Тот самый важный день - 1

Во второе воскресенье марта в Колледже Лёгкой промышленности должен был пройти традиционный чемпионат по минету. До самого мероприятия было еще далеко, но ажиотаж с ним связанный начался чуть ли не с января, с момента объявления набора участников.

Директриса заведения искренне считала, что для успешной швеи важна не только ровная строчка, но и навыки минета. Если мастерству шитья учили на всех дневных занятиях, то тягу к правильным навыкам орального секса педагогический коллектив мог стимулировать только опосредованно для самостоятельного изучения. Для популяризации и развития этой сферы в далёком -цатом году и был впервые предложен и с успехом проведён первый чемпионат по минету Колледжа Лёгкой промышленности. Теперь призёров этого конкурса можно было встретить по всему миру, рядом с самыми влиятельными лицами планеты. Портреты их наряду с изобретателем швейной машинки и ткацкого станка украшали длинные коридоры заведения, как бы призывая учащихся расширить свои взгляды на жизнь.

Победительница прошлого года, Алла Сосина, гордо носила на занятиях свой победный значок, красные губы с белой каплей, старательно перевешивая его на каждый свой наряд. После уроков у колледжа её обычно поджидали большие красивые машины и она, посмотрев на других выходящих из учебного заведения девушек как на говно, уезжала на одной из них. Остальным оставалось только завидовать и идти на трамвай.

Потому ажиотаж перед нынешним конкурсом выдался снова нешуточный. Кажется, на отборочный тур записались чуть ли не все учащиеся, благо, из трех курсов в них не было ни одного юноши.

Одна из немногих, кто так и не пожелал участвовать, несмотря на всю шумиху, была первокурсница Аня Воронина. Скромная девушка, воспитанная мамой в тихом посёлке далеко от города, и теперь проживающая в общежитии, даже и в мыслях не могла представить себя за чем-то подобным. Она и не целовалась нормально еще ни разу, а тут такое! Невозможно было даже представить саму себя за подобным занятием. Поэтому она только посматривала на происходящее со стороны, удивленно слушая озабоченные разговоры. Девушки делились друг с другом какими—то приемчиками и фишками, которые позволили бы склонить чашу судейских весов в свою пользу. Некоторые приносили на уроки разноцветные фаллоимитаторы и пока учитель вёл урок, тихонько тренировались на задних партах, оттачивая фелляцию.

Говорили, на отборочный тур приедут курсанты летного училища. Это было куда интереснее, чем прошлогодние отделочники: штукатуры и плиточники. Или позапрошлогодние железнодорожники. Узнав это, девушки стали готовится с удвоенной силой. К тем девушкам, у которых были парни выстроилась очередь из желающих потренироваться на живом материале, и некоторые даже начали брать за это деньги.

Подруга Ани, Елизавета Губанова, напротив на отборочный тур записалась и активно готовилась. Она считала, что её секретным оружием будет глубокий минет, который она подсмотрела на видео и теперь активно практиковала с флакончиком дезодоранта. Ни один раз Аня содрогалась от ужаса, когда, повернувшись с вопросом к подруге за партой видела её выпученные глаза и флакон, который почти полностью исчез во рту девушки.

— Что в этом такого, что все так сходят с ума от этого Чемпионата? - Недоумевала Аня.

— Ну как же, если ты победила или в числе призёров тебе больше никогда не придётся работать!

— Почему? Кто это сказал?

— Никто не сказал, это сложившаяся практика! Некоторые даже диплом не успевают получать, как спонсоры их забирают

Но именно в минете девушка может продемонстрировать свою профессиональную ловкость и техничность! Швей то о у нас завались, а вот нормальных минетчиц нет совсем. На вес золота!

— Откуда ты все это знаешь? – Аня искреннее недоумевала от информированности подруги.

— Я давно в теме. Нашлись воспитатели.

— Так ты и …?

— Да, конечно, а ты что - не-е-е-т?! – Лиза округлила глаза и открыла рот от удивления. – Как это так, в наше время?!

— Ну вот так, - потупилась Аня, - у нас посёлок маленький, старики да женщины, парней не было.

— Подруга, ну ты меня убила! Мы обязательно тебе кого-нибудь найдём, обещаю!

Разговор остался в прошлом, но так никого Лиза Ане не нашла и не познакомила. Все её собственные мысли были сосредоточены на предыдущем отборочном туре, который должен быль пройти на 23 февраля в спортивном зале. Народу набилось страсть. Приходили целыми семьями поболеть и поддержать своих. На стенах висели мотивирующие плакаты: «Поспешишь — людей насмешишь», «На каждый роток не накинешь платок», «Ласковый теленок двух маток сосёт», «Бери в работе умом, а не горбом», «Взялся за гуж — не говори, что не дюж».

Для судейского корпуса использовали кабинки для голосования. В них на уровне талии были проделаны аккуратные дырочки. Судья, парень, он же испытуемый и объект минета, находился внутри, а конкурсантки становились перед кабинкой на колени на специальную подушечку. Всего судей было десять, на пятьдесят шесть конкурсанток.

Аня сидела на трибуне и видела, как они пришли. Это были молодые высокие и спортивные парни, как на подбор, с короткими стрижками, их робкой невразумительной толпой загнал в зал грузный и крикливый мужик и быстро распихал по кабинкам. Каждому наказывал что-то и задергивал шторку. Говорили, у них в училище был свой отбор, и там помимо внешних качеств оценивалось сила и длительность эрекции, а также время интенсивной стимуляции. В общем, скорострелов на конкурс не пускали.

Конкурсантки выстроились в длинную шеренгу в углу зала, держа в руках свои номера, по десять штук для каждого судьи. На этих бумажках судья в кабинке по десятибалльной системе должен был поставить каждой конкурсантке свою оценку. На финальный этап в марте проходили лучшие двадцать девушек. Все это зрителям объяснила сама директор техникума объявляя начало отборочного тура. Это была дородная дама за пятьдесят, по случаю пребывающая на высоких каблуках и с платье с огромным бантом на груди. Она заметно волновалась.

Тут у Ани зазвонил телефон. Это была Лиза:

— Подруга, спасай!

— Что случилось!

— Иди быстрее!

— Да куда?

— Ко мне, где все конкурсантки стоят, тут в углу! Посмотри сюда! – Лиза даже выпрыгнула из толпы, махая рукой, чтобы обозначить свое местоположение.

В этот момент прозвучал гонг и судьям была команда приготовится. Ана извиняясь пробралась к выходу с трибун.

Причину паники Лизы стало видно невооружённым глазом: на губе подруги еще вчера красивой и ровной топорщился, лилово лоснясь большой и мерзкий герпес.

Аня ахнула от ужаса:

— Как это произошло?!

— Да как, перенервничала, и вот! – Лиза чуть не плакала. Теперь место потеряю. – Подруга, выручай!

— Что?

— Выйди за меня!

— Что, члены сосать?!

— Ну да. У меня хоть какие-то шансы останутся! Дело то не хитрое, вдруг в финал пробьешься! А я к тому моменту уже выздоровею. Выручай! У меня одна надежда на этот конкурс! Не швеёй же всю жизнь пахать! Болезненный и раздавленный вид подруги вызывал у Ани не столько жалось, сколько смех, но он держала себя в руках. Ей не хотелось сосать члены, но она хотела как-то помочь подруге, которая так много тренировалась ради результата

— Там уметь нечего! Взяла в рот и соси!

— Ну что за соси! Там же приемы какие-то! Как можно без практики, без теории взять и начать сосать?! Я не готова!

— Это же не физика! Тут нет теории, оно само всё придёт в процессе!

Аня к собственному удивлению вдруг решила согласиться. Все равно она считала, что к любому делу надо готовиться и вот так с бухты барахты никогда ничего не выйдет. Но подруга чуть не плакала, и она решила уступить ее мольбам:

— Ты пожалеешь! Я схожу вместо тебя, но ничего не обещаю! И как ты бутылёк, я себе в глотку запихивать ничего запихивать не собираюсь! Как это вообще делается, можешь сказать быстро?

— Я лучше покажу! – Лиза схватила палец Ани и засунула себе в рот.

То, что Аня почувствовала потом было трудно передать словами. Её палец вдруг стал волшебной палочкой, от которого нежные и сладостные сигналы пошли по нервам по всей руке, отозвались острой негой в сосках, а потом спустились еще ниже по животу и защекотали где-то между ног. Лиза самозабвенно насасывала палец подруги, лаская его языком и двигая щеками. Аня непроизвольно сжала ноги, прижав низ живота ладошкой и вырвала палец изо рта подруги, удивлённо на него посмотрев с открытым ртом:

— Как ты это сделала?! Это невероятно!

— Представь, что сосешь леденец!

— Я так леденец не сосу! Это было нечто! Я никогда так не смогу! Давай просто снимемся с соревнований, чтобы не позориться!

Тем временем на площадке члены судей были подняты и высунуты в дырки кабинок. По сигналу гонга первая конкурсантка отправилась к первой кабинке. По второму сигналу она припала к члену первого судьи, азартно вбирая его в свой рот. Зал замер во полнейшей тишине и внимании. Только с заднего ряда, пропущенный по недосмотру какой-то малыш закричал: «мама смотри, тётя писю сосёт!». Но его тут же вывели из зала.

Через тридцать секунд прозвучал новый гонг, первая участница пересела ко второй кабинке, просунув в прорезь свой номер, а на её место прыгнула участница номер два. И снова тридцать секунд на минет, и десять секунд на пересаживание.

Лиза должна была пойти сорок третьей. Оставалось немножко времени на обучение. Анна ходила вдоль стены и задумчиво сосала свой указательный палец, пытаясь понять механизм возникновения сладостного удовольствия. Но так как ей только что сделала Лиза у неё никак не получалось. Подруга прыгала рядом, все время оборачиваясь, чтобы посмотреть на соревнования.

Снова бил гонг и новые участницы присоединялись к конкурсу. Уже почти перед каждой кабинкой была девушка на коленях и активно двигала головой по сигналу. Пользоваться руками было нельзя. Директриса лично ходила за спинами участниц и внимательно следила за соблюдением правил.

Некоторые женщины на трибунах активно болели, охая, кусая губы и ломая руки. Мужики больше пялились на задницы конкурсанток, которые качались в такт их головам.

Отборочный тур динамично продвигался. Уже пошли двадцатые номера, первые участницы закончили соревнование и стайками собирались у противоположного конца зала возбужденно обмениваясь впечатлениями. Тут же появились любимчики, члены из первой кабинки и шестой - прямые и грациозные как статуи античности. У всех некоторую трудность вызвали два задания. Первое - слишком крупный член у кабинки номер семь. Он с трудом входил в рот из-за чего вакуумное сосание и штопор с ним были невозможны. Оставались легкое посасывание головки, боковая стимуляция и ласки языком. Еще многих смутил член в пятой кабинке. Он был как турецкая сабля загнут полукругом вверх, и при неловком обращении норовил выскочить из-за рта, а это потеря драгоценных секунд и баллов! Но не все же задания должны быть лёгкими!

Конечно, у каждой были свои излюбленные приемы, но подробно никто ими не делился, даже в горячке соревнований. Девушки внимательно следили за все другими участницами в надежде подсмотреть что-то для себя

Она оставалась одна на площадке, закачивала с десятым, когда прозвучал финальный гонг и звонок перерыва. Всех попросили погулять.

Люди высыпали в коридор. На пространстве перед спортивным залом расположились лотки с тематическими пирожками в забавных формах, леденцы, бананы в карамели и мороженое – эскимо. Тут же можно было купить календарики с победительницами прошлых лет и футболки. А также видео с документальным фильмом об истории Чемпионата, снятого столичными кинематографистами на DVD и Buе-Rаy.

Для судей в отдельном помещении, куда их оттартал грозный мужик вместе с директрисой был также накрыт стол и оборудованы места для отдыха. Шутка ли выстоять смирно почти тридцать минут в кабинках, осаждаемых ртами девушек! Парни заметно подустали, но все же улыбались, чувствуя, что от их решений зависят чьи-то жизни.

Аня же ничего не видела. Она все прохаживалась вдоль стен и перебирала в голове скромные наставления Лизы, а также краткие подсмотренные у других девочек моменты. Её всё больше охватывал паника и неуверенность. Он тискала в руках сунутые ей Лизой бумажки с номерами. Они жгли ей руки. Как всё пройдёт? Получиться ли? Сможет ли она вообще взять в рот эту… эту. Штуку. Она не была ханжой или дурёхой, но в её представлении все подобные ласки должны были происходить между двумя любящими людьми, в приватной обстановке. А не в спортзале на глазах у сотен зрителей. Её била нервная дрожь, а подружка, осчастливившая её этим заданием, благополучно смылась, напоследок потрепав за плечо: «я в тебя верю, подруга!». Верит она! Да она сама в себя не верила!

Прозвучал новый звонок и была объявлена вторая часть отборочных соревнований. Снова была команда судьям приготовится и глянцевый шелк кабинок затрепетал от старательно летающих внутри рук судей, приводивших свои испытательные жезлы в рабочее состояние. Прозвучал новый сигнал, и участница тридцать один упала на колени перед первой кабинкой. Началось!

Время тянулось невыносимо долго, и Аня глубоко ушла внутрь себя переживая свою собственную драму.

— Сорок третья! Срок третья!

Она чуть не пропустила свой номер! Аня бросилась к кабинкам на деревянных онемевших ногах. Будто во сне ткань с торчащим из нее членом приближалась к ней. «Открыть – взять в рот, открыть – взять в рот». И вдруг оказалась перед ее глазами. Гонг!

— Номер! – раздался голос из кабинки.

— Что? - Не поняла Аня.

— Номер свой отдай!

Аня схватилась за номера и от неловкости рассыпала их на полу. Руки её ходили ходуном. Зал ахнул. Она схватила одну бумажку и кое-как засунула её в прорезь.

— Соси теперь, пока время не кончилось!

Аня была в ужасе и даже не осознавала дальнейшего, она открыла рот пошире и запихала теплую лоснящуюся колбасу себе в рот. От страха во рту пересохло и член почти скрипел между у неё на языке. Девушка задвигала щеками и губами повторяя уроки подруги. Но из кабинки недовольно зашипели: «Зубы, блять, убери!». Зубы? Какие Зубы? А, зубы! Аня начала понимать происходящее и накрыла губами зубы, чтобы не царапать ими по гладкой и чувствительной головке. Голова её стала качаться, заглатывая член поглубже. Губы неумело вбирали всё больше плоти во внутрь. Это оказалось не так уж и сложно. Но только девушка поймала ритм, как зазвучал следующий гонг и пришла пора пересаживаться.

Она собрала рассыпавшиеся номера и перескочила на следующую позицию. Второй член Аня взяла в губы точно по сигналу и не отпускала до самого гонга. Она уже уловила суть и выбрала для себя несколько приемов, которые как показали ей эксперименты с собственным пальцем, должны быть приятные судьям. Члены интересно и необычно пахли. Этот запах манил и даже возбуждал девушку. Кажется, он даже помогал ей в процессе настроится на правильную волну. Третий член уже был как старый знакомец. Аня накрыла его теплым ротиком, создавая вакуум и охватывая его двигающимися щеками и языком. За ширмой судья гулко застонал

Она сама не заметила, как почти полностью поглотила его. Никакой тошноты, на которую жаловалась Лиза при этом Аня не почувствовала. Это стало для нее вполне логичным продолжением ласки, и она постаралась повторить это на следующем судье. Снова вызвав за тканью сдавленный стон.

Ане казалось, что она вполне освоилась. Но пятая кабинка её поразила. Член из нее торчал дугой вверх. И ей пришлось привстать чтобы без рук забрать его в рот. Сосать было неудобно, потому что, когда она усаживалась с ним во рту обратно на колени, он угрожающе искривлялся, и Аня боялась, что тот сломается. Кое-как она провела эти тридцать секунд. Шестой после пятого был форменный красавчиком, и Аня оторвалась на нем, полируя губами прекрасный и ровный жезл. Монструозный седьмой обескуражил ее на секундочку, но она открыла рот пошире, вобрала головку так глубоко как могла, а потом стала ласково посасывать её особо, не двигая головой. К тому моменту Ана уже стала понимать, что для каждой формы подходит свой метод и перестал действовать шаблонно. Запал состязаний захватил её. И она уже не думала о том, что вот она стоит посреди зала на коленях и сосет на людях члены десяти мужчинам подряд. Сейчас ее вел веред только азарт схватки и желание показать то, на что она способна. Она раскраснелась и хватала жадными губами следующий член. Гонг – пересадка – член. Волнение странно хватило её тело сладким томлением. Будто рот мог тоже доставлять удовольствие. От губ и языка оно легкой щекоткой захватывало все тело и даже саднило в трусиках.

Тридцати секунд было отчаянно мало, чтобы полностью понять и правильно подойти к каждому члену. Подспудно женским чутьем Анна чувствовала, что перед нею не абстрактные отростки тела. Что за каждым из них стоит человек, парень. И как всё они разные сами по себе, так и члены их различаются по темпераменту и любимым ласкам. Было бы у неё было побольше времени, она нашла бы подход к каждому, методично проверяя все свои находки на практике. Но времени было в обрез, и члены менялись с головокружительной скоростью.

Она принимала в рот следующий член и старалась отдать ему все, что могла.

На девятом случилось невероятное. Стоило Ане вобрать горячими губами очередную головку, окружая её плотным кольцом губ и языка, как всё пошло не поп плану. В ее небо из члена стрельнула жидкость. В запале схватки, Ана не задумываясь проглотила мешавшую ей влагу и продолжила ласки ртом. Но жидкость все прибывала и Ана снова и снова глотала её, чтобы та мешала ей. Но, к ее ужасу, член вдруг начал слабеть и на глазах падать. Ужас охватил девушку. Она решила, что что-то сломала и сделала не так и присосалась к члену с удвоенной силой. Но снова прозвучал гонг, и она перешла к последней кабинке, ощущая во рту терпкое послевкусие. Она ждала последнего сигнала, но что-то в зале изменилось. Люди закричали! Раздались победные фанфары, и все зашумели будто одна из команд только что выиграла в волейбол. К ней подскочила директриса. Она подняла её с колен и сияла!

— Погодите. Как же десятый!? – Не понимала Аня куда ее волокут и тянула руки к кабинке!

— Не надо последнего, ты уже прошла в финал!

— Как, почему? Что я сделала!?

— Если судья кончает во время соревнований, участница, которая его до этого довела, без конкурса проходит в финал! – Захлебываясь от восторга и перекрикивая шум зала кричала ей директриса.

– Поздравляем! Ура! Как, как ты это сделала?! Что ты чувствовала? Какая она на вкус?! – Неслось со всех сторон.

К Ане тянулись руки и счастливые лица. Другие участницы завистливо смотрели на неё. Подлетела и Лиза со своим фофаном на губе и тоже что-то кричала ей перекошенным ртом. Все закружилось и превратилось в фантасмагорию, девушка плохо понимала, что твориться вокруг. Её куда-то тащили, обнимали и поздравляли. Только терпкий аромат на губах и ощущение недавнего теплого члена во рту преследовал её растерянное существо.

Она? В финале? В марте? Что же это такое будет?!