СЛУЧАЙНЫЙ ПОПУТЧИК (часть тридцать первая) Эпилог Дома ее ждал неприятный разговор с матерью. Егор уже ушел в школу, а мать встретила Свету в прихожей, услышав звук ключа в замке. — Как дела на панели? – голос матери не предвещал простого разговора. — О чем ты? — Все о том же... о тебе. На себя посмотри. Потаскуха! — Мама! Не говори того, о чем потом сама будешь сожалеть. — А кто еще тебе выскажет правду? Немного еще и весь город так будет тебя называть. Ты хотя бы ради приличия не светилась утром в исподнем, прости господи, выходя из машины. — Мама, никто и не видел, - почему-то пыталась оправдаться Света. — Что с тобой? Ну как еще все это объяснить, а? Где ты всю ночь была? — Я же сказала, что на работе был корпоратив, а после... ну, после мы там зависли еще с сотрудниками. Никто не хотел расходиться. Так и просидели до утра. А с работы нас отпустили сегодня...выходной дали... Всё, мам. Я спать хочу. — Ты себя-то видела? Бледная, потасканная, как из проруби. — Нормально после бессонной ночи. Успокойся. Все нормально. Не буди меня, дай выспаться, потом поговорим. Света закрылась в ванной. Немного отступившая головная боль после разговора с матерью снова усилилась. Ноги и тазобедренные суставы болели, от потертостей в промежности жгло, анальное отверстие требовало серьезного лечения. Только теперь она обратила внимание на все это, как будто до сего момента находилась под действием какой-то анастезии. По сути, так оно и было. Порошок, которым Гарам приправлял ее вино, действовал не только на повышение либидо, но и обладал определенным обезболивающим эффектом. Стоя под душем и прокручивая в голове события прошедшей ночи, Света догадалась, что кристаллики в вине были не частичками глиняного кувшина, как сначала она подумала, а снадобьем, которым Гарам возбудил ее неумеренное сексуальное желание. Мочалкой она с силой стала натирать тело, как бы пытаясь смыть следы мужской спермы, остатки которой все еще вытекали из влагалища, в чем она убедилась, сняв трусики. И все же, осознавая глубину своего падения, она не жалела о случившемся. В конце концов, ее приключение в спортзале (см.рассказ «Это сладкое слово «измена») и последующие похождения с Аркадием по распущенности, даже развратности своей ничем не отличались от того, что произошло этой ночью. Самка хотела, а самцы воспользовались... как в собачьей стае все кобели по очереди имеют течную суку. «Да, я сука, настоящая сука. И другого имени для меня нет», - рассуждала Света. Под струями воды головная боль немного отступала, оставляя пространство для осмысления событий последнего времени. Перед женщиной стоял вопрос - что делать дальше. Так продолжаться больше не может и это она отчетливо понимала. Это было ее последнее приключение со всей этой компанией Аркадиев, Полов, Зоек и Вась, а теперь ещё и Гари-Ари-Бари. Так она для себя решила. Через минуту подумала, что, наверно, так же рассуждает начинающий наркоман, испытавший первую ломку. Он тоже решает непременно «завязать» и даже чувствует в себе силы на это, но при первой же возможности снова срывается. «А я смогу», - пыталась убедить себя Света. «Я же решила больше не связываться с компанией Аркадия, и если бы не Гарам со своей «расплатой»... А как быть с Владимиром? Никак - возник сам собой ответ. Она рассудила, что сделала для него все, что могла. Теперь пусть живет своей жизнью, а она больше ему о себе не напомнит. Тем более, после этой ночи она и в глаза ему смотреть не сможет. Всех к чёрту! Таков был ее вердикт. Эти рассуждения помогли ей сейчас избавиться от груза нерешенных вопросов, как ей казалось. Так или иначе, из душа она вышла спокойной и заснула. Несколько дней прошли в обычном рабочем режиме
Когда на экране телефона возникала его фотография, сердце Светланы сжималось, рука тянулась к гаджету, чтобы ответить, но трели звонка через минуту замолкали. Каким испытанием для нее была эта минута, невозможно передать. Она специально не нажимала отбой, чтобы не обидеть Владимира. Может он подумает, что она потеряла телефон или изменила номер, а не приходит потому, что занята или уехала в отпуск. Звонил несколько раз и Гарам. Но и на его звонки она не отвечала. Звонки Аркадия и Зои она так же игнорировала. На третий день на выходе из офиса ее в машине ждал Гарам. Он вышел ей навстречу и достаточно грубо взяв за руку повел к машине. — Ты что делаешь? — Отпусти. Ты сдурел? Ты что себе позволяешь? — Ой, целка, тоже мне... Ты почему не приходишь к своему... и на звонки не отвечаешь? — А тебе какое дело? Это тебя вообще не касается. — Касается. Он сначала пошел на поправку, а сейчас лежит и смотрит в потолок. Так нельзя. Все мои старания, кстати, с твоей подачи, могут пойти прахом. Он даже на Лариску не реагирует. А уж на нее у мертвого встает! Он лежит и тычет в твой номер телефона. — Так ты о своем авторитете беспокоишься? Мило! Старания его прахом пойдут! А мне какое дело до вас обоих? Ты не подумал? Ты думаешь, что если сунул свой хуй мне в жопу, так можешь мне указывать? А он мне кто? Муж? Такой же хуесуй, как ты. Свету несло. Не стесняясь в выражениях, но на грани нервного срыва, она продолжила свой монолог. — Зачем я ему нужна? Для того же. Трахать иногда и радоваться жизни в своем особняке. А мне это зачем? Мне вон сына надо поднять. Мать тоже больная. Вам мои сиськи и пизду подавай. А они, кстати, тоже не вечные. Ты знаешь сколько мне лет? А, знаешь, ты даже мою медкарту знаешь. Таким, как вы «вольным стрелкам» все готовое, красивое на блюдечке и сразу. Сегодня вы мне «ах, красавица», «супер девочка» и прочую фигню на уши вешаете, а завтра помоложе задницей вильнула... и что? Мне это не надо. Всё, хватит! Я ему ничего не должна и перед тобой в расчете через твои «прелюдии и фуги». Всё, отстань от меня и больше никогда не звони и не выслеживай. Света порывалась выйти из машины, но Гарам не дал. — Теперь ты меня послушай. Твой Берестов не такой, как ты здесь его поносишь. Вот я как мужик тебе скажу, он, кажется, серьезно к тебе относится. Прости, я только сейчас это увидел. Я думал, что ты его обыкновенная очередная любовница, как ты сейчас сама себя представила. А, нет. Он правда страдает. Если бы я знал или видел это раньше, поверь, я бы не стал так с тобой... Ну, ты понимаешь, о чем я. Ответь на его звонок хотя бы. Объяснитесь что ли. А лучше зайди хоть на минуту. Ему это надо для выздоровления. — Ага, опять я буду платить за его здоровье! Мне это зачем? — Дура ты. Он, похоже, любит тебя. — Да? А как я ему в глаза посмотрю после такой платы за его здоровье? Ты это себе представить можешь? — Света. Не сомневайся в моей порядочности. И за братьев я даю гарантию. От нас никто не узнает о том, что было между нами. И еще, клянусь, больше я никогда не буду предлагать тебе что-то подобное. В гости приходи или приходите вместе с Берестовым, а так как было... если только сама захочешь. Гарам улыбнулся. Света тоже улыбнулась. — Ты неисправимый циник! Кстати, все забываю спросить, что ты мне тогда подсыпал? — У этого нет названия. Это эликсир страсти. Забудь. Тебе же было хорошо. Гарам смог поколебать ее уверенность в своей правоте в отношении Владимира. Картина, нарисованная Гарамом, вызвала живую женскую нежность и сострадание к запертому в рамки больницы сильному и гордому, дорогому её сердцу мужчине. — Хорошо. Ты убедил меня. Завтра зайду в больницу. — Позвони ему сейчас. Соври что-нибудь ласково. — Ладно. Я пошла. Позвоню по дороге. — Вот и умница. Да, братья тебе привет передают — Тебя подвезти? — Уйди с глаз моих... - Света с улыбкой отмахнулась. Владимир лежал на кровати с зажатым в руке телефоном, когда раздался звонок. От неожиданной вибрации, первой сотрясшей его ладонь, он как будто пробудился от вязкой тяжелой дремоты. И тем ярче была его радость, когда на экране возникло ее имя. — Света, наконец-то! Где ты была, почему не отвечала? Я звонил тебе все эти дни. Его голос дрожал, слова, многократно прокрученные в голове, заученным текстом вылетали в эфир. По всему было видно его волнение и прослеживалось искреннее желание слышать голос этой женщины. — Извини, Володя. Я была в командировке в области, а там и связь плохая, да и поговорить бы не дали. Как ты себя чувствуешь? Уже ходишь? — Хожу... да это не важно... все хорошо... вот теперь все совсем хорошо, когда ты позвонила. У тебя все в порядке? — Да, Володя. Все нормально Тебя когда выписывают? — В эти выходные обещали. Послезавтра может быть. Света, я хочу тебя увидеть. Ты можешь прийти завтра, например. — Я посмотрю, Володя. Днем же я на работе... как получится. — Приходи. Мне тебе надо много сказать. Пока тут лежал было время кое-что обдумать. В общем... - Владимир сделал долгую паузу, обдумывая слово, - хочу с тобой поделиться. В голосе Владимира звучали нотки мольбы. Видимо, ему действительно была нужна ее поддержка. А выслушать мужчину Свете и самой хотелось. Его голос что-то надломил в ее решимости все прекратить и оборвать все связи. — Подожди, Володя. Я тебе перезвоню. Светлане вдруг захотелось увидеть Владимира не завтра, а прямо сейчас. Его голос и слова убедили ее в необходимости срочно встретиться, как будто только сегодня, только сейчас должно произойти что-то самое важное в его и ее жизни. Не раздумывая, она набрала номер Гарама. — Ало, Гарам, не спрашивай только ничего, а позвони своим дежурным в клинику, пусть меня пропустят к Берестову. И, это... пусть твои «милосердные сестры» не лезут в его палату. Нам надо серьезно поговорить. — Вот, умница. Поддерживаю. Не волнуйся, все сделаю. Сразу после этого Света набрала номер Владимира. Он ответил так быстро, как будто только этого и ждал. — Света, что случилось. Почему ты оборвала звонок? – В его голосе звучала нескрываемая тревога. — Что ты, Володя. Успокойся...просто... - она искала что сказать, - просто по второй линии очень важный звонок по работе был. — Понятно, а то я подумал, что тебе просто надоело слушать этот «бред больного Иванова». Света засмеялась и услышала, как засмеялся и Владимир. — Володенька, я сейчас к тебе приеду. Там и поговорим. — А как ты пройдешь? Сейчас же посетителей не пускают. — Прорвусь! Ты же знаешь, что если я чего-то хочу, то добьюсь этого, - наигранно с пафосом проговорила Светлана. — Я жду тебя. На входе дежурная медсестра нарочито строго предупредила, что гардероб работает только до девятнадцати часов, а одноразовый халат и бахилы стоят сто рублей. За кого она приняла Свету? Видимо, раненый Берестов был здесь под прицелом женского персонала. Света быстро поднялась по лестнице в хирургию и увидела Владимира, стоявшего в коридоре напротив его палаты. В его позе чувствовалось напряжение ожидания. Он весь был устремлен навстречу женщине, казалось, готов был бежать. — Как хорошо, что ты пришла. — Ну, смотрю, наш герой опять в строю. — Вот теперь в полной боевой готовности. Благодаря тебе. — Ну, я-то тут причем? — Скажу, скажу... пойдем в палату. Закрыв дверь, Владимир крепко обнял Светлану. — Ты даже представить себе не можешь, как ты мне помогла. — Да, ладно тебе... ничего такого я не сделала. Это врачей надо благодарить. — И их тоже, но это другое. Ты садись, а я пока буду ходить... так мне легче будет сконцентрироваться. Мне надо что-то важное тебе сказать. — Ой, не пугай только. — Не знаю, может это тебя и испугает. Понимаешь, начну с самого начала, когда это первый раз у нас случилось, там, в моем городском доме. — Ты имеешь в виду наш первый секс? — Нет, но он тоже был как взрыв. Я о другом. Знаешь, тогда ты меня поразила какой-то своей невысказанной женственностью. Да, вот слово нашлось точное. Именно невысказанной, скопившейся внутри и небольшой долей выплеснувшейся на меня. Там для меня вдруг открылось твоё сокровенное. Нет, главное было не в том, что случилось, а в том, как ты раскрылась для меня. — Володя, да ничего такого там не случилось... обычный спонтанный секс. Такое же случается иногда... — Не перебивай, пожалуйста. Я и сам тогда так подумал. Думал, вот женщина, которой не хватает мужского внимания, как многим. Женщина в самом расцвете, в соку, так сказать, который просто бродит внутри, не находя выхода в повседневных заботах. Перебродит, а я ей в этом помогу. Я так думал. Но когда там, в ресторане... И потом у меня... Я поразился тому, что открыл в тебе. Это не только наш прекрасный секс. Это больше. Я увидел, что ты не просто красива, а обладаешь особой магией воздействия на людей и мужчин, в первую очередь. Это не внешнее, а внутри тебя. Это, как бы тебе сказать, твой талант, что ли. Я, как в том кино, старый солдат и не знаю слов любви... просто привык к простым отношениям с женщинами, привык их использовать. Так будет правильнее сказать. — К чему ты это все? Прости, Володя, но и меня ты тоже использовал, хотя красиво и даже, как мне показалось, с чувством. — Не перебивай. Да, так и было сначала... — Извини, о каком начале речь, когда почти сразу ты просто передал меня «в эксплуатацию» своему Аркадию... и пошло-поехало. Аркаша тебе уже наверно рассказал, что тут у нас с ним было, пока тебя не было. Всего несколько дней, а крышу у меня так снесло, что и передать не могу. Как шлюху последнюю меня использовали. Или ты не догадывался? Обида на Владимира, а в его лице и на весь мужской пол, выплеснулась из Светы и последние слова она произнесла едва сдерживая рыдания. — Прости меня, это была моя самая большая ошибка...даже страшнее того, что я не позаботился о проверке мин на дороге. Я думал, что тебе просто надо «перебеситься», что в тебе закипела долго сдерживаемая страсть. Я действительно думал, что пары недель хорошего секса хватит, чтобы выпустить этот скопившийся пар. Но я ошибся... и ошибся так, что понял это, едва отдалившись от тебя. Еще до взрыва, когда не смог тебе дозвониться перед отъездом, я вдруг понял, что ты для меня значишь гораздо больше, чем прекрасный сексуальный партнер. Я почувствовал, что хочу видеть тебя в моем доме постоянно, хочу жить с тобой, почувствовал вдруг, впервые за десятилетия, потребность любить и быть любимым. Владимир замолчал. После этих слов в комнате на несколько секунд воцарилась звенящая тишина. — Вот что я хотел тебе сказать... Света не знала что ответить. В ее голове все это не укладывалось. С одной стороны, она только мечтать о таком могла, а с другой на нее давил груз ее греха, развратного поведения, предательства человека, который только что фактически признался ей в любви. Немного придя в себя, она заговорила: — Вот ты сейчас мне в любви признаешься, а я не могу тебе ответить, потому что шлюха не может любить. Ты же сам все знаешь... Еще несколько дней тому назад, когда ты там погибнуть мог, твой Аркадий творил со мной все что хотел и... Света на секунду осеклась, сдержав себя от упоминаний оргий с Васей и Полом. О том, что было с Гарамом она решила вообще не говорить, полагаясь на заверения доктора. — Я сам в этом виноват, Света. Я не тебя, а себя виню в этом. Но прошу тебя, забудем все это. Давай просто вычеркнем эти события из нашего прошлого, и будем жить, не вспоминая эти дни Таких мужчин я не встречала раньше. Ты правильно понял и ощутил мое состояние на момент нашего знакомства. Та жизнь с мужем уже давно не приносила радости. Мне надоело быть мебелью в его глазах. Удобным предметом обстановки. Мне хотелось быть любимой и желанной в своем доме, рядом с любимым и желанным мужем. Но все как-то переломилось у нас. Причин много, конечно, и мы оба виноваты были... но тогда, когда я встретила тебя, все переменилось. Да, самое первое и простое, сработала физиология. Ты правильно понял, что моя сексуальная энергия не находила выхода уже несколько лет. Ты открыл этот клапан, и она выплеснулась сначала на тебя, а потом и... сам знаешь. Но в кровати выплескивалось не всё. Много других чувств, которые были не между ног, а в душе, в сердце, оставались и только накапливались там по мере того, как я высвобождала сексуальное напряжение. Но, ни тебе, ни другим мужчинам не было дела до них. Вы примитивно считали, что с оргазмом для меня наступает счастье. А все было не так. После наших с тобой ночей меня мучила совесть перед родными и сердце стонало от... в общем, я влюбилась в тебя. Но я понимала, что я тебе нужна не как жена, а лишь как «подружка». Ты для меня с самого начала, с той встречи на дороге, был случайным пассажиром. И давай оставим все, не будем напоминать друг другу о себе. У тебя это сиюминутное. Ты был ранен, ослаблен болью и вот сейчас ты хочешь женского тепла и заботы. А чуть восстановишься и снова помчишься куда-нибудь... — Я не хочу больше быть случайным пассажиром, - прервав ее монолог, тихо сказал Владимир, - хочу быть твоим попутчиком! Давай жить вместе. — Что? Володя, я не смогу просто «жить вместе». У меня сын, мать и... я перед тобой виновата... не рви мне сердце... Света едва сдерживала слезы. В груди возникали спазмы, прерывавшие дыхание. Тогда Владимир подошел к ней, поднял за плечи, прижал и тихим, но уверенным голосом сказал: — Я люблю тебя, Света. И зову тебя не просто жить вместе, а быть моей женой. Эти слова лишили женщину сил. Ноги подкосились и она обмякла в объятиях Владимира. — Тихо, тихо, любимая...не падай... — Я тоже... тоже люблю тебя, Володенька... — ---------------------------------------------------------- Через неделю Света с сыном переехали в городской дом Владимира. Егор долго еще привыкал к новой обстановке и на первых порах неделю жил у бабушки (так было ближе к школе), а на выходные приезжал к маме с новым ее спутником. Владимир перешел на кабинетный стиль управления своей фирмой и перестал выезжать в командировки. Сначала это нервировало его. Он переживал за команду, потому что привык сам видеть, как работает его персонал и собственным опытом помогать ребятам. Но постепенно он привык и почти всегда вовремя возвращался домой к любимой Свете. Света окунулась в новую жизнь, как в чистый источник. Новая энергия мощно влилась в нее. На работе из главного бухгалтера ее повысили до главного экономиста холдинга, после того, как фирма начала разрастаться. Вспышка страсти, которая снесла ей крышу в описываемых событиях, осталась только в воспоминаниях, а дома, благодаря мастерству хирурга, ей с избытком хватало неутомимого желания и силы Владимира. Никаких пагубных последствий операция не принесла. Только радость. Примерно через полгода Света и Владимир получили официальный развод от своих супругов и подали заявление. В сентябре сыграли свадьбу. Для торжества свою усадьбу любезно предложил Гарам, а братья устроили для гостей феерическое цирковое шоу на площади перед домом. _________________________________________ Уважаемые читатели! Благодарю за терпение, проявленное к этой повести. Некоторые события, из описанных здесь, были пережиты лично. Не судите строго. Буду рад откликам и замечаниям. Постараюсь больше не утомлять вас столь длинными опусами.Случайный попутчик (часть тридцать первая) эпилог
Жанры:
Понравился рассказ? Лайкни его и оставь свой комментарий!
Для автора это очень важно, это стимулирует его на новое творчество!
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.