам – еще раз кончишь.
Зоя ничего не сказала на это, только снова взяла в рот выпавший член. Сэвчик молча с закрытыми глазами наслаждался минетом и никак не реагировал на происходящее. Инквизитор еще ближе подошел к дивану и водил головкой по волосам и плечам Зои, от чего член окреп и вытянулся еще больше, пугая своими размерами Зою, периодически бросавшую на него взгляд. Но вместе с тем в ней просыпалось любопытство – как глубоко он проникнет в нее, какие еще нетронутые уголки ее чувствительной вагины он тронет, каким будет это чувство? Постепенно любопытство стало вытеснять чувство страха. Да и член казался толстым только на фоне худобы его хозяина.
Качок, однако, приступил к освоению заднего прохода. Он достаточно резко выдернул пробку, плюнул в еще не успевшее закрыться отверстие и почти без усилия внедрил в прямую кишку член. Вытесненный воздух издал характерный звук. Качок засмеялся. Когда при повторном движении звук повторился, он залился смехом так, что отвалился на край дивана и вышел из Зои.
— Все, отвали, Толстый, - Инквизитор рукой оттеснил Качка в сторону, - Моя очередь.
Зоя даже не успела что-либо сообразить, как член верзилы достаточно грубо врезался в ее анус. Она только вскрикнула от боли и потеряла сознание. Она не слышала, как ругались между собой мужчины эти несколько секунд, пока она не приходила в себя. Качок набросился на Инквизитора с упреками, что тот всегда «своей елдой» всё портит. В себя же она пришла от того, что кто-то хлестал ее по щекам. Это был Сэвчик, недовольный тем, что его член никто не сосал. Член «длинного» по-прежнему находился в ее заднем проходе, но не двигался, а пульсировал внутри кровью своих вен.
— Ты, сука, больше так не делай! – кричал ей в лицо Сэвчик, - Нахуй пошлю и тебя, и всех твоих Альбертиков. Подставляй, сука, пизду сюда...
Он подлез под Зою и втиснул член во влагалище, изрядно сузившееся из-за торчащего в кишке шланга Инквизитора. На диване было тесно.
— О, бляя, как хорошо ты прижимаешь, Длинный. Ну, сучка, давай, прыгай... нехуй целку из себя строить.
Как бы ни были эти слова неприятны и оскорбительны для ушей Зои, ее нижняя часть тела восприняла этот грубый натиск по-своему. Проникновение члена Сэвчика в сжатую вагину было немного больным, скорее, просто неуютным, но чрево при этом выплеснуло вдруг порцию смазки, выражая таким образом свое удовольствие от такого проникновения. Зоя только глубоко вздохнула и мозг отключился. Она плотнее прижалась грудью к наколкам Сэвчика, обняла его и губами нашла его губы. Он сначала дернулся, но, увидев улыбку удовольствия на лице Зои, ответил поцелуем и даже прошептал:
— Вот так-то лучше... шлюшка... уммм...маленькая моя...
В движение пришел и Инквизитор. Он, надо сказать, знал, как управляться с «отростком», которым наградила его мать-природа. Он плавно погружал его в попу до половины и так же плавно извлекал почти полностью. В сочетании с быстрыми движениями Сэвчика во влагалище это доставило Зое удовольствие. Все мысли куда-то улетели и осталось только это неизведанное ею до сих пор ощущение мощного животного совокупления. Быстро, очень быстро, закручивалась волна оргазма. Но в отличие от привычной для нее ритмичной пульсации во влагалище, пульсировало что-то глубже, где-то в животе. Возможно, рецепторы прямой кишки вызвали эти импульсы, но Зое было все равно.
Ей было хорошо. Теперь даже грубость обращения с нею мужчин стала ей приятна. Она никогда не фантазировала по поводу изнасилования, но сейчас она прекрасно чувствовала себя, будучи зажатой между насильниками.
Качок в это время пытался пристроиться членом к лицу Зои. Но Сэвчик, оказавшийся любителем целоваться, отогнал его в сторону. Такая склонность к ласкам показалась Зое странной для брутального мужчины. Но ей было приятно. Страхи рассеялись. Она отдавалась мужчинам и получала от этого удовольствие. Ощущение приближающегося оргазма уже овладело всем ее телом. Оно трепетало в объятиях мужчин.
Мышцы спины дрогнули. Затем еще и еще. Стон и дыхание перехватило, не давая звукам вырваться из глотки. Крупная дрожь пронзила все тело. Зоя уже не могла опираться на руки и опять рухнула на Сэвчика. Особенно сильно дрожали ноги. Они выплясывали джигу независимо от желания их хозяйки. Инквизитор сжал ее ступни руками, но это не убавило дрожь. Женщина пыталась освободиться от вставленных в нее членов, но прижатая объятиями Сэвчика и огромным членом Инквизитора, вырваться не смогла. Но и мужчины замерли, давая ей возможность прийти в себя. Оргазм был продолжительным. Уже почти минуту тело Зои терзали судороги и, казалось, им нет конца.
— Длинный, ты давно видел, чтобы так баба кончала? – спрашивал Сэвчик.
— Нет, моя только орет, как резаная и брыкается... и то редко уже... наверно вообще на стороне ебется, я так думаю. – пискляво вещал Инквизитор.
— А что не проследишь?
Мужчины, видимо, решили скоротать разговором время зоиного оргазма.
— А нахер мне это надо? Была бы молодая, тогда бы еще... А после моего дрына она всегда в обмороке. Вот и поебывается для удовольствия где-то.
— Вот, вроде успокоилась.
Сэвчик вдруг участливо спросил Зою:
— Ты как, сладкая?
— Нормально... - едва шевеля губами произнесла женщина.
— Мы тогда продолжим?
Зоя не ответила, только кивнула головой, лежащей на церковных куполах на груди любовника.
Продолжение вызвало сладкую истому. Рецепторы постепенно возвращали себе чувствительность, а мужчины не торопились, все так же плавно погружая в женское чрево напряженные мышцы. Сэвчик руками немного приподнял Зою и теперь сладко целовал ее грудь, издавая стоны удовольствия. К голове тут же пристроился Качок, чей член уже сморщился в ожидании ласки. Этот мягкий кусочек плоти легко разместился во рту, но когда соки вожделения прилили к нему, едва вышел наружу, ощутимо коснувшись кожей острых зоиных зубов.
— Ой, бля, не кусайся...
Ответить Зое было нечем – во рту оставалась головка члена. Мыслей не было. Было только ощущение колоссальной телесной наполненности. Грубые быки превратились в нежных телят и сейчас, убыстряя темп, наслаждались совокуплением с телочкой. Именно такой образ пришел Зое в голову и вызвал улыбку. Это заметил Качок.
— Хорошо тебе, девка? Вон какие мужики тебя обхаживают... не всем такое счастье перепадает...
Он еще что-то говорил, двигая членом во рту Зои. Но тут Инквизитор пропел своим тенором:
— Толстый, давай сюда, а я ей в рот хочу кончить.
Мужчины поменялись местами. Длинный член неприятно пах ее попой. Но делать было нечего, и Зоя приняла его в рот. Запах довольно быстро испарился, или просто стал привычным. Инквизитор старался быть осторожным и не стал сразу буравить горло женщины, позволив ей постепенно привыкать к длине члена и глубине проникновения. Рвотные позывы пару раз возникали у нее, но глотательные движения, когда головка достигала горла, помогали справиться с ними. Обильная слюна стекала по подбородку на грудь Сэвчика, но он не обращал на это внимания, а лишь наращивал темп, приближаясь к оргазму.
— Ох, давай, детка, давай, - нараспев стонал Инквизитор. – Кончаааюююю...
Зоя успела немного отстраниться, чтобы не захлебнуться спермой, но первые струи все равно с силой ударили в нёбо, расплескались за щеками и под языком. Затем член выскочил изо рта и остатками семени забрызгал ее лицо.
Зоя едва перевела дыхание, как Инквизитор снова сунул ей в рот член и еще несколько раз продвинул его в глубине. Он фактически протолкнул ей в горло все то, что она еще держала во рту. Она проглотила. Вкус не был противным. «Длинный» еще пару раз «крякнул», всовывая член в ротик Зои, и со словами «знатная кончина!» отошел от дивана, плюхнулся в кресло и залпом выпил содержимое бокала.
Двое других в это время как будто наперегонки засаживали члены в обе дыры в промежности Зои. Этот аллюр раскачивал женщину, поднимая внутри новую волну оргазма. Она посмотрела на обоих любовников. Сэвчик лежал с закрытыми глазами. Его пальцы сжали соски женской груди, да так и остались там как прищепки. Зоя вдруг почувствовала это сжатие и первые импульсы оргазма пробежали по телу. В тот же момент с громким стоном стал разряжаться Качок.
— Ой, бля, ой... давно не кончал... в жооопуууу... бляяя, каааак...
Зоя чувствовала, как дергается в анусе сарделька толстяка, как вторят этим толчкам сокращения мышц то ли прямой кишки, то ли влагалища... Удар и еще один удар... Это Сэвчик двумя сильными вторжениями ударял головкой члена в ее матку. Опять потеря сил и почти обморок. Тело трясло как на электрическом стуле... Она не знала, кричала она или стонала. Она просто себя не слышала и ощущала только, как все ее тело изгибается в судорогах оргазма.
Мужчины уже встали с дивана и отошли к креслам, а Зоя все еще вздрагивала и ни на что не реагировала. Одна ее нога на диване, а другая сползла на пол, открыв глазам мужчин ее промежность. Сперма вытекала прямо на бархатную обивку дивана. Мужчины видели это и, казалось, испытывали восторг от зрелища.
— Ничего не говори, Сэвчик, а девка того стоит! – говорил Качок. – Ты тогда ее точно подметил у Николеньки. Она не деланная, как все эти бляди вокруг. Гляди, как кончает. По-настоящему. Я давно так сам не трахался.
— Да ты вообще молчи. Сколько раз уже кидал нас с поёбкой, - встрял Сэвчик.
— Ты же знаешь, я по этому делу уже давно только на таблетках.
— А сейчас тоже?
— Тоже...
— А что принимаешь? Виагру?
— Неее, уже не торкает. У меня китаец один, еще с Черкизона, присылает какие-то таблетки их, черные такие. Одной на разок-другой хватает, а больше нельзя. Их хоть пачку съешь, а толку на раз... только потом голова болит и сердце вылетает.
— А ты, Длинный, тоже на таблетке?
— А как без нее? Ты сам-то как будто не принимаешь?!
— Вот, бля, мои года – моё богатство... А тогда, помните, на Таганке в сауне десять проституток на субботнике всю ночь втроем с вами жарили? И не надо было таблеток...
— Не, не десять было, восемь, - встрял Качок.
— Ага, двоих Длинный сразу выключил хуилой своим.
— Не выключал я их. Только сунул, а у одной сразу месячные потекли.
— А другую?
— А другая, по-ходу, уже беременная была. Бледная стала, блевать поползла... Ну мы их тогда назад отправили.
— Ага, ты напомнил, - снова встрял Качок и со смехом продолжил, -. ..тогда этот Буба пел - «когда-нибудь наверняка поднимет женская рука моё богатство».
— Не так, дурак, там «детская рука»... - вмешался Сэвчик, - Ну ладно. А наша что? Оклемалась?
Мужчины отвлеклись от своего разговора и посмотрели в сторону Зои. Она все еще лежала в прежней позе. Сознание почти вернулось. Она даже слышала их разговор, но детали с трудом доходили до сознания. Только звуки. Хотелось пить и отмыться. Сэвчик поднялся с кресла и подошел к ней.
— Алё, красавица, еще не завтра! Тебе показать где ванна? Или сама сходишь? А мы тут, это... приберемся пока...
— Я сама...
Зоя поднялась и покачиваясь пошла по коридору. Мужчины с нескрываемым вожделением смотрели ей вслед, любуясь стройной фигурой и соблазнительной подтянутой попкой.
— Ну что? По маленькой и по второму кругу? – разливая по бокалам виски сказал Сэвчик.
— Девка хороша. Десятку лет скинуть, я бы всю ночь ее ебал, - тоном сожаления проговорил Качок, - А сейчас на разок еще хватило бы...
— Да ладно, кружок еще прокрутим, а там видно будет, - Сэвчик бросил на стол упаковку «Виагры».
— С вискарем от нее толку мало, - пропищал Инквизитор.
— Не, я китайских уже принял. Эту не буду, - поддержал Качок.
— Как хотите, а мне и с вискарем пойдет.
Сэвчик закинул в рот голубую пилюлю и залпом запил из бокала.
Зоя не сразу нашла нужную дверь. Идя по коридору она услышала звуки музыки, доносившиеся откуда-то в противоположной части дома. Значит там еще кто-то есть, а может это отголоски все еще продолжающейся тусовки. Немного саднило попу при движении. Но, в общем, состояние промежности можно было назвать удовлетворительным. Странным образом проявила себя сперма Инквизитора. Когда Зоя держала ее во рту, вкус не был неприятным, всего лишь как сырое куриное яйцо. А теперь ей казалось, что из ее прекрасного ротика вырывается запах помойки
Где же эта ванная? Несколько дверей были закрыты на замок, за одной оказалась кладовая инвентаря и, наконец, ванная.Зое показалось, что после нее в ванной кто-то был. Первое, что бросилось в глаза – ее одежда лежала не там, где она ее оставила. На полу валялись полотенца, а на вешалке на стене висели женские платья и пара бюстгальтеров, которых точно не было раньше. Значит, где-то рядом в другом помещении тоже были люди. Зое стало любопытно. Приняв душ и приведя себя в порядок, Зоя нашла в гардеробе и надела простой махровый халат и мягкие тапочки. Выйдя из ванной, она пошла по коридору в противоположную от гостиной сторону, туда, откуда доносилась музыка.
Из-за одной из дальних дверей доносилась та самая музыка и достаточно громкие стоны. Зоя постояла рядом в нерешительности – открывать или не открывать дверь. Но любопытство взяло верх. Она плавно нажала на медную ручку и дверь плавно без скрипа приоткрылась, позволив женщине увидеть происходящее в комнате. На тахте, расположенной у противоположной от входа стены, юноша с собранными в пучок волосами сношал в позе раком девушку, показавшуюся Зое совсем еще ребенком. По крайней мере, фигура и почти нулевая грудь партнерши говорили о ее юном возрасте.
Справа от этой парочки в кресле еще одна юная прелестница прыгала на члене своего партнера, лица которого Зоя не могла видеть. Девушка сидела лицом ко входу и спиной к любовнику. Она тоже была юной, но грудь ее, в отличие от первой девчонки, уже претендовала на стабильную «двоечку» и возбуждающе подпрыгивала вместе с телом. Обе девушки громко стонали.
Но это были не все обитатели комнаты. Слева в кресле сидел еще один голый мужчина с густой шевелюрой и дрочил, глядя на совокупляющиеся пары. Он сидел в пол оборота к Зое, но даже в таком положении что-то узнаваемое было в его облике.
В целом картина завораживала эротизмом происходящего. Зоя невольно засмотрелась на эту оргию молодых и не заметила, что отпущенная дверь ускоряясь распахнулась, гулко ударив о дверной стоппер. Звук услышал сидевший ближе к двери мужчина в кресле и девушка верхом на партнере. Они спокойно, как будто это в порядке вещей, посмотрели на Зою, но даже не предприняли попытки остановиться при виде незнакомого человека. Зоя испугалась больше их. Она дернулась, чтобы дотянуться до ручки двери, закрыть ее и уйти, но приветственный оклик мужчины в кресле остановил ее.
— А вот и Зоя, о которой я вам рассказывал! Зоя, заходи...
Зоя взглянула на говорившего и узнала Виталия. Остальные, не прерывая акта, с любопытством посмотрели в сторону вошедшей. Виталий со вздыбленным от дрочки членом встал и подошел к Зое, приветственно протягивая к ней руки.
— Неожиданно и приятно тебя снова видеть, - говорил юноша, в чертах лица которого теперь Зоя четко отмечала схожесть с лицом Сэвчика, окрещенного ею «Красавчиком». Да, яблоко от яблони...
— Да, но я... - Зоя пыталась что-то сказать, но не знала как объяснить свое здесь присутствие, тем более в банном халате.
— Не стесняйся, я в курсе папашкиных шашней. Присоединяйся. Это мои друзья. Там на тахте Люси и Андрюха, а в кресле Сашка и Верунчик. Кстати, они все родственники.
— То есть как?
— Ну, долго объяснять. Потом, Зоенька, я возбужден сильно. Сними халатик и сделай мне приятно, как ты умеешь.
Юноша сам распахнул полы халата и отбросил его в сторону, сел в кресло и потянул Зою за руки, усаживая перед собой на колени. Другие участники оргии даже не реагировали на вновь пришедшую женщину, продолжая сношаться.
Минет был скоротечным. Виталий был уже давно готов к извержению и едва Зоя взяла член поглубже в горло, да еще на выходе скрутила в ладошках, а затем снова в горло – сперма брызнула ей на лицо и грудь. Вытерев капли влажной салфеткой, Зоя попыталась надеть халат и покинуть компанию. Но Виталий остановил ее, схватив за руку, и притянул к себе на колени.
— Нет, сейчас ты не уйдешь.
— Но там твой отец и его друзья...
— Кстати, его друзья как раз отцы моих друзей. Так что никто в накладе не будет. Надо делиться с детьми.
— Что ты имеешь в виду?
— А вон та худышка Люси и Сашка дети дяди Юры – ну, такого высокого. А Верунчик с Андрюхой дети дяди Бори.
— Слушай, а вот эта Люси... она вообще совершеннолетняя?
— Ха, заметила! Ну, как тебе сказать? Почти... но любит это дело! Да она и с братом уже трахается.
— Как же это? Так же нельзя!
— А ты на Сашкин член посмотри и тогда скажешь что можно, а что нельзя, но хочется. Сань, покажи Зое свой.
Девица в кресле приподняла одну ногу и член сидящего в кресле юноши вышел из ее влагалища. Это было зрелище! Член не сразу показался из чрева, а медленно выползал, показывая блестящую мощь, во всей красе, пока не вывалился полностью, чмокнув головкой. Он был гораздо длиннее члена отца и толще. У партнерши этого гиганта должно быть очень глубокое влагалище. Зою даже передернуло от вида такого орудия. Она представила как эта напряженная мышца входит в нее и пронзает до самого... Она не знала до «чего самого», но ощутила, что писька при этом резко увлажнилась. Это заметил и Виталий, по бедру которого прокатилась капелька женского секрета.
— Опа, да ты потекла! Саня, Зоя тебя уже хочет. Веруня, иди ко мне вместе посмотрим как Сашка ей вдует.
Зоя попыталась протестовать, но Виталий подтолкнул ее в сторону кресла и она почему-то безропотно пошла навстречу вспотевшей от любовной игры стройной черноволосой Верочке.
Саша поднялся и обнял Зою. Он был высокого роста, но, в отличие от отца, прекрасного телосложения. Его теплый похотливый взгляд располагал к неге и сексуальному удовольствию. Зоя попала под гипноз этого юноши, а когда он обнял ее - утонула в объятиях и нежных поцелуях. Он подвел Зою к креслу, еще не остывшему от любовного жара, продолжая целовать. Из-за высокого роста его член был на уровне живота женщины. А когда он прижал Зою к себе, то головка уткнулась ей в левую грудь. Зоя почувствовала, насколько пульсация в сосудах члена синхронна ударам ее сердца. Поражала длина. Зоя просунула руку под грудь и приложила мизинец к основанию члена, а большим пальцем потянулась к его головке. Ноготок уперся в капюшон. Она знала, что между кончиками пальцев у нее двадцать два сантиметра. Значит, член Александра был не менее двадцати пяти! Это было поразительное ощущение держать в руке такое орудие. У нее задрожали ноги. Юноша, заметив это, легко подхватил Зою на руки и понес на другую тахту, стоявшую у противоположной стены и невидимую от входа.
— Э, так не пойдет. Нам не будет видно, - подал голос Виталик.
— Ты, конченый вуайерист. Пересядь, - шикнула на него Вера.
Все это время парочка Люси и Андрея молча наблюдала за происходящим, отдыхая после очередного оргазма. По всему было видно, что подобные оргии - обыденное для компании занятие. Но Зоя сейчас об этом не думала. Она полностью отдалась рукам Александра и нежилась в нирване страсти, а точнее – похоти, желая скорее ощутить внутри член юноши.
Александр уложил Зою на спину, поднес головку к губам и нежно погладил волосы.
— Поцелуй его сначала. Ты готова принять его в себя?
— Да, я готова...
— А куда ты хочешь?
— Хочу в писю... только осторжно...
— Ты красивая. Такие ножки! И сиськи просто класс. Ты как модель. Я хочу тебя.
— Ты... тоже... красивый и... сильный... - хватая воздух между погружениями головки члена в ее рот, проговорила Зоя.
— Теперь не напрягайся только... я аккуратно войду, не бойся.
Юноша переместился к ногам Зои, нежно развел их в стороны и несколько раз провел головкой по щели вдоль половых губ, растирая обильный секрет, вытекший из влагалища. Затем он пристроил головку ко входу и плавно стал погружать член в текущее лоно. По мере того, как член проникал в нее, Зоя прогнулась в спине и затаила дыхание. Мощный отросток Александра, по ее ощущениям, не был толще, чем у Евгения, но приятно распирал стенки влагалища, проникая все дальше и дальше, туда, где еще не бывали члены других мужчин. Ее тело прогнулось так, что осталось только две точки опоры – ягодицы и затылок. Мышцы сами реагировали и напрягались, когда головка члена касалась новых сенсоров где-то внутри женского вместилища.
Протиснув член достаточно глубоко, но еще не на всю его длину, юноша остановился и спросил:
— Ты как? Мне продолжить?
— Даааа, - выдохнула Зоя.
Александр подхватил ножки Зои под коленями и приподнял немного, чтобы продолжить движение и в этот момент она ощутила, что головка уже уперлась в матку. Так бывало несколько раз, когда другие мужчины в кульминационный момент с силой ударяли лобком и их члены прикасались к этому чувствительному месту. На этот раз головка не просто прикоснулась, а надавила где-то у самого входа в матку. Было больно, но и приятно одновременно.
— Ну что? Идем дальше? – снова спрашивал ее любовник.
— Даааа...Осторо...жно... - прерывисто вздыхая сказала Зоя.
Ей было страшно и желанно это ощущение. Хотелось узнать, что будет дальше, но не хотелось, чтобы боль испортила всё. Мальчик оказался опытным любовником. Возможно, часть знаний ему передал отец, тоже имевший немаленький орган.
— Сейчас я надавлю на стеночку, где у тебя матка. Не факт, что я попаду в нее и может быть больно. Потерпи...
— Нет, туда нельзя. Там спираль. Лучше так, как сейчас.... Пожалуйста...
— Хорошо.
Юноша как будто зафиксировал глубину возможного погружения и начал фрикции. Не спеша, размашисто он прокачивал поршнем горячее лоно Зои. Хватило и десятка движений, как Зоя испытала первый оргазм. Она дернулась и уперлась руками в грудь юноши, призывая остановиться. Но он не останавливался, продолжая все так же размеренно сношать прекрасное тело. Зоя кричала и пыталась вырваться из объятий любовника, но тщетно.
Несколько секунд такой борьбы и женщина успокоилась. Судороги сменились расслаблением и совокупление перешло на новый виток. Зоя еще не вернулась из затмения оргазма, но открыла глаза и посмотрела по сторонам. Худенькая как подросток Люси и Вера стояли на коленях перед Виталием и делали ему минет. Андрей же стоял рядом с тахтой, где были Зоя и Александр, и поддрачивал член, явно намереваясь присоединиться к паре.
— Ты не против анальчика? – спросил Александр, лукаво глядя на Зою.
— Ой, я еще не... не знаю...
— Давай попробуем. Наш Андрюша специалист-анализатор, – засмеялся Саша, - Ты сейчас ляжешь на него и дашь ему попку, а я продолжу любить твою пизденку. Ты сладкая!
Член Андрея легко проник в разработанную отцом и смазанную собственными женскими соками попу. Юноша был немного полноват и стал мягким ложем для Зои. Пока Саша примерял позу для лучшего введения, к топчану подошла Люси. Зоя увидела вблизи это хрупкое существо, явно не достигшее совершеннолетия. Это была девочка на вид лет пятнадцати. Миниатюрная, красиво и гармонично сложенная, белокурая с детским румянцем на лице и цепкими холодными глазами как у отца. Она провела языком по своим алым от сосания члена губкам и прильнула сначала к губам, а потом к соску Зои. Девочка действовала умело и доставляла Зое удовольствие. Какая молодежь подрастает!
Уже почувствовав заполнение всей своей промежности, Зоя еще раз посмотрела в сторону кресла и увидела, как Виталий в быстром темпе насаживает Верочку сзади. Наступала кульминация оргии!
Зоя уже трижды кончила под двумя юными жеребцами, которые, казалось, и не собирались еще изливаться. Было понятно, что это не первый их акт за сегодняшний вечер, но есть же предел! Зоя уже ничего не могла поделать со своим уставшим телом и просто подчинялась рукам молодых мужчин, крутивших ее, подчиняя своей воле. По очереди и одновременно они пронзали все ее отверстия, а юная Люси целовала ее, ласкала грудь, а иногда вставала в пару, причем иногда с собственным братом. Зою это уже мало волновало. Пусть творят, что хотят. Секс ей уже не приносил удовольствия, но похоть все еще будоражила нервы. В конце концов, рассуждала она, лучше пусть ее трахают эти молодые мачо, чем ветераны Черкизона.
Женщина опять была зажата в «бутерброд» между Александром и на этот раз Виталием. Во рту сновал член Андрея. Глубины кишечника исследовал «зонд» Саши, во влагалище буйствовал Виталий. Зое казалось, что прошел час, а может и больше, хотя на самом деле с момента ее прихода в эту комнату прошло чуть более получаса. Интенсивность секса и частая перемена поз создавали впечатление, что оргия тянется уже долго.
Наконец Виталий на одной ноте завыл, изливаясь в Зою остатками семени. Эта последняя капля вытекала мучительно долго, заставляя член дергаться в спазмах эякуляции. Но именно эти вздрагивания мужского органа вызвали у Зои очередной оргазм. Она дернулась всем телом. Видимо пульсация члена во влагалище, дрожь женского тела и сопутствующие стоны привели к оргазму и Александра. Его рёв от извержения заполнил помещение и рванул по коридорам. Это совсем не было похоже на писклявый голос отца. Извергался член так мощно и долго, что, казалось, заполнил всю прямую кишку. Это был его первый за сегодня оргазм, в отличие от других его товарищей.
С третьим мужчиной было сложнее, но помогла Верочка, его сестра. Видимо, она хорошо уже знала привычки и особенности секса брата. Она перехватила инициативу от обездвиженной Зои и сама взяла в рот член Андрея, рукой сжимая мошонку и куда-то под ней надавливая пальцами. Почти сразу парень замычал и извергся на лицо сестры.
— Что за дела, Виталий! Я же просил сегодня не приходить. Вы охуели, парни? Мало того, что нашу бабу выебли, так еще и Люську притащили!
Да, картина, представшая глазам Сэвчика, явившегося на крик Саши, была такая: на тахте сидел опустошенный Виталик с лицом усталого галерного раба. На его коленях покоилась голова Зои, не реагировавшая ни на шум, ни на движение. Из всех ее дыр на сукно обивки ручейком вытекало семя молодых жеребцов. У ее ног изнуренный секс марафоном сидел Саша, уложив на бедро своего утомленного удава. В кресле напротив входа сидел Андрей, только что кончивший на лицо собственной сестры. Вера с белыми потеками на лбу и щеках стояла прямо напротив Сэвчика и глупо улыбалась. Люси спрятала свое тельце за спинку кресла и, глядя в пол, пыталась изобразить невинность. Что и говорить – Гоцман, «Картина маслом»!
— Так, Виталий, ты старший. Сейчас быстро встали, отмыли нашу бабу и принесли к нам. Понятно. А Люську-проститутку сейчас же домой чтобы отправили! Всем все ясно?
— Да, понял я, пап... иди уже...
— Лоси, бля! Заебли девку до смерти!- Сэвчик еще раз посмотрел на Зою и вышел.
— Вит, почему не сказал, что сегодня нельзя было? – спросил Андрей, когда за старшим закрылась дверь.
— Забыл, парни. Честно! Зато какую девочку сладкую поимели!
— Теперь отец меня за Люську поимеет! – подал голос Александр.
— Ладно, первый раз что ли?
— Люська, давай в душ первая быстро.
Девчонка, собрав в охапку какую-то одежду, выбежала за дверь. Вера вытерла лицо влажной салфеткой и улыбнулась.
— А мне понравилось сегодня, - подала голос Вера, - Вит, я теперь понимаю почему тебе нравится смотреть как другие трахаются. Это круто! Заводит по-взрослому. Когда Сашка этой заправлял я чуть не кончила. Правда.
— Да тебе только хуй покажи, как ты кончаешь, - вмешался братец.
— Заткнись, дурак. Иди вон шлюху подмывай.
— Сама пойдет.
Зоя слышала все эти разговоры, но не находила в себе силы подняться. Мышцы не приходили в норму. От непривычных растяжек ныли тазобедренные суставы. Но надо было вставать
Лучше бы сразу встала, так как бурный поток спермы хлынул на обивку и без того уже изрядно промокшую от выделений.— Тебя проводить? – поинтересовался Виталий.
— Не надо... я сама. Только дай мне халат... он где-то здесь...
Виталий подал ей халат и тапочки, в которых она пришла в эту комнату. Зоя старалась не думать о том, что ее ждет в гостиной. Ей хотелось немедленно под струи воды и смыть с себя липкую субстанцию. По коридору навстречу ей шла уже одетая Люси. В одежде она вообще была похожа на ученицу средних классов. Короткая юбочка а-ля «Тату», гольфики, тесная блузочка, окончательно прижавшая ее грудки, и два коротких хвостика на голове. Такую увидишь и ни за что не подумаешь, что это уже опытная и извращенная шлюшка. Поравнявшись с Зоей, Люси зыркнула на нее своими прозрачными глазками, притворно улыбнулась и сказала:
— Мне понравились твои сиськи. Приходи еще. Я тебе пизду полижу. Пока!
Зоя встала под душ и отдала себя свежим струям. Из-за шума воды она не услышала, как в ванную вошла Вера. Только когда девушка открыла створку душевой кабинки Зоя поняла, что пора освободить помещение. Но Вера рукой прижала Зою к стене и со злостью прошипела ей на ухо:
— Отстань от Виталика. Поняла? Шлюха!
— Не нужен он мне... с чего ты взяла?
— Вот и отстань!
Девушка с силой сжала плечи Зои и вытолкнула из кабинки.
В гостиной все было без изменений, если не считать, что мужчины как-будто протрезвели. Они все так же сидели с наполненными бокалами и что-то эмоционально обсуждали. По обрывкам слов Зоя поняла, что это какие-то их дела. Они даже не обратили особого внимания на ее появление, а только мельком взглянули и вернулись к своей беседе. Зоя прошла к камину, на мраморном карнизе которого стояли напитки и налила себе воды. Она решила не вмешиваться в мужской разговор и не привлекать к себе внимания. Итак сегодня этого внимания к ней было через-чур. Женщина прошла в дальний угол и села на канапе у стены за выступом. Рядом на круглом мраморном столике стояло блюдо с элементарной закуской и снеками, что оказалось весьма кстати, потому что Зоя неожиданно почувствовала голод. Сыр, колбасная нарезка, орешки, оливки и чипсы быстро перебили разыгравшийся аппетит и даже подняли Зое настроение. Куда-то ушла усталость от секс-марафона и навалившийся было сон. Зоя взбодрилась и стала прислушиваться к мужскому разговору.
Многое из того, что удалось ей услышать, никак не выстраивалось во что-то целое. Разговор часто обрывался на странных непонятных ей словах и междометиях. Мужчины вообще говорили в полголоса. Но после фразы «качка» Бориса: «А с этой что будем делать?», - ушки Зои навострились.
— Еще разок по кругу пустим и отпустим, - деловито произнес Сэвчик, как будто речь шла не о человеке, а о вещи.
— Хорошая же баба! Может пристроить ее где-нибудь у нас и... ну... - предложил Борис.
— Все равно заебете ее за полгода. Нахуй она потом кому нужна. Девка хорошая, но пусть уж Бертик ее ебет. Вообще-то он мудак. Я ему тогда сказал просто отдать бабу и все. Без этих выебонов типа - за проект на наши дома. Мы же и так ему бы их отдали.
— Кстати, я ему уже вчера аванс перечислил, - сказал «инквизитор» Юра.
— За все или только за свой?
— За все, как договаривались.
— Ну всё, давай девку еще по разу и нахуй, пусть едет к Бертику. А то уже второй час. Спать охота...- проговорил Сэвчик и громко продолжил, - Зоенька! Ты где там прячешься?
— А вы поищите! – кокетливым тоном ответила Зоя.
На самом деле, после услышанного настроение у нее было далеко от кокетства. Альберт предал ее, как говорят, по полной программе. Зачем-то придумал этот водевиль с Пигмалионом. Конечно, получение ею знаний было приятной стороной сделки, и Зоя даже гордилась своей победой, но зачем надо было всё это мотивировать получением подряда на проект, если он и так был у них в руках? Может так Альберт просто хотел оттянуть время? Может хотел себе цену набить? Гадать можно было долго, но бесполезно.
— Куколка наша. Иди к нам. Хватит прятаться за стенкой. А то мы уже соскучились, - притворно ласково позвал Сэвчик. – Иди, выпей с нами.
— Чем угощаете? – продолжая кокетничать, спросила Зоя.
— Вот вискарик тебе...
— Нееет, а где моё шампанское?
— Нету... кончилось...теперь вот вискарик. Давай, давай, - настойчиво повторял Сэвчик, всовывая в руку женщины бокал, - До дна, сучка, до дна, сказал!
Зоя нехотя подчинилась. У нее не было иного выхода из этого дома, как через руки, а точнее – через члены, этих престарелых «пацанов». Но с другой стороны, всё, что происходило с ней сегодня, ей даже нравилось. Ночь полная приключений! В конце концов, грубая речь этих мужчин вовсе не выливалась грубостью в их действиях. Они не порвали ее на части, не причинили боль... ну, разве что, немножко. А в целом их принуждение было мягким и секс в целом был ей приятен. Она даже не могла вспомнить сколько раз за эту ночь кончила.
Мужчины обступили ее, прикасаясь обнаженными телами и напряженными членами. Зоя ощутила как писечка чутко отреагировала на эти прикосновения сочными выделениями.
— Солнышко, - неожиданно ласково произнес Сэвчик, - встань рачком вот здесь у кресла. Мы тоже устали, но отказаться еще разок побывать в твоей пизденке не можем. Так что, девочка, потерпи еще.
Зоя послушно делала все, что ей говорили, в надежде, что скоро все это кончится. Но события стали развиваться совсем не так, как предполагалось. Мужские органы, поддерживаемые похотью и таблетками, потеряли чувствительность и не собирались кончать.
Зоя тоже едва сдерживалась, чтобы не потерять сознание от усталости, выпитого алкоголя и непрерывных толчков потных мужских тел. Она уже не чувствовала, что происходит в ее промежности. Там все стонало. Чтобы обеспечить хоть какое-то скольжение, мужчины сплевывали на члены, пока кто-то из них не догадался воспользоваться лубрикантом. Зоя вспоминала, что в самом начале этого второго акта она еще смогла один раз кончить, а потом наступил какой-то затяжной предоргазменный период, и от этого стало неприятно. Периодически ее тело вздрагивало, как от оргазма, но это было нечто совсем не похожее на кульминацию. Мужчины перемещали ее тело, перекладывали с кресла на диван. Их члены таранили все ее отверстия, но разрядка не наступала. Зое казалось, что пролетел час, а может больше.
Звереющие от невозможности кончить мужчины стали грубее. Они, не церемонясь, менялись местами между собой и в женской промежности. Во рту у нее постоянно мялся чей-то член. Зоя даже перестала различать размеры снующих у нее внутри отростков. Зал наполнился не стонами наслаждения, а напряженным пыхтением. Всем хотелось скорее закончить это, но никто не мог. Зоя уже ничего не чувствовала, только тело ее иногда импульсивно реагировало на сигналы из промежности, но она даже не понимала, что это были ее оргазмы. Сознание оставило ее. Она могла видеть и слышать, но оценить или как-то отреагировать на происходящее с ней не могла.
Первым разрядился Зое в рот «качок» Борис. Его не очень твердый член выбросил немного семени и окончательно сдулся. Сам Боря с радостью в голосе оповестил всех:
— Всё! Я кончил...
Следом через пару минут почти одновременно стали кончать Сэвчик с «инквизитором» Юрой. Сэвчик дрочил Зое на лицо и грудь, а Юра опять мощно сливал ей в матку. На этот раз Зоя окончательно потеряла сознание от усталости и наступившей разрядки. Организм не выдержал.
Зоя слышала, как о чем-то переговаривались мужчины, как ее пытались привести в чувство, вливая в рот какой-то алкоголь, брызгая на лицо водой, но полностью восстановить сознание ей не удавалось. Усталость, алкоголь и яркие эмоции забрали у женщины слишком много сил.
Окончательно Зоя пришла в себя только утром. Или это был уже день? Она потеряла счет времени. Зоя открыла глаза и увидела уже знакомый ей интерьер спальни в доме Альберта. Она лежала голой под легким покрывалом. Ее платье и сумочка лежали на пуфе рядом со шкафом. В комнате никого, кроме нее, не было. Ужасно болела голова. Зоя попыталась позвать Альберта, но разорванное членами горло издало только хрип. Попытка пошевелиться пронзила тянущей болью все суставы. Плечи, позвоночник, а главное, бедра саднило от непривычной «зарядки», которую они получили минувшей ночью. Кроме того на руках, на груди и ногах были синяки и ссадины. В промежности все ныло. Там явно были потертости, несмотря на то, что простынь под нею была мокрой от вытекших остатков мужского семени. Зоя в ужасе осматривала себя. Надо было встать и пойти в душ.
Вода привела ее в чувство, но голова болела так, что мысли, если и приходили, то сразу уходили или прятались до поры. Думать было невозможно, но необходимо. Укутавшись в полотенце, Зоя вернулась в спальню, достала из сумочки таблетку цитрамона и еще одну и запила их водой из графина, стоявшего на прикроватной тумбочке. Она снова прилегла на кровать.
Постепенно мысли «осмелели» и крадучись стали проникать в воспаленный мозг. Ситуация требовала тщательного анализа, но пока Зоя могла позволить себе только поверхностный.
Её примитивно использовали. Это она поняла еще вчера. При этом использовали в извращенной форме, представив это как благодеяние с элементом саморазвития. Что касается последнего, то в какой-то части это состоялось, а вот благодеяние вылилось в форменное удовлетворение похоти старых бандитов и их молодых отпрысков. В груди у нее что-то противно сжалось и навернулись слезы. Ей было жаль себя, но тут же в голову приходило – «ты шла на это сознательно». Да, но почему ей так плохо? Хотелось поговорить с Таисией. Но и эта старая интриганка была в курсе того, что ожидало Зою. Хотя, она могла действительно не знать, кому придется Зое «сдавать зачет» по женской привлекательности. Так или иначе, сейчас Зое было плохо и она была зла на весь мир. Еще хотелось пить и, как ни странно, хотелось есть. Завернувшись в покрывало, как в римскую тогу с узлом на плече, Зоя пошла в кухню в поисках питья и съестного.
Странно, думала она, мне бы сейчас надо бежать отсюда. Уйти и больше не видеть ни Альберта, ни Женю, ни Таисию! А я все еще здесь в квартире Бертика, роюсь у него холодильнике в поисках еды?! Что со мной происходит? Неужели все случившееся в эти несколько дней – та оргия в лесу и вчерашний вертеп, стало для меня привычным? Задавая себе эти вопросы, Зоя даже не искала ответы на них, а намазывала на булку масло и густо сверху накладывала ложкой красную икру. Боль отпустила голову и настроение приходило в норму. Женщина сварила себе кофе и даже подумала, не сделать ли омлет, но решила обойтись бутербродами. За этим «завтраком аристократки» ее и застали Альберт с Евгением.
— О, а наша красавица, обедают! – Альберт всплеснул руками, входя в кухню.
— Завтракают, - в тон ему ответила Зоя, удивившись собственному хриплому голосу.
Всё, хватит давать себя трахать в горло, подумала она, откашливаясь.
— А мы вот решили отвезти тебя в ресторан, чтобы пообедать. Ты хоть знаешь который час? – спросил Евгений.
Зоя отрицательно повертела головой.
— В Петропавловске Камчатском полночь! – подражая голосу диктора проговорил Евгений, - А значит, московской время пятнадцать часов.
— Никуда не поеду... домой хочу, - как могла прохрипела Зоя.
— Что у тебя с горлом, - участливо спросил Альберт.
— Членом связки порвали. Что? Не догадался? – с притворным сарказмом сказала Зоя.
— Зоенька, ангел мой, не думал я, что они так с тобой поступят.
— Как же, не думал! Лучше молчи, пожалуйста молчи... - Зоя чуть не заплакала от такой лжи Альберта, - Ты прекрасно знал, что они и без этого спектакля отдадут свои дворцы. Они меня просто у тебя купили, а ты продал.
— Я же говорил тебе, что надо их послать на хер, - встрял в разговор Евгений.
— Я же всё это делал, чтобы оттянуть время, чтобы показать, что Зоя не какая-то простушка, которых они привыкли снимать по ресторанам, что с нею нельзя так, как они привыкли... Джони, ты же помнишь тот первый разговор с ними у Николеньки?
— А я тебе последний раз что сказал, что нельзя Зою туда вести.
— Уже было поздно, Джони. Зоенька, прости. В этих кругах слово назад не берут. Там, как это у них говорят, «за базар отвечают». Понимаешь, они на тебя сразу глаз положили... ну там, у Николеньки еще. Так или иначе, они бы тебя получили. Могло быть даже хуже... ну, вы же понимаете, о чем я.
Зоя понимала. Она сейчас сочувствовала Альберту, вынужденному принимать решение тогда, в том разговоре, предметом которого были не виллы богачей, а она, на кого упал их выбор. Ей даже стало жалко Альберта, которому пришлось делать тот непростой выбор. Она смягчилась. Все стало на свои места. Зое даже захотелось погладить Альберта по голове как ребенка – настолько жалким был его вид.
— А ты почему вчера не пришел? Мне было бы приятно видеть тебя там, - Зоя обратилась к Евгению и с улыбкой продолжила. – в момент моего триумфа!
— Я не успел, прости. Мы тут с Альбертом немного... ну, ты слышала почему. А вчера я... нет, я очень хотел тебя видеть в момент, как ты говоришь, триумфа. Я поздно пришел... когда тебя уже эти...
— Ладно, не оправдывайся. Ты меня и в лесу бросил...Вот что я вам скажу... - Зоя сделала паузу, -... сэры. Цветочница сделала свое дело. Элиза Дулиттл блеснула в обществе, но не останется жить с Хиггинсом и Пикерингом, какими бы хорошими учителями они ни были. Вам понятно?
— Зоя, но мы не хотели причинить тебе зло, - Альберт явно волновался.
— Я знаю, но не смогу быть с вами такой, как прежде. А другой быть не хочу. Давайте без обид и «догонялок».
Зоя поднялась и грациозно, в тоге из покрывала, как «настоящая» римлянка прошла в спальню. Надев платье и приведя в порядок лицо, она прошла в зал, где понурив головы сидели мужчины.
— Зоя, подойди, пожалуйста, - спокойным голосом сказал Альберт. – Возьми вот это.
Он протянул небольшой сверток.
— Что это?
— То, что тебе понадобится и за что ты уже с лихвой заплатила.
Зоя взяла сверток. Это оказался конверт с деньгами.
— Это что за деньги?
— Не что, а за что, - тихо проговорил Альберт, - это твоя доля во всем этом спектакле – тридцать тысяч долларов.
— Прям как тридцать серебренников... Вот и я продалась за ту же сумму. Разве не символично? Хотя я-то никого не предала. Эх, мужчины! Ладно, я не гордая. Пригодятся.
Зоя сунула пакет в сумочку, где уже лежал приз за победу с рисунком. Жить можно, подумала она, взвесив на руке потяжелевший клач.
— Зоя, еще возьми вот это, - Альберт подошел и протянул ей лист ватмана.
На рисунке была Зоя. Альберт сделал его ночью, когда Зою только привезли к нему домой. С рисунка на нее смотрела совсем незнакомая ей женщина с грустными глазами познавшего все на этом свете человека. Волосы растрепаны и местами слиплись в тонкие сосульки, под глазами темные тени растекшейся краски, на щеке что-то присохло и стянуло кожу. Но и такое лицо было красиво своей несломленной красотой. Это был ее третий портрет.
— ------------------------------------------------------------------------------------------------
На следующий день, в субботу, Зоя, как и договаривались, позвонила Лёве. Еще через неделю она уехала в Зеленоград, где Лёва определил ее на место директора небольшого частного хосписа для пожилых людей, в котором у него была доля. Он купил Зое квартиру в Зеленограде и навещает ее там два раза в неделю. Лёва не претендует на место единственного и неповторимого. Он даже сказал, что удалится сразу, если только у Зои появится возлюбленный. Не знаю, но каким-то образом ее новый адрес узнал тот самый Вася художник и... они встречаются.
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.