Слежка (пролог)
Начало университетской жизни означало для меня первые в моей жизни дни самостоятельности, сотни незнакомых людей вокруг, неизвестные правила, непонятные речи. Наверное, поэтому я заметил, что за мной следят, только через неделю. А может, за мной и на самом деле начали следить только спустя несколько дней. Кто ж теперь может знать наверняка!
Вечерело, я шёл к выходу из корпуса, и в оконном стекле смутно мелькнуло лицо. Точнее, бликом - фрагмент лица. Красивая, даже сказочная девушка. Я восхитился и обернулся. Увы, отражения сыграли со мной злую шутку. В нескольких шагах позади был какой-то парень. Наверняка тоже первокурсник, только выглядел совсем ещё мальцом. Встреть я его на улице, сказал бы, что он просто пацан. Лицо у него было миловидное, смазливое, и немудрено, что я ошибся. Худощавый хипстер. Или эмо. Чёрт их разберёт.
В следующий раз я его заметил где-то через полчаса, подходя к дому. Он вынырнул из-за угла как раз тогда, когда я остановился, роясь в карманах в поисках магнитки от замка в подъезде. Тут уж и туповатый Ватсон бы понял, что что-то тут не так.
Он ходил за мной практически каждый день. На расстоянии, думая, что я этого не замечаю. В учебных корпусах, по дороге домой, просто на прогулках. Я терялся в догадках, зачем он это делает и чего хочет. Мысли были самые разные - от того, что я чем-то провинился перед ним, и он ищет удобного случая, чтобы напасть, до того, что что-то прохудилось во вселенной, и я вижу слежку в том, что на самом деле является цепью случайностей. Версий было много, но ни одна из них, как потом выяснилось, не была даже близкой к реальности.
Я его частенько видел на лекциях, и мне не составило труда узнать, что учился он на нашем потоке, звали его Сергей, он был местным и раньше учился в школе совсем рядом с моей. Мы были первокурсниками, занятия только начались, и никто ни о ком ничего толком не знал, так что это было всё, что я сумел выяснить.
На одной из лекций я оказался рядом с ним. Передав привет вселенной с её шуточками, я уже готовился конкретно наехать на Серёгу, но был ошарашен его реакцией на моё появление. Он краснел, пыхтел, сопел. Его глаза бегали. Он что-то невнятное мямлил, даже когда я говорил совсем простые вещи. Он даже имя своё смог выговорить только с третьей попытки. Он не смотрел на меня, постоянно отводил взгляд и при этом то и дело украдкой на меня поглядывал. Он мучился каждую секунду пребывания рядом со мной. Это меня озадачило по-настоящему, я был настолько изумлён, что так и не вспомнил, что хотел припереть его к стенке.
Теперь мы частенько встречались с Серёгой на лекциях, и я через день или два смог всё-таки выбрать момент, чтобы спросить Серёгу о его слежке за мной. Серый очень неумело изобразил непонимание, густо покраснел и поспешно заговорил о другом.
Ну что же, придётся его поймать на горячем. Я спокойно, ни разу не оборачиваясь, дошёл до своего дома, завернул за угол, а потом выждал несколько секунд и рванул обратно. Конечно, я тут же столкнулся с Серёгой лицом к лицу. Деваться ему было некуда, но и теперь он вместо ответа бормотал что-то о том, что я не пойму, что лучше мне не знать, что он просит прощения, что он больше не будет. И никаких объяснений.
Я ушёл несолоно хлебавши, испытывая лёгкую обиду и ещё более заинтригованный происходящим. Наверное, именно любопытство заставило меня как ни в чём не бывало сесть рядом с ним на лекции на следующий день. Серега опять смутился и покраснел, но я видел, что он был рад. Разговор не клеился - Серый помнил, что я его подловил, а я всё пытался выведать, зачем же он за мной ходит.
Спустя неделю мы уже как-то привыкли к тому, что между нами есть тайна. Я больше не спрашивал, а Серёжа больше не маячил у меня за спиной. У нас начали получаться связные речи. Больше того, я вдруг понял, что мне с Сергеем интересно. Мы стали вместе пить кофе в перерывах.
Время шло, мы общались всё больше, и в какой-то момент я понял, что моего таинственного преследователя уже вполне можно назвать моим другом. Я, собственно, за первый месяц учёбы сдружился всего с тремя парнями в универе: двумя одногруппниками и вот с этим столь непонятным для меня Серёгой. Я даже как-то зашёл к нему домой - благо мы жили в одном районе, и мы с ним долго резались в какую-то компьютерную игру. Сидя рядом со мной за клавиатурой, Серёга опять стал смущаться, прям как в первые дни нашего знакомства, но я был так увлечён игрой, что не обращал на это внимания.
Всё бы, наверное, так и продолжалось бы - ни шатко, ни валко; непонятно, но вполне спокойно; но однажды я вновь поймал Серёгу за слежкой.
По выходным я ходил на тренировки. Я несколько лет уже занимался греблей и в универе сразу же записался в команду. Я, конечно, был далеко не чемпионом, ни на какие призы не претендовал, просто мне нравилось ощущение полёта по водной глади. Я знал, что на соревнования меня никогда не выставят, я буду вечным запасным, но меня не выгоняли, и меня это устраивало.
После той тренировки я, как обычно, решил перед тем, как принять душ, немного поплавать в реке и позагорать на крошечном пляже. Был разгар бабьего лета, солнце припекало вовсю, и я просто млел от прохладной воды, горячего песка и приятного ощущения усталости во всех мышцах.
И тут я вдруг услышал приглушённый, но вполне узнаваемый звук. Такой издают мобильники, когда на них фотографируешь. Не думая, что меня это хоть как-то касается, я повернул голову и успел заметить, как Серёга прячется за дерево, одновременно убирая в карман свой телефон.
Это было так стрёмно, что я даже растерялся. Нужно было, конечно, рвануть и поймать паршивца, но я упустил несколько драгоценных секунд, а когда всё же добежал до того дерева, там уже никого не было.
На следующий же день я прижал Серёгу к стенке, но он отнекивался, бормотал что-то бессвязное, опять краснел и даже показывал свой телефон, на котором не было ни единой фотографии. Я рассердился, наорал на него (говорил довольно злые вещи, честно говоря) и ушёл, не попрощавшись.
Несколько дней мы друг с другом не разговаривали. Я игнорировал Серёгу, на лекциях садился совсем в другом месте, уходил, когда он приближался. В конце концов, он мне позвонил. Опять что-то мямлил, так ничего и не объяснил, говорил, что фотографировал реку, но, увидев мою реакцию, испугался. Я его послал и нажал на кнопку отбоя.
Полдня я вспоминал его прерывающийся голос, невнятное бормотание, извиняющийся тон и думал о том, что напрасно я разговаривал с ним так жёстко. Потом нашёл повод - мне нужно было срочно списать лабораторную - и позвонил ему сам...
Как-то, когда я был у него дома, Серёга, утратив бдительность, оставил свой компьютер без присмотра. Обычно парень уходил из комнаты, только когда компьютер переходил на скринсейвер. Чтобы выйти из этого состояния, требовался пароль, которого я, естественно, не знал. А тут Серый ушёл на кухню поставить ещё чаю, а компьютер остался на загрузочной странице.
Я рванул к мышке и запустил поиск фотографий. Один за другим в поисковом окне появлялись снимки, выстраиваясь в ряды иконок, а я оторопело глядел на них, в очередной раз пребывая в шоке. Их были сотни. Сотни снимков меня. Я на лекциях, я в коридорах универа, я на улице, я на тренировках, наконец, я загорающий на пляже. Здесь были мои лица - улыбающиеся, хмурящиеся, задумчивые, грустные
Но здесь были и вообще странные фотографии - мои руки, одни только руки. Или ноги. Или спина. Или живот. Огромное множество снимков моей задницы - в брюках, джинсах, шортах, мокрой спортивной форме, плавках. И, наконец, фотографии моих плавок спереди. Во множестве ракурсов, с разной степенью откровенности и с разной степенью эрегированности того, что они скрывали.Я оторопело смотрел на это всё, не в силах даже вздохнуть. Я не знаю, что я чувствовал. Просто был настолько шокирован, что не мог пошевелиться.
У меня за спиной раздался сдавленный писк, я повернулся и увидел, как Серёга выбегает из комнаты.
Я поднялся и пошёл за ним, ещё не зная, что скажу и что сделаю.
Он закрылся в своей спальне. На ключ. Я постучал. Попробовал говорить с ним через дверь, но в ответ слышал только всхлипы, будто он там плакал.
Всё это окончательно выбило меня из колеи. Я, всё ещё не понимая, что происходит, ушёл...
У меня было странное, непонятное ощущение. Во-первых, впервые в моей жизни я обнаружил рядом с собой самого настоящего голубого! Сомнений в том, что Серёга гей, у меня не было. Удивляло только то, что я сам за столько времени не догадался об этом. Серега был геем! Живым геем, о которых я столько слышал, но никогда не думал, что встречу хоть одного в реальной жизни!
Во-вторых, этот парень был влюблён в меня. Ну что можно чувствовать, зная, что твой знакомый, такой же парень, как и ты, любит тебя? Что он о чём-то там грезит, о чём-то там мечтает, чему-то радуется и чему-то огорчается - и это всё в связи с тобой!
Я не знал, что и подумать. В голове только и проносилось: "Блин, да он дрочит на меня, причём разглядывая те самые фотографии!"
Несколько дней я избегал встреч с Серым. Не был на лекциях, стремительно пробегал коридоры, где он мог появиться, ходил домой кружным путём. Он тоже не показывался на горизонте. И не звонил.
Потом я услышал разговор его одногруппниц. Они говорили о том, что Сергей ходит в универ зарёванный, ни с кем не разговаривает, сидит в углу, ведёт себя "прямо как баба какая-то". Они гадали, что такого могло с ним приключиться, и при этом говорили о нём зло, с издёвкой. Я почувствовал невольный протест против того тона, который они взяли. И даже немного жалости к Серому.
Была пятница, обычно мы проводили субботы вместе, и я направился туда, где, по моим расчётам, должен был быть Сергей.
Ну, гомик. Ну, влюблён в меня. Это же не значит, что я обязан держаться с ним за ручки. Вполне можем продолжать разговаривать друг с другом, жить, как жили. А что тут такого? Разве я бы избегал общения с девушкой, если бы знал, что она в меня влюблена? Ведь нет!
У него были красные глаза и нос. Когда я заговорил с ним, Серёжа так искренне просиял, так неподдельно обрадовался этому, что я даже растерялся. Ну и ладно! Педик так педик! Зато классный парень! Не изнасилует же он меня!
Он меня не изнасиловал. Вздыхал, бросал взгляды, когда думал, что я не смотрю в его сторону, опять густо краснел, но ни слова не сказал - ни о фотографиях, ни об оставшейся в прошлом слежке за мной, ни о своих не красящих мужика слезах. Что-то там рассказывал, дал переписать очередную лабораторную, подарил диск с играми, мялся, но никак не проявлял ни своей голубизны, ни своей влюблённости.
На следующий день я после тренировки всё-таки к нему домой не пошёл. Стрёмно было как-то. Но вполне нормально поговорил с ним по скайпу.
В понедельник я сел рядом с Серёгой на лекции. В четверг выпил вместе с ним кофе в столовке. В пятницу опять на переменке попросил у него списать лабораторку. В субботу был у него в гостях, опять стреляя пришельцев на том самом компьютере. Интересно, снимки были всё ещё там?
Я как-то свыкся с мыслью, что Серёга сохнет по мне, и уже без особых колебаний продолжил с ним общаться. Правда, теперь я не мог не задаваться вопросом, как видит он меня, когда я вхожу в его квартиру, что он думает, когда я в жаркой аудитории при нём снимаю свитер и остаюсь в одной футболке, ревнует ли он, когда я флиртую с однокурсницами, испытывает ли волнение, видя, как я в каком-то метре от него облизываю пересохшие губы.
Я прислушивался к себе и всё больше осознавал то, что испытываю искреннее изумление, что меня может любить другой парень.
Как он представляет себе наши отношения? В лучшем для себя случае? Не думает же он, что я когда-нибудь дам ему себя поцеловать?
И вообще, каково это - любить другого парня?
Так прошёл ещё месяц...
Однажды в ноябре
Сергей пожал плечами, отложил в сторону клавиатуру компьютера и сказал:
- Ну вот. Вроде, всё.
Я встал и потянулся:
- Господи, Серый. Даже не знаю, как мне тебя и благодарить.
Сергей тоже поднялся.
- Да будет тебе, благодарить меня не за что.
Мы стояли лицом друг к другу, и Серёжа смотрел мне прямо в глаза. Такого прямого взгляда он себе до сих пор не позволял. Взгляд был чистым и влюблённым...
- Всё? Ты домой? - спросил он.
Мне вдруг стало не по себе. Уж очень грустно прозвучал вопрос. Я смутился и пробормотал:
- Ну... Серый. Ладно, тогда я, наверное...
И, сам удивившись своему жесту, вдруг положил Серёже на щеку ладонь.
Сергей замер, не в силах пошевелиться. Его глаза неотрывно смотрели в мои глаза. Ощущение ладони на щеке било, точно оголённый электрический провод.
Зачем я это сделал? Если бы я задумался хоть на секунду, я бы точно этого не сделал. А так, повинуясь какому-то импульсу, под гипнозом его взгляда, взял и положил свою ладонь на его щеку. Ощутил, какая она гладкая, чистая...
Когда лёгкие потребовали воздуха, Серёжа слегка вдохнул и прошептал:
- Спасибо... Я... Правда...
Это уже было серьёзно, и я отдёрнул руку. Оглянулся, потоптался на месте, избегая взгляда Сергея, и пошёл к двери.
- Ладно, Серый, - сказал я, открывая дверь. - Спасибо за пароли. Спокойной ночи.
Сергей стоял там же, где я его оставил. Его руки были безвольно опущены. Взгляд побитой собаки, грустный, разочарованный, уязвлённый. Он кашлянул и тихо сказал:
- Да, правильно... конечно. Спокойной ночи.
Я растерялся. Обычно на все эти его глупые бормотания, незаконченные фразы, мямляние я не обращал внимания, но сейчас вдруг почувствовал, что он ведь тоже живой человек, что его чувства - это не повод для шуток, что ему и правда горько, когда я вот так каждый раз встаю из-за компьютерного столика и, бросив "пока!", ухожу.
И опять я не дал себе времени подумать. Просто обернулся, закрыл дверь. Удивляясь сам себе, слабо улыбнулся. В абсолютной тишине щёлкнул ключом в замке.
Сергей понял всё мгновенно. И просиял своей открытой улыбкой. На щеках заиграли совсем девчачьи ямки. Глаза наполнились радостью. На мгновение мелькнул язык, облизавший пересохшие губы.
Я не знал, что делать дальше. То, что я остался - это что-нибудь значит? То, что я закрыл дверь на замок - что это означает? То, что прикоснулся ладонью к его щеке - это...
Я как-то мгновенно, ещё не сделав и шага от двери, понял, что мы с Сергеем перешагнули через какую-то грань.
Чёрт, куда это меня потянуло! Надо не строить из себя психотерапевта, а тупо развернуться и уйти.
Ещё через секунду я вдруг ощутил в себе решимость поцеловаться с Серым.
Да, я буду целовать другого парня. Хватит этих вздохов украдкой с его стороны и моих бессвязных размышлений обо всём этом с другой. Попробую
Один раз не пидарас.Наверное, что-то мелькнуло в моём взгляде, потому что Серёга опять улыбнулся. Глаза его заискрились.
Значит, я его поцелую? Вот оно как, значит! Поцелую другого парня!
Будь это девушка, я мог бы пригласить её на медленный танец или предложить полистать журналы на диване. Никто ведь сразу не набрасывается на девушку, даже если и ясно, что вы закрылись в комнате не для листания журналов... А что делать с Серым? Что вообще делают с парнями в таких случаях?
Серёжа никак не пытался мне помочь. Он стоял, не шевелясь, посреди комнаты и глядел на меня.
- Хочешь выпить? - почему-то шёпотом спросил его я.
Конечно, предлагать хозяину квартиры выпить что-нибудь из его запасов, точнее, запасов его родителей - свинство, но ничего другого мне в голову не пришло.
Серый покачал головой. Его руки заметно дрожали.
Подойти и поцеловать его?
Я сделал шаг вперёд.
Серый невольно дёрнул головой назад и тут же виновато опустил глаза. Мне казалось, что я слышу стук его сердца даже на таком расстоянии.
Чёрт, как это делается?!
Я подошёл ещё на шаг. Теперь мы стояли на расстоянии вытянутой руки. Сергей быстро взглянул на меня, опять потупился и замер.
Я поднял руку и осторожно положил ладонь на плечо Серого. Если бы он дёрнулся, если бы сделал шаг назад, если бы издал любой протестующий звук, я бежал бы из этой квартиры сломя голову! Сгорая от стыда!
Серый просто трясся. Стоял и трясся.
Его плечо было горячим и твёрдым. Под тенниской напряглась мышца, и плечо немного приподняло мою ладонь. М-да, с девушкой такого не почувствуешь.
Меня всего заливало волнами Серёжиного трепета, волнения, ожидания. Жар его тела окутывал руку.
Как к нему подступиться?
Зачем я это затеял? Зачем это делаю? Подумал ли я, как мы с ним будем дальше общаться, если я его поцелую? Да и для чего мне его целовать?
Моя ладонь осторожно поднялась по плечу, скользнула на шею и зарылась в Серёгиных волосах. Они были горячими.
Приятное ощущение. Неожиданно приятное. Мягкие волосы, щекотание руки, жар.
Я продолжал смотреть ему прямо в лицо.
Наверное, с полминуты мы стояли, и ничего не происходило. Он трясся. Трясся крупной, размашистой дрожью. Он был весь в испарине. Он был красный. Он упорно смотрел в пол. И я стоял рядом с ним. Пальцы погружены в горячие волосы сразу за ухом...
И тут он несмело поднял глаза. В его взгляде не было ничего особенного - просто взгляд широко раскрытых глаз, но он почему-то будоражил.
- Я не знаю, что делать, - прошептал я, натолкнувшись на этот взгляд.
Признался, будто нырнул в воду.
- Я тоже, - неуверенно, шёпотом, практически заикаясь, ответил Сергей.
Я скользнул взглядом по нему. И вслед за взглядом плавно заскользила по его руке моя ладонь. Парень напрягся и шумно сглотнул.
Я ощутил под пальцами трицепс и бицепс (вот уж чего у девушек точно не бывает!), острый локоть, твёрдое предплечье. Коснулся трясущейся ладони. Взял её, легонько сжал.
Успокойся! Успокойся!
- Не волнуйся, Серый, - пробормотал я.
Он кивнул.
Я поднял его ладонь и посмотрел. Пальцы Серого были длинными, тонкими. Вблизи их дрожь была размашистой...
Я медленно опустил Серёгину руку вниз и разжал пальцы.
Жар тела Серёжи ощущался так сильно! И сердце его билось так часто! Так громко!
Или это билось мое сердце?
Что за глупые волнения! Я всего лишь поцелую его! Ну, конечно, не каждый день я целую другого парня. Вообще-то я никогда не целовал другого парня. Но это ведь всего лишь поцелуй! Что за трагедия! К чему эти шекспировские волнения!
Дальше тянуть уже было некуда, нужно было начинать.
Серёжа замер, всё так же глядя в пол.
- Я никогда ещё... - прошептал Серый вдруг.
В смысле? "Никогда ещё" - что? Он что, девственник? Я собрался целоваться с геем-девственником! Ну, чем дальше, тем круче. Как говорится, будет что вспомнить на старости лет.
- С парнем? - шёпотом спросил я. - Или вообще?
- Вообще, - еле слышно ответил Серёжа... и бросил на меня быстрый взгляд. - А ты?
Я кивнул.
- С парнем?
Сдурел он, что ли? Ну конечно нет! Как он мог вообще такое подумать!
Серёга всё понял по моему лицу, сглотнул и зачем-то пригладил свои шорты одной ладонью. Вторую руку он засунул в карман.
- Мне раздеваться? - шёпотом спросил он.
Я чуть не задохнулся. Так он думает, что мы трахаться будем? Ничего себе!
И опять на моём лице что-то отразилось, и Серёга испуганно дёрнулся.
Мы стояли рядом, глядя друг другу в глаза. Меня омывало тепло Серёжиного тела. Мы оба дрожали. Я, наверное, чуть меньше. С чего бы мне, собственно, дрожать? Я же не волнуюсь!
Я сдвинулся немного вперёд, и наши тела соприкоснулись. Да, они соприкоснулись. Чуть-чуть. Совсем легонько. Соприкоснулись. Жар его тела. Биение моего сердца. Дрожь его волнения. Сухость в моём рту. Его выдох у меня на лице. Полная пустота в моей голове. И его взгляд, упорно обращённый к полу.
Моя грудь коснулась Серёжиной груди.
- Мне лучше уйти, - прошептал я. - Я не хотел этого. Я не думал, что...
Серёжины глаза расширились, и в них вновь появилось то самое выражение побитой собаки.
- Конечно, - прошептал Серёга, и его голос дрогнул.
Сейчас расплачется.
В каких-то миллиметрах от Серёжиной горячей футболки я пронёс свою руку. Почему в миллиметрах? Почему просто не провёл рукой по его груди?
Моя ладонь мягко легла на Серёжино плечо. Парень замер.
Я впитывал ощущение этого твёрдого плеча. Впитывал, понимая, что такого ощущения не испытаю никогда... Или ничего не произойдёт, и я не смогу больше притрагиваться к этому плечу. Или всё произойдёт, и прикосновение к нему станет обыденным... А только сейчас оно прекрасно само по себе... И так хочется ощущать его твёрдую округлость...
Второй рукой я взял Серёгину руку, вытащил её из кармана шорт. Поднял и посмотрел на тонкую кисть. Она дрожала.
Я посмотрел на Серёжу. Поднял его ладонь ещё выше. И положил её себе на плечо. Серёгины пальцы конвульсивно сжались. Слишком сильно. Что же он так нервничает! Это же всего лишь плечо!
Я провёл ладонью по его щеке. Спустился на шею. Ещё ниже.
Моя рука лежала на его шее. У него была такая тонкая шея!
Я тут же себя одёрнул. Шея как шея. Как у всякого доходяги.
И тут же мысленно покачал головой. Она такая... гм... тонкая! И кожа гладкая!
Серёга так гладко бреется, или борода не растёт?
Шея совсем тонкая. И пульсирующая артерия прямо у меня перед глазами.
Второй ладонью я прикоснулся к голове Серёжи, провёл по волосам и зарылся в них пальцами.
Я это уже проделывал. Но мне так хотелось почувствовать это ещё раз...
Мы замерли, глядя друг другу в глаза. Оба тяжело дышали. Обоих била дрожь. Наши футболки слегка соприкасались.
Я всё-таки поцелую Сергея. Просто нагнусь, поднесу свои губы к его губам и поцелую. Потом подбадривающее улыбнусь, кивну на прощание и пойду к двери.
Я облизнул свои губы.
А ведь мой член уже на всё отреагировал. Стоит, будто я девушку собираюсь в первый раз поцеловать
Куда меня занесло!И всё же - интересно, какой он у Серёги?
Я втянул воздух ноздрями. Серёжу это почему-то смутило, и он опустил свой взгляд. Потом решился и вновь посмотрел мне прямо в глаза.
- Можно тебя поцеловать? - шёпотом спросил я.
Ну что за вопрос! К чему это? Остался ведь, дверь закрыл, волосы вон трогаю! Я веду себя, как гомик! С кем поведёшься...
Серый кивнул.
Ну, всё... Теперь уже некуда отступать...
Я слегка подался вперёд, всё ещё не зная, как это сделать, всё ещё сомневаясь, стоит ли это делать, всё ещё не понимая, как это произойдёт.
Мои губы коснулись губ Сергея.
На нижней губе была шершавинка... Губы были мягкими, тёплыми, податливыми. И, едва я к ним прикоснулся, они слегка раздвинулись.
Я больше не чувствовал дыхания Серёги. Он замер.
Мне кажется, я даже не понял, что уже поцеловал его. Я всё ещё готовился к тому, что перешагну невидимую черту, перейду свой Рубикон, а мои губы уже касались его губ.
Мне пришлось сказать себе: "Всё Уже Свершилось". И это почему-то сразу уняло мою дрожь. Уже гораздо спокойнее я притянул к себе его за плечи и решительно прижался губами к его губам. Слегка приподнял губу Сергея своей губой. Прикоснулся языком к его зубам. Зубы тут же слегка разомкнулись, позволяя мне проникнуть ещё глубже.
По ощущениям этот поцелуй ничем не отличался от поцелуя девушки. Такие же мягкие и податливые губы, та же нерешительность, то же ощущение неизведанного.
Серега несмело проявил инициативу. Его губы едва-едва, на пределе ощутимого, сжали мои губы.
Серёжины большие серые глаза оказались прямо напротив моих.
Я испытал такой прилив нежности, тепла и... и... ну... да... да - желания! Я обнял его плечи. Я с силой прижал его к себе. Я опять коснулся губами его губ.
Мы замерли. Я не мог понять, что со мной происходит. Так я себя не чувствовал с самой своей первой ночи с девушкой.
Мы оторвались друг от друга. Наши губы разомкнулись. Я посмотрел в глаза Серёжи. Какие большие глаза! Чистые! Светлые! Серые, такого глубокого серого цвета!
Я сжал плечи Серёги обеими руками, притянул его к себе и вновь поцеловал. В веки. Поочерёдно. Один глаз. Второй. И ниже. Нос. И губы. Мягкие тугие губы раскрылись. Кончик языка несмело подался вперёд и прикоснулся к моему языку.
Чёрт, я понял, что хочу его! Да, хочу его. Сексуально. Ну и что, что он парень! Я хочу с ним трахнуться! Один раз не считается. В жизни нужно попробовать всё. И вообще, то, что я захотел трахнуться с Серёгой сейчас, не значит, что...
Я так хочу его!
Моя рука соскользнула с плеча Серого. Я сделал шаг назад. Остановился, тяжело дыша.
Грудь Сергея тоже ходила туда-сюда.
Наши взгляды встретились. Впервые я увидел в глазах парня спокойную радость. Он больше не нервничал, не дёргался, не отводил взгляд.
- Извини, - пробормотал я.
Уж и не знаю, за что я перед ним извинялся.
Воцарилось молчание. Мы стояли, глядя друг на друга, не шевелясь, ощущая, как гулко бьются наши сердца.
- Спасибо, - сказал Сергей после минутного молчания.
Я слабо улыбнулся и направился к двери. Открыл её, обернулся.
Серёжа стоял на том же месте, глядя мне вслед.
Я кивнул и неуклюже, пятясь, перешагнул за порог. Закрыл дверь.
Я постоял перед дверью ещё несколько секунд, переводя дух и успокаиваясь. А потом медленно стал спускаться по лестнице.
Спустя пятнадцать часов
Остаток дня прошёл для меня в душевных мучениях вперемешку с будоражащими воспоминаниями. Я не мог простить себе, что своим неосторожным поцелуем вселил в Серёгу ненужные надежды, и в то же время вновь и вновь переживал прикосновение наших губ, отдаваясь щемящему ощущению чего-то удивительного и прекрасного. И тут же принимался ругать себя за то, что поцелуй с парнем доставил мне удовольствие. Я же не пидор какой-нибудь!
Проворочавшись полночи в кровати, я вынужден был снимать возбуждение традиционным для всех мужчин способом. Кулак ходил по изнывающему от желания члену, а я почему-то фантазировал о Серёге. Испытывая стыд и злость на себя, я представлял себе, как мы вновь целуемся. Мы ещё и обнимались. Оргазм меня настиг, когда в голове вставали картины, как Серый трогает мой обнажённый член.
На следующий день я пошёл в универ, полный решимости объясниться с Серёжей и по возможности мягко с ним порвать. Увидев его сидящим на нашем месте в лекционном зале, я бухнулся рядом и сходу выпалил:
- Серый, то, что случилось вчера, было ошибкой.
Я посмотрел на парня. Он отвёл свой взгляд и кивнул.
Нужно было продолжать, но вся моя решимость куда-то улетучилась. Я сидел, смотрел на Сергея и не находил слов.
Потом в зал вошёл лектор, и ситуация разрешилась сама собой.
После лекции я сначала откладывал разговор, пока мы дойдём до кафетерия, потом - пока Серый не допьёт свой кофе, а потом нужно было бежать на пары... Мы не молчали, мы разговаривали, но напряжённо, подбирая слова, отводя глаза.
После занятий я проводил Серёжу до его дома. Такого со мной никогда не случалось - я провожал девушек, за мной следил Серёга, фактически меня провожая, но чтобы я сам провожал парня! Ну и ну! Нужно было с этим кончать. И побыстрее.
- Я не знаю, что на меня вчера нашло, - говорил я идущему рядом Сергею. - Понимаешь, я ведь ничего к тебе не чувствую.
Блин, получилось как-то не так.
- То есть, я рад тому, что мы дружим, - неуклюже попытался я вывернуться. - Ты отличный друг. Просто... Ты ведь не девушка...
Он шёл, глядя себе под ноги.
- Я не могу чувствовать к тебе... ну... то, что я чувствую по отношению к девушкам...
- Я понимаю, - тихо бормотал Серёга. - Не мучай себя, я всё понимаю.
Мы остановились у его подъезда.
Серёжа глядел куда-то в сторону, я топтался на месте. Нужно было просто развернуться и уйти, но что-то удерживало меня на месте. Что? Я не хотел обидеть хорошего человека? Я просто тупил?
Сергей повернулся и открыл дверь подъезда. Придержал её, пропуская меня. И я, не задумавшись ни на секунду, вошёл.
- У меня дома родители, - сказал Серёжа, замерев сразу за порогом.
Похоже, он не хотел, чтобы я уходил, но не знал, что делать дальше. Пропустил меня внутрь, в подъезд, но дальше идти было некуда.
- У меня тоже родаки, - автоматически ответил я.
Мы замолчали, оба чувствуя себя не в своей тарелке.
Потом я вдруг поднял свою руку и положил ладонь на плечо Серёжи.
Он напрягся, его глаза удивлённо расширились. И уже в следующую секунду рот тронула невольная улыбка.
Моя рука соскользнула с плеча дальше, на спину, прямо поверх проступающих позвонков. А потом вторая ладонь оказалась на спине парня рядом с первой. Я сделал небольшое, едва заметное движение вперёд, и Сергей оказался в кольце моих рук.
Я ещё не понимал, что обнимаю Серого, но меня уже переполняла радость от того, что всё то тягостное и ненужное, что я уже сделал за сегодня и ещё собирался сделать, ушло, исчезло, растаяло без следа.
Сергей прижимался ко мне. Его руки были опущены вниз, глаза закрыты, ноздри раздувались. Его колотящееся сердце било мне прямо в грудь.
Я с силой обнял его - так, будто хотел раздавить. Руки сжимались всё сильнее, меня переполняли чувства, и в конце концов Серёжа сдавленно пискнул
Серёга часто задышал, восполняя недостаток воздуха.
- Чёрт! - прошептал я. - Я не хотел!
Серый улыбнулся.
- Ничего, - сказал он. - Зато приятно.
Он ещё не закончил движение, когда я уже вновь сжал его в кольце своих рук. Я смотрел в его глаза, он смотрел в мои глаза, мы молчали, и только наши прижимающиеся друг к другу тела плавились от своих соприкосновений.
"Почему Серёга не обнимет меня?" - подумал я и понял, что мне хочется, чтобы тонкая Серёжина ладонь прошлась по моей спине.
Я, слегка отведя голову назад, посмотрел на парня. Он несмело улыбнулся.
- Я тебя поцелую? - спросил я.
Опять всё тот же идиотский вопрос. Похоже, я застрял в идиотских вопросах.
Серёга еле заметно кивнул.
Я наклонился. Наши губы встретились.
Моя рука поползла по спине. Позвонки под ладонью, острые лопатки.
Серёга замер. И закрыл глаза.
Коснувшись края его брючного ремня, я повёл ладонь вверх, но тут Серёга, может, случайно, а может, повинуясь какому-то импульсу, коснулся языком моих губ, и я невольно напряг руку. Тело парня вновь оказалось крепко прижатым к моему телу. А моя рука рывком сползла прямо на пояс его штанов.
Мы оба замерли, пережидая взрыв ощущений.
Твёрдое тонкое горячее тело прикасалось к моему телу. В нём не было ни намёка на девичью красу - ни упругих грудей, ни широких бёдер, ни узкой талии. И все же, оно было прекрасно. Так прекрасно!
Я ослабил хватку и оторвался от губ Серёги.
Мне чего-то хотелось. Но чего я мог хотеть? В моих объятиях ведь был парень! Я не мог ничего хотеть!
Чёрт, чёрт, чёрт!
Я пригнулся ещё чуть ниже и поцеловал подбородок. Тот взмыл навстречу, подставляя тонкую шею, к которой он меня раньше не пускал. Я легко скользнул губами по шее и стал целовать её сильнее и сильнее, при этом сжимая тело Серёги в своих руках.
Низ живота ощутил... В мой живот упёрлось что-то твёрдое, прямое. Упёрлось - и скользнуло вверх, повернувшись и прижавшись длинным цилиндром.
Это же его член!
Член Серёжи, торчащий, напряжённый, твердокаменный, прижался сквозь одежду к моему животу, и я задохнулся от того, что теперь уже явственно понял, ощутил, осознал, что да, у Серёги есть член, и этот член встал, и этот член упирается в мой живот...
Ощущение палки в штанах у Серёги заставляло бурлить всё моё тело. Я уже нарочно слегка ослабил хватку, позволяя телу Серёжи чуть-чуть сдвинуться назад, и опять прижал его к себе с силой. Длинный цилиндр вновь упёрся в мой живот. Давил, будто хотел проткнуть его. А потом, когда давление стало слишком большим, легко скользнул вверх, поворачиваясь вертикально. Серёга выдохнул с каким-то едва слышным звуком.
Так вот что чувствуют девушки, когда я их обнимаю! Конечно, с такими ощущениями простые объятия должны казаться им верхом порочности!
Я скользнул губами по Серёгиной шее и поцеловал парня сразу за ухом. Тело его вновь оказалось с силой ко мне прижато, и твёрдая палка внизу опять упёрлась в мой живот. Как это было невыносимо прекрасно!
На этот раз я почувствовал ещё что-то, какое-то зеркальное ощущение в своих штанах. Серёжа точно так же ощущает и мой член! В его живот точно так же упирается твёрдый цилиндр, так же скользит вверх, также оказывается зажатым между нами! Ну и ну!
Я прервал свой поцелуй и посмотрел в лицо парня. Тот облизал свои губы. Его большие серые глаза смотрели на меня. Ноздри слегка раздувались.
Потом Серёга несмело пригнулся и прикоснулся губами к моим губам. Тело парнишки само качнулось вперёд, и цилиндры членов, зажатые в плену брюк, упёрлись в животы.
Только теперь рука Серёжи пришла в движение и нерешительно обняла меня. Ладонь прижалась ко мне где-то между лопатками.
Ощущение было невероятное, невыносимо сексуальное, зовущее.
Я повернул голову, отрывая губы Серёги от своей щеки, и коснулся своими губами его шеи. Прямо над ключицей. Ямка над ключицей была прикрыта футболкой, и я сдвинул ткань губами, чтобы поцеловать Серёгину кожу, нежную, гладкую, будто девчачью. Потом поднял голову и опять посмотрел в его глаза. Серёжа часто дышал.
Я пригнулся и точно так же поцеловал ямку над ключицей с другой стороны.
- Тебе не противно? - шёпотом спросил Серый.
Как это - противно! Он вообще понимает, как он красив!
- Ты очень красивый, - так же шёпотом ответил я.
И я поцеловал Серегу в губы. Сильно.
Наши тела вновь тесно прижались друг к другу. Моё тело заныло в сладкой истоме. Член явственно задёргался в своём плену.
Я почувствовал Серёгины руки на своей спине. Слабо, несмело, нерешительно он заключил меня в кольцо своих объятий. Я оторвался от его губ. Замер, стараясь получше ощутить тепло ладоней у себя на лопатках. Потом вновь поцеловал его шею.
Тут случилось то, что должно было произойти рано или поздно. Снаружи послышались приближающиеся шаги. Кто-то шёл к нашему подъезду.
Мы мгновенно отскочили друг от друга. Оба тяжело дышали, оба растерянно смотрели друг на друга, оба лихорадочно пытались поправить свою одежду.
Дверь открылась, и в парадное вошёл какой-то мужчина. Было видно, что он удивился, увидев двух парней по разные стороны друг от друга, но останавливаться не стал.
- Здравствуйте, - сказал Серый.
Мужчина кивнул, прошёл по ступенькам вверх и вызвал лифт. Механизм загудел, и Серёгин сосед выглянул на лестницу.
Мы стояли там же. Не двигаясь и глядя на него.
Мужчина вернулся к лифту. Как раз вовремя - открылась дверь. Механизм снова загудел, увозя соседа наверх.
Мы с Серым переглянулись.
Моё тело требовало продолжения. Я хотел почувствовать тело Серёжи, всё его тело. Я представил себе, как прижимаю его к себе, как мои руки бродят по его спине, как я трогаю его зад, и меня захлестнула волна острого, невыносимого, болезненного желания.
Это уж совсем никуда не годится!
И тут же я почувствовал импульс, толкавший меня вновь припасть к шее Сергея губами...
Я сдержался. Никогда раньше я сам не прерывал поцелуев. Девушки - да, прерывали. На первых свиданиях, не желая, чтобы я заходил слишком далеко, они останавливали меня. Я хотел целовать их, но они отодвигались. И вот теперь я сам почувствовал это странное ощущение - нужно остановиться. Прямо сейчас. Я хотел продолжения, Серёжа хотел продолжения, но я должен был остановиться!
Я посмотрел в глаза Серому. Он смотрел на меня, и в его взгляде я чувствовал чистое, наивное, безграничное доверие. Мы стояли в трёх шагах друг от друга, но воздух между нами был насыщен чем-то неуловимым, делавшим нас одним целым.
- Утром мои уедут на дачу, - сказал он.
Я замер, не понимая, что он говорит. Уедут? На дачу? Утром?
- Если хочешь... - еле слышно добавил парень.
Я оторопело глядел на Сергея. Не идти в университет? Целый день провести вместе в пустой квартире? Зачем?
И тут только понял, что именно мне только что предложили.
Что-то мелькнуло в моём взгляде, что-то, из-за чего Серый испуганно отшатнулся и густо покраснел.
- Не обижайся! - пробормотал он. - Я не подумал! Прости!
Я, ощущая, как возбуждено моё тело, как оно неподатливо от сковавшего его желания, распахнул дверь подъезда и выбежал наружу.
Обернулся.
- Мне надо идти, - сказал я извиняющимся тоном.
Дверь на тугой пружине громко хлопнула.
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.