— А что не плохо бы Марьяну с моим старшим сосватать. Ты права дочка. У Кости есть невеста в виде тебя. А вот у Вити нет, и это нехоршо.....
— поддержала Свету моя мать, и посмотрела при этом на Марьяну. А та стояла столбом возле стола. Её интересовали больше разложенные на столе закуски, чем мой старший брат. И как мне показалось партизанка посмотрела пару раз с интерессом на меня, а вот на Витька не обратила внимание. Может потому что я первый нашёл её лежащую на мосту и у меня не было оружия. А мой старший брат, направлял на девушку пистолет. Но в любом случае во взгляде огромных карих глаз Марьяны, читался явный интерес ко мне. И я глядя на эту высокую и красивую девушку, подумал что Марьяна, это лучшая замена Ханне. И мне придётся делить партизанку со своей невестой Светой. Хотя как я и говорил Оксане на реке, мы будем жить все вместе в Плетнёвке одной семьёй. А женщины в нашей большой семье- коммуне, общие. Ведь я же не ревную Свету, когда её ебет Витёк у меня на глазах. А родной дядька давал моей невесте за щеку. Хотя конечно можно оформить для галочки в паспорте официальные отношения. Но об раздельной жизни и речи быть не может. Я люблю свою мать Марину, и тётю Оксану обожаю. И хочу свою жизнь провести тут в Плетнёвке. В милой моему сердцу деревеньке, затерянной в брянских лесах.
— Ты садись покушай дочка, ведь голодная наверное....
— предложила Марина, молодой партизанке. Та села за стол но к еде не притронулась. Хотя взгляд её голодных глаз, говорил что девушка давно не ела.
— Вот Марьяна возьмите тушенку, консервы, хлеба у нас свежего нет, только немецкий консервированный.....
— я быстро подсуетился и под неодобрительный взгляд Светы. Стал кормить девушку из прошлого, всем тем что у нас было на столе.
— Спасибо Костя...
— поблагодарила меня Марьяна, и одарив признательным взглядом своих больших карих глаз, стала есть тущенку черпая её вилкой из банки. Я умышленно пододвинул к партизанке нашу российскую тущенку и консервы. Украденные нами из магазина в Захаровке. Чтобы не ущемлять патриотические чувства партизанки, тущенкой фашистов. Которая тоже была на столе, и по составу и вкусу превосходила нашу российскую в десятки раз. Ведь для солдат и офицеров "Вермахта" в то далекое время, делали качественную тущенку из одного мяса. Тем более в первые годы войны. Потом уже когда война на Восточном фронте затянется, а ресурсы Германии будут истощены. На фронт пойдёт уже эрзац-тущенка, сделанная по больше части из шкур чем из мяса. Но та тущенка и другие консервы из схрона под домом. Были изготовленны как раз в самом начале войны, и сделанны на совесть со всей немецкой педантичностью.
И что было удивительным, Марьяна отведав нашей российской тущенки, где мяса было с " гулькин нос", а вот желеобразной массы в избытке. Сама потянулась к открытым банкам с фашисткой тушенкой, и стала есть из банок с немецкими орлами, пятьдсяти четырёхлетней давности. Было видно что девушка не впервые пробует мясо из банок с орлами, и быстро определила какая тущенка вкуснее. Хотя консервы все же предпочла российские, на столе были рижские шпроты в масле, и сельдь иваси.
Хлеб был немецким в банках. Потому что в магазине мы хлеб не брали, только муку, а с ней возиться чтобы напечь блинов некогда было.
— Много не ешь дочка. А то тебе плохо будет после голодания.....
— предупредила Марьяну, моя мать. Ведь узники концлагерей погибали от еды. Когда после длительного голода их освобождали. И они наевшись, умирали в страшных мучения от заворота кишок.
— Не волнуйтесь за меня тётя. Я не голодала, просто у нас в отряде не было мяса, мы ели хлеб и никто не голодал......
— ответила моей матери партизанка с набитым ртом. Марьяна с удовольствием ела вкусную говяжью тущенку и рыбные консервы. И судя по её внешнему виду, девушка явно не голодала. Не похожа она была на измученную и изнеможденную ежедневным недоеданием подпольщицу.
— Ну раз так, то тогда тебе и выпить можно дорогуша.....
— сказала Марина, и была хотела налить девушке из бутылки с российской водкой " столичная". Как Марьяна потянулась к квадратной бутылке со " шнапсом".
— Немецкая получше будет тётя. У нас в отряде только её и пьют. Нам удалось обоз фрицевский захватить с продовольствием. И в обед нам выдавали по сто грамм " шнапса".....
— сказала Марьяна и сама себе налила в стакан немецкой водки, выпила и закусила её шпротами.
— Тогда на закуривай дочка и рассказывай про себя. Как ты умудрилась в плен к немцам попасть. И на мосту утром очутилась......?
— спросила моя мать у молодой партизанки, давая ей сигарету из зелёной пачки. Если Марьяна обожала немецкую водку и тущенку. То и сигареты ей больше понравятся немецкие. Впрочем как и нам всем по душе пришлись сигареты солдат и офицеров Вермахта " Ecstein". Они были намного лучше " Мальборо " российского производства. Блоки которых валялись у нас в зале. В магазине в Захаровке, мы брали только " Мальборо " так они были качественнее чем " прима" или " Ява".
— Нет тётя, сначала вы мне про себя расскажите. Кто вы такие и откуда с вами этот полицай взялся? А потом уже и я вам про себя расскажу.....
— Марьяна вопросительно смотрела на нашу атаманшу, затягиваясь сигаретой. Я вовремя подсуетился и дал партизанке прикурить от своей зажигалки. За что получил от Светы сидящей рядом со мной за столом, тычек кулаком в бок. А Марьяна одарила меня признательным взглядом своих карих глаз. И с каждой секундой, смотря на красивое и волевое лицо молодой брянской подпольщицы. Я понимал что безумно хочу эту Марьяну.
Даже немка Ханна, белокурая валькирия, которая проснулась и сидела на диване протирая сонные глаза. Сейчас с появлением Марьяны и её перевоплощением из зачуханной партизанки одетой в линялую гимнастерку. В красивую, высокую, современную девушку из нашего времени. Так вот Ханна со своей пиздой на лобке, с появлением Марьяны, отошла для меня на второй план. Я хотел выебать молодую подпольщицу. Одетую в вещи моей матери и накрашенную как шлюха. Мы все сидели кто за столом, кто на диване, а Иван с Витьком стояли у дверей, на всякий случай прикрывая выход из дома если Марьяна захочет сбежать. За столом ела и выпивала только одна партизанка из прошлого. Мы наелись жирной ухи из стерляди на костре. И есть никто из нас не хотел. А вот спать почти все хотели, ведь ночь то у нас прошла бессонная.
— Ты забыла дочка, что ты у нас в гостях находишься и мы спасли тебе жизнь. Но ладно так и быть расскажу, сделаю тебе одолжение.....
— Марине не понравилось наглое предложение поддатой партизанки. Но она не стала с ней спорить и рассказала вкратце Марьяне
И из старого блиндажа попали в прошлое в сорок второй год. Где спасли немецкую лётчицу. А потом бились с немецким спецназом и сбили " юнкерс". В лесу Иван боец " РОНА", спас меня и Марину от гибели. И о том как мы вернулись из прошлого в настоящее.— Вы всё врете тётя. Немецкий спецназ " Бранденбург 800" в лесу возле Плетнёвки. Наш отряд "имени Щорса " разгромил. А " юнкерс" лично сбил из автомата, командир нашего отряда Виктор Котов. За него даже приказ о награждении пришёл из Москвы....
— сказала моей матери Марьяна, с недоверием смотря на Марину. Партизанка налила ещё себе стопку шнапса, и выпив, бестыдно раздвинув ноги, сидела на стуле куря немецкую сигарету. А между ног у Марьяны, белели трусы. Она или не знала что женщинам нельзя раздвигать ноги, когда они одеты в короткую юбку. Или это сделала специально, чтобы все мужики видели её трусы под юбкой. А у меня при виде раздвинутых ножек Марьяны, обтянутых чёрными чулками. По задратой юбкой у которой белел край её белых трусов. Реально " снесло крышу". И я еле сдерживал себя, чтобы не наброситься на эту партизанскую блядь. Сидящую на стуле с раздвинутыми ногами.
— Я же говорил Мариша, что вашу победу над немцами. Присудят этим придуркам партизанам. И за твой самолёт, их командир орден получит из Москвы.....
— ехидно сказал моей матери Иван. Он стоял возле дверей, курил сигарету и во все глаза пялился на свою бывшую невесту из Захаровки. Но злости в глазах полиция из прошлого, уже не было. Марьяна стала настоящей секс-бомбой. И Иван видел в ней красивую девушку, а не своего идеологического противника.
— А ты сама участвовала в том бое дочка? И видела как ваш командир сбил " юнкерс".....?
— спросила у Марьяны наша атаманша. Марина была поражена с какой наглостью командир партизанского отряда, присвоил себе её заслугу. Когда она рискуя жизнью встала с немецким ручным пулемётом в руках. И меткой очередью завалила фашистский штурмовик" Ю-87".
— Нет, я не участвовала в том бою. Меня не было в отряде в этот день. Я находилась в Локте на задании. Мне потом рассказали что на наш отряд в лесу. Напал немецкий спецназ " Бранденбург 800", и его разбили наголову партизаны во главе с командиром Котовым. А самолёт он сбил из автомата, попав лётчику прямо в голову.....
— ответила моей матери партизанка, продолжая сидеть на стуле с раздвинутыми ногами. От такого наглого вранья, у Марины даже рот открылся, а из губ чуть не выпала сигарета. Но Иван полицай из прошлого, оказался прав. Наш героический бой с немецким спецназом на склоне в Плетнёвском лесу. Приписал себе местный партизанский отряд " имени Щорса". Хотя с другой стороны, не сами же немцы себя перебили? А командование в Москве, требует от брянских партизан усилить борьбу против фашистов. Вот и воспользовался командир партизанского отряда " имени Щорса" Котов. Очень удачным уничтожением кем-то немецкого спецназа.
— А я её знаю. Это знаменитая белокурая валькирия, лётчица " Люфтваффе ", Ханна Браун из 22-ой эскадрильи. За её голову советское командование объявило награду в сто тысяч рублей. Она известный немецкий ас, и лично сбила двадцать наших самолётов.
— Was hat die Schlampe? Ich werde eine Auszeichnung für dich bekommen... ...
(- Ну что попалась сука? Я за тебя награду получу......)
— неожиданно по немецки произнесла Марьяна, и ловким движением выхватила из рук зазевашейся Светы. Советский автомат " ппш" и направила его на Ханну. Немка в этот момент встала с дивана, и зачем-то одела на себя свой голубой мундир лётчицы с железным крестом. И партизанка опознала в ней аса, за которого советское командование объявило награду. Увидев в руках Марьяны автомат с магазином в 72 патрона. И услышав от неё немецкую речь. Все присутствующие в комнате побледнели и удивились одновременно. Из за растяпы Светы, теперь всем нам настал конец. Что стоит Марьяне нас перестрелять и забрать с собой Ханну, чтобы получить за неё награду в сто тысяч рублей. Только вот в свой сорок второй год, без нашей помощи, партизанка ни как не попадёт. И Марьяна поняв всю безнадежность сложившейся ситуации, отдала автомат обратно Свете.
— Я же говорила тебе сучка, чтобы ты без спроса чужое оружие не брала? Так получай зараза....!
— воскликнула Света и нанесла Марьяне, свой коронный ментовский удар в челюсть. Это произошло настолько неожиданно и быстро. Что я даже остановить свою невесту не успел. И с ужасом приготовился поднимать с пола сбитую с ног Марьяну. Но вместо неё пришлось поднимать Свету. Потому что партизанка ловко увернулась от её подлого ментовского удара. И в ответ двинула плечом так, что Света полетела на пол.
— Я тебе не дам себя ударить. И никому из вас тоже. Меня в разведшколе в Москве, сам Берия лично приемам самообороны обучил. Но вы мои спасители и я вам благодарна. Если бы не вы, я бы уже давно лежала изнасилованная с отрезанными грудями в полицейской управе в Локте.....
— сказала партизанка, и закурив сигарету, насмешливо смотря на Свету потиравшую ушибленный бок, продолжила свой рассказ.
— Я агент НКВД, меня готовили в Москве для заброски в глубокий немецкий тыл. Но в последний момент поступил приказ об физическом устранении руководителя Локотской республики, Каминского. Я должна была внедриться в его окружение и застрелить немецкого пособника. Но в нарушении приказа, поехала в Захаровку проведать мать. И там меня сдал немцам местный староста.
Фашисты избили меня. Связали по рукам и ногам, положили связанную в телегу и повезли в Локоть на допрос. Немцы пьяные были, пили шнапс и горланили песни. А по дороге нас накрыло облако густого тумана. Фашисты стали орать что заблудились. Сначала поехали через мост в сторону леса на бугру. А потом решили вернуться обратно на мост. И тут раздались взрывы. Меня взрывной волной сбросило с телеги на мост. А лошадь с немцами ускакала на тот берег. Ну, а дальше я очутилась у вас в вашем времени, как вы говорите. Вы мои спасители и я никогда не причиню вам вреда.....
— произнесла свой откровенный монолог Марьяна, и протянула руку Свете. Та немного помедлив, но все же пожала ладонь Марьяне в знак примирения. А Марина налила всем присуствующим по стопке шнапса и предложила выпить за дружбу на брудершафт. И к моей радости и недовольству Светы, молодая подпольщица первая из женщин сама скрестила со мной руку с налитой рюмкой. И мы с ней выпили шнапс на брудершафт, а потом поцеловались в засос.
И у меня закружилась голова от сладкого поцелуя с Марьяной. Горячий и влажный язык партизанки, проник в мой рот и заходил в нём ходуном. Сосалась Марьяна с чувством, с толком и расстановкой. Мой член чуть не лопался от такого наглого сосания. Не долго думая я обнял руками девушку за попку, и помял Марьяне через юбку ягодицы
— Остынь коза, присосалась не оторвешь. Костя мой жених и будущий муж....
— Света решительно встала между мной и партизанкой, пытаясь её оттолкнуть от меня.
— А у вас разве мужики в отряде не общие? Но ничего Света, мы Костю с тобой на двоих поделим.....
— хихикнула Марьяна, целуя Свету в засос. Моя невеста настолько была ошеломлена этим поцелуем, что и не подумала вырваться из объятий Марьяны. А секунду спустя, сама обвила рукой шею партизанки и страстно поцеловалась с ней в засос.
— Костя мой сегодня, завтра я навсегда уйду в своё время и больше его не увижу.....
— заплакала Ханна, и потянулась ко мне с поцелуем.
— А ты что ещё и плакать умеешь гауптман? Я думала что ты безжалостная убийца, белокурая валькирия. А оказывается тоже человек.....
— воскликнула Марьяна, и бросив целовать Свету, поцеловала немецкую летчицу в засос. А потом слилась в поцелуе с Мариной, после неё с тётей Оксаной, Витьком и Михалычем. Только с Иваном партизанка не стала целоваться. И демонстративно прошла мимо него к столу.
— Ну хорошо дочка, мы тебе верим и не будем убирать от тебя оружие. А откуда ты так хорошо немецкий знаешь? Я сама учитель по специальности и даже вела уроки немецкого языка. Но мой немецкий " хромает" по сравнению с твоим.....
— споросила у Марьяны моя мать, присаживаясь рядом с ней за стол.
— Да я до войны его изучала. А когда меня и моих подруг из отряда, послали учиться в Москву в разведшколу. Там я под руководством Лаврентия Палыча Берии, много чему научилась.....
— ответила моей матери Марьяна, и было потянулась опять к бутылке, как Марина её остановила.
— Хватит, достаточно. А то бухая в лом в Брянск поедешь. Лучше когда назад приедем то отдохнем по полной. Баньку натопим и все вместе помоемся. Потрешь мне спинку дочка....?
— смеясь спросила Марина у молодой партизанки и слегка приобняла её за талию.
— Да потру тётя Марина, и не только спинку. Вы же моя спасительница....
— ответила Марьяна моей матери. И по её взгляду направленному на Маришу, я понял что предстоящий вечер и ночь будут жаркими. А моя мать займется лесбийской любовью с девушкой из прошлого. Да и не только она, Света уже не смотрела враждебно на Марьяну. Тётя Оксана и Ханна, были по их виду не против лейсбийских утех с новой девушкой. А про меня с Витьком и говорить не приходилось. Я и мой брат хотели выебать смазливую партизанку во все её щелки. И только Михалыч был к ней равнодушен. Из всех наших женщин он хотел только Марину. Как и его дед полицай Иван.
— Кина не будет, нечего бензин впустую тратить. Поедем в Брянск и по дороге ты сама все увидишь Марьяна......
— сказала моя мать, вставая изо стола. И она была права, в таком случае нам бы не хватило бензина на поездку в областной центр.
— Оксана поедешь с Иваном продавать рыбу к себе на рынок. Витя и Михалыч остаются в Плетнёвке охранять дом. А мы впятером, Света, Марьяна, я, Костя и Ханна, поедем в Брянск....
— отдала приказ Марина и все её послушались. Особенно Витёк с Михалычем. Судя по их сонным лицам, они тут же лягут спать, после нашего отъезда.
— А Ивану разве можно со мной ехать? Он же военный преступник и его наверное после войны искали. Пускай он тут останется,
а со мной Костя поедет.....
— спросила у моей матери, её подруга хохлушка. Ивана она недолюбливала, за то что по её словам от него попахивало мертвечиной. Хотя это плод её больной фантазии. От Ханны и Марьяны не пахло покойниками, они же тоже были из прошлого.
— Никто его не ищет в наше время. Да и потом ему сейчас должно быть за семьдесят лет. А наш Иван молодой двадцатидвухлетний парень. Так что ехай с ним и не придумывай. Да с продажи рыбы заправь машину полный бак. И с собой пару канистр бензина купи. Ну и сама знаешь, закусь хороший, хлеба возьми и вина с пивом. Конфет, пряников, а то и чаю не с чем попить.....
— сказала подруге атаманша Мариша. И та пошла к машине в сопровождении родственника своего мужа.
— А тебя Берия в Москве случайно не трахал Марьяна.....?
— спрашивала у партизанки Света. Оставив в доме на дежурстве Михалыча и Витька. Мы впятером поехали вслед за " нивой" тёти Оксаны. Было слышно как её прицеп громыхал по большаку ведущему от Плетнёвки к трассе, оставляя за собой столб пыли. Моя невеста одетая в милицейскую форму, сидела за рулём своей " нивы" и вела машину. Рядом с ней на пассажирском сиденье устроилась атаманша Мариша. Мать раздвинув ноги, расслабленно курила в открытое окно машины. А мы втроём, Ханна, Марьяна, и я. Сидели на заднем сиденье милицейской " нивы". Причём Ханна устроилась у меня на коленях, а Марьяна сидела рядом. Иначе втроём в маленьком российском " внедорожнике, " на заднем сиденье не поместишься.
— Нет, не трахал меня Лаврентий Палыч. Я стара для него была. Ему молоденьких девочек школьниц, вечерами привозили. И только их он ложил к себе в постель......
— ответила моей невесте Марьяна, и попросила остановить машину.
— Света, тормозни пожалуйста возле того кустика. Ссать хочу сил моих нет. Я ещё у вас дома хотела в туалет, но стеснялась Ивана....
— попросила мою невесту, молодая брянская подпольщица. Мы отьехали примерно с три километра от Плетнёвки. И уже не было видно самой деревни, только церковная колокольня виднелась вдали. День обещал быть жарким и погожим. Утреннее солнце ещё не жгло, а ласково грело своими лучами. В полях заросших бурьяном и молодыми берёзками, вовсю кипела летняя жизнь. Стрекотали кузнечики и чирикали воробьи. Вдалеке на трассе гудели проезжающие машины и автобусы, идущие в областной центр. А высоко в чистом синем небе, летел пассажирский самолёт, оставляя после себя белый след отработанного топлива.
Марьяна выйдя из машины на обчину дороги, задрав голову с удивлением смотрела на реактивный самолёт летящий в небе. И на белый хвост позади него. Ведь в её времени, ничего подобного не было. Самолёты тогда были поршневые, и не летали так высоко как современные пассажирские лайнеры. А вот Ханну самолёт не впечатлил.
— У нас в Германии уже перед войной создали реактивный " мессершмитт", только опытный образец. И я видела как он летал на аэродроме под Кёльном....
— сказала Ханна на ломаном русском языке. Чем удивила Марьяну.
— Ты что же гауптман по нашему умеешь балакать? А я с тобой по немецки разговариваю.....?
— засмеялась партизанка, и не стесняясь меня и вышедших из машины женщин. Задрала юбку, спустила на ноги свои белые трусы. И присев на обочину дороги стала ссать. Я стоял рядом и видел как из чёрной заросшей волосянками пизды Марьяны
У меня и так хуй стоял колом, от того что немка сидела в машине на моих коленях и надавила его своей попкой. А тут красивая партизанка из прошлого с волевым лицом, в наглую села передо мной на корточках. И из её чёрной волосатой пизды, лились тяжелые струи мочи. Мой бедный конец просто задервенел от стояка. И я решил дождаться когда Марьяна поссыт. Чтобы попросить у неё ей засадить.
Девушка не была целкой, и " монашкой". И судя по её виду, она уже еблась с мужчинами, и с женщинами видно тоже. Ведь по тому как она сосалась с моей матерью, наводило на мысль что эта Марьяна бисексуалка. Рядом с партизанкой села ссать Света. Моя невеста спустила с себя милицейские штаны с лампасами и встав раком возле Марьяны, ссала через жопу. Я впервый раз видел чтобы так женщина мочилась. Потому как струя мочи из пизды моей невесты шла не вперёд, а назад как бы из жопы. Света была "сиповкой" и влагалище у неё находилось прямо возле её очка. И этим и объяснялось впечатление, что ментовка ссыт как бы из жопы.
Моя мать Марина и Ханна, ссали стоя. Немка являлась стопроцентным " корольком" с пиздой посередине её белобрысого с рыжинкой лобка. И ей не было нужды присаживаться для того чтобы сходить в туалет " по-маленькому". На немке были одеты вещи тёти Оксаны. Так как она более менее подходила ей по росту и комплекции. У Светы кроме её ментовского мундира и штанов, других вещей не было. А бельё дылды Марины, только подходило Марьяне, такой же высокой как и моя мать. И тётя Оксана, дала молодой гауптманше, одну из своих джинсовых юбок с разрезом с боку. И пятнистую под леопарда блузку. Хотя эти вещи сидели на немке как бы мешковато. Но даже в них Ханна выглядела очень красиво. И никто бы не заподозрил в этой молодой белокурой девушке, с накрашенными яркой помадой губами. Безжалостную убийцу, нацистку, летчицу " Люфтваффе. " За голову которой советское командование давало в войну сто тысяч рублей.
Марина тоже ссала рядом с Ханной, но не стоя, а лишь слегка присев. Трусов под юбкой у моей матери не было. И она раскорячив ноги, поливала ссаками обочину дороги. У атаманши Маришы, влагалище находилось не по центру лобка как у немецкой лётчицы. А чуть пониже, и мою мать можно было ебать как и стоя, так и раком через жопу. А вот Ханну нет, только стоя или лёжа.
— Девчонки, у меня сейчас член лопнет и до Брянска я не дотерплю. Дайте мне кто-нибудь засадить.....
— спросил я у своих женщин, подходя к Марьяне. Я вытащил из ширинки член но ссать мне нехотелось. А вот желание выебать на капоте милицейской " нивы" молодую брянскую подпольщицу, было диким. Но сам я не решался предложить Марьяне встать раком возле машины. И мне на помощь пришла моя мать Марина.
— Ну что дорогуша, давай проходи " прописку" в нашей дружной семье. Я хотела этот момент на вечер оставить. Но раз так получилось, то давай сейчас. Но я как атаманша с себя начну...
— засмеялась Марина стягивая свою зелёную юбку, под которой действительно не было трусов. Да и они не нужны в то жаркое утро, а юбка у моей матери была ниже колен. Так что ни кто и так не догадается, есть на ней трусы или нет. А письке в жару легче без трусов и она хорошо обдувается. Вот почему Марина сидя на переднем сиденье, широко раздвигала ноги. Ветерок шедший с открытого окна " нивы" освежал её натруженное влагалище.
Только три дня пизда у моей матери отдыхала, когда мы только приехали в Плетнёвку и у Марины была течка. А потом ежедневно наши с Витьком члены были в горячих маминых дырочках. Дня не проходило у нас без занятия сексом с Мариной. Да ещё Михалыч после " панцершоколадок", совал свой лошадиный хуй, в нежную письку моей мамы. А потом Иван полицай из прошлого ебал Марину в разных позах.
И сейчас подстелив на капот машины свою зелёную юбку, Марина села на неё жопой. Раскорячив ноги и выставляя под тёплые лучи утреннего солнца, свою чёрную заросшую чуть ли не до пупка пиздень. В поле дул ветерок, и он трепал длинные распущенные волосы на голове у моей мамы. Вокруг кроме нас не было никого. И нам никто не мог помешать заняться любовью в том числе и однополой, прямо в поле.
— Атаманша говоришь? А я не признаю никаких атаманш, потому что я сама себе хозяйка.....
— Марьяна посмотрела жадным взглядом на мой член, но не прикоснулась к нему. А подошла к Марине сидящей на капоте " нивы" с раскоряченными ногами. И рывком задрала кверху на ней её чёрную блузку без рукавов. Под которой у моей мамы не было бюстгальтера, и тяжелые груди атаманши Маришы, вырвались наружу.
— Сучка, сама рыжая, а пизда чёрная... ..
— засмеялась Марьяна и поцеловав мою мать в губы в засос, грубо по мужски помяла ей груди. Пососала у Марины крупные тёмно- коричневые соски, и опустилась к лобку моей мамы.
— Ого девки, сразу видно что её Берия готовил. Она своим языком меня сейчас доведёт.....
— завыла Марина и обняла руками Марьяну за голову, гладя чёрные волосы у девушки. Несколько секунд мы смотрели как молодая симпатичная партизанка, сосёт влагалище у нашей зрелой атаманши. А потом Света заставила Ханну сесть на капот рядом с Мариной.
— Садись шавка немецкая, полижу у тебя. А ты Костя, еби меня сзади. Только не в жопу, я её не готовила.....
— скомандовала Света, а Ханну два раза просить не нужно было. Она быстренько скинула с себя юбку с трусиками и села на капот милицейской " нивы" рядом с Мариной. Света спустила на ноги свои милицейские штаны с лампасами и встала раком возле машины. Моя невеста припала к белесому лобку Ханны, вылизывая у неё щелку. И сама ждала когда я начну её ебать, отклячив свою толстую белую жопу. Мне конечно больше хотелось засадить Марьяне, чем своей невесте. Дырки которой основательно натерли её милицейские начальники. Но обижать Свету тоже было нельзя, да и партизанка не куда от моего хуя не денется. Подумал я, засаживая своей невесте через жопу, и вгоняя ей член в пизду до яиц.
— Ооойй, оооойй, так хорошо Костя. Еби меня милый, еби.....
— завыла Света на секунду оторвавшись от пизды Ханны. Моя невеста крутанула жопой как бы сильнее насаживаясь на мой член. И одарила меня благодарным взглядом. Я ебал Свету, мял руками её пухлые ягодицы. И смотрел то в глаза своей матери у которой молодая девушка вылизывала влагалище. То на то как Марьяна теребит своим языком и губами, крупный клитор атаманши Маришы. И мне было обалденно по кайфу, вот так трахать девушку в милицейской форме раком. Смотреть как она вылизывывает щелку на лобке у немки. И одновременно посматривать на чёрный лобок своей матери, где язык партизанки Марьяны, доводил её до оргазма.
— Ой Костя нет, не надо мне туда......
— застонала Света, заводив толстой жопой в разные стороны. По тому что я не выдержал и кончил девушке в очко
Марина аж выгнулась на капоте милицейской " нивы". И обхватив голову Марьяны своим широкими ляжками, сжала её в порыве клиториального оргазма.— Чуть не придушила сучка рыжая. Но я тоже кончить хочу. И гауптман мне сейчас поможет. Да Ханна Браун, белокурая валькирия....
— сказала Марьяна, освобождая свою голову из хватки широких ляжек Маришы. Девушка сняла с себя юбку и трусы, оставшись в чёрных чулках и белой водолазке. Через которую просвечивал чёрный бюстгальтер. Как я и предполагал что к пизде партизанки не прикасался бритвенный станок, так и было. У Марьяны был обширный чёрный лобок заросший чуть ли не до пупка. И это обстоятельство меня безумно обрадовало. Что я обожал так это чёрные заросшие лобки у женщин.
— Мама, подайте пожалуйста возле сиденья бутылку с минеральной водой. А то ваш сын сует свой член куда ему не положено......
— попросила мою мать Света. Ментовка все ещё стояла раком уперевшись руками в капот своей машины. А я держал в её сраке опадающий член, и смотрел на то как Марьяна ласкает Ханну.
— Partizanka, russisches Schwaine.....
(- Партизанка, русская свинья.....)
— шутя говорила немка, давая Марьяне лапать себя за груди.
— Не обзывай меня крестница. Я за твоей головой охотилась в прошлом. Но видно не судьба была. И выходит что к лучшему. Мы не встретились с тобой Ханна в бою. То сейчас встретились в будущем, где нет войны и мы больше не враги.....
— говорила немецкой лётчице, молодая брянская подпольщица. Марьяна задрала на немке блузку и ласкала у Ханны её стоячие грудки. А та с наслаждением с ней сосалась в губы в засос. Я вытащил член из горячей Светкиной попки и дал его в руки своей матери. Марина заботливо обмыла мне залупу минеральной водой, и вытерла её салфеткой. А потом подмыла попку своей невестки. И вытерла промежность девушки мента, салфеткой.
— Спасибо мама, вы такая у меня заботливая, не то что ваш сын.....
— сказала Света, одевая на себя свои милицейские штаны. И сунув руку в карман, вытащила из него немецкую шоколадку для танкистов, в красной обертке с белыми орлами.
— У своего дядьки Михалыча сперла. Ты же хочешь этой шлюхе Марьяне засадить? Еби её при мне, я не ревнивая. Но только не вздумай в неё влюбиться. Не забывай что я твоя невеста и ты женишься на мне.....
— сказала Света, давая мне в руки шоколадку с наркотиком.
— А я ему яйца оторву если он тебя бросит. Солнышко, невестка моя любимая.....
— с угрозой сказала мне мать, целуя возле машины Свету и лаская девушку через рубашку за её крупные груди.
— Ты опять за старое Марина? Я тебя и Свету очень сильно люблю. И тётю Оксану тоже. Ханна завтра уйдёт в своё время, а за неё Марьяна останется. И я хочу её попробовать, что в этом такого....?
— ответил я этой зловредной суке Марине, которую любил безумно. И сейчас её чёрный лобок и полуотвислые груди-дыни с крупными тёмно- коричневыми сосками на концах. По прежнему манили к себе мой взгляд. Что не говори, атаманша Мариша была зачётной девочкой. К тому же зрелой и родной мне по крови. Мать я никогда не разлюблю и всегда буду ебать Марину с наслаждением. И сейчас жуя немецкую шоколадку с первитином, чтобы быстрее востановить силы. Я встал на колени перед матерью и припал губами к её чёрному лобку. Волосики на лобке у Маришы, щекотали мне ноздри, но это ещё сильнее возбуждало. Я пальцами стоя на коленях перед мамой, раздвинул у неё половые губки. И стал сосать у Марины влагалище, стараясь языком проникнуть в её разъёбанную дырку.
— Ооойй, как приятно сынок. Света, поласкай мне груди дочка.....
— простонала мама, положив руки на мою голову и поглаживая мне волосы, своими заботливыми материнскими ладонями.
— Да, да, мама, я сейчас....
— ответила ей моя невеста, и встав позади Марины, взялась двумя руками за её сисяры. И стала их ласкать покручивая пальчиками у своей свекрови соски.
А я сосал чёрную заросшую волосами пизду у родной матери, обхватив руками её за жопу, стоя перед ней на коленях. С наслаждением пил любовный сок из влагалища атаманши Маришы. И чувствовал как мой член встал и задервенел под действием наркотика первитин. Добавленного в немецкие шоколадки для танкистов. Рядом Ханна тоже стояла на коленях и сосала пизду у партизанки Марьяны. Да видно хорошо отлизывала, что Марьяна без конца стонала.
— Соси щенок, доведи меня до оргазма.....
— мать больно схватила меня за волосы руками, и прижала мою голову к своему лобку. Я было хотел встать и уступить место возле ног Маришы, своей невесте Свете. Но мамаша не дала мне этого сделать. Может Марину больше цепляло что родной сын сосёт у неё влагалище. А её невестка, ласкакет ей в это время груди. Но я не мог встать с колен, мать вцепилась руками в мои волосы и не отпускала. И я продолжил сосать у неё клитор и пить вкусный сок из пизды детдомовской оторвы Маришы.
— Презерватив одень на член Костя. А то трипер от неё подхватишь....
— сказала мне Света, когда я наконец довёл эту суку Марину до оргазма сося у неё клитор. И мать отпустила мою голову, напоследок кончив мне в рот струей женской спермы и выделений. Я проглотил эту вкуснятину, поцеловал мамин лобок. И встав с колен пошёл было к Марьяне, которая выла доведённая до оргазма немецкой лётчицей. Как Света заботливо одела мне на член презерватив, пачка кондомов лежала у неё в машине в бардачке.
— Да не ебли меня немцы. Не успели, они пьяные были в стельку. Избить, только смогли, но не насиловали. Меня только Котов, командир партизанского отряда трахал.....
— сказала Марьяна, ложась животом на капот милицейской " нивы". Несколько секунд я смотрел на белую, пухлую жопу брянской подпольщицы. Ждал когда Света раскатает по моему члену гандон. И только потом раздвинув руками нежные девичьи ягодицы. Засадил Марьяне во влагалище через жопу до яиц. И лёг на девушку сзади, ебя её на капоте машины своей невесты.
— Ооойй, так хорошо Костя. Немка сука, довела меня, но мне член нужен. Аааа, оооойй, аааа....
— выла Марьяна лёжа животом на тёплом капоте милицейской " нивы". Моя мать, Света и Ханна стояли рядом и смотрели как я трахаю Марьяну. А я мял нежные ягодицы партизанки руками. Смотрел как член входит в её влагалище и наслаждался необычайной негой и узкостью вагины девушки из прошлого. Если и ебли Марьяну в далёком сорок втором году. То очень мало, не до ебли тогда было, ведь война шла. Хотя кто её знает, очко то у девушки похоже рабочее. И может она чтобы не забеременеть давала ебать себя в жопу. Подумал я смотря на тёмно-коричневую дырочку заднего прохода партизанки. И представил себе Марьяну стоящую раком на поляне в лесу. А партизаны выстроились в очередь и ебут молодую разведчицу в жопу. От этих мыслей я кончил, целуя Марьяне волосы на голове.
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.