Августовский день клонился к вечеру. Шум вокзальной суеты перекрыл гудок поезда, приближавшегося к перрону. Сейчас я увижу моего лучшего друга Антона, Тоху - между нами. Он едет ко мне в гости.
В институте мы с Тохой учились в одной группе. Подружились сразу же, хотя все вокруг были удивлены, так как мы были очень разными людьми. Антон - спортсмен, а я - интеллектуал, любитель иностранных языков и классической музыки. Нас сблизили общие проблемы. Мы оба были иногородними, обоим общежитие не предоставили, поэтому мы мотались по разным съёмным квартирам, и вот однажды нам представился отличный вариант. Мы смогли снять комнату на двоих в благоустроенной квартире, с нормальной хозяйкой, которая относилась к нам лояльно, не ограничивая нашу свободу. Требований было немного: тишина, никого не водить и не курить в квартире. Да и плата была вполне умеренной.
Так мы стали жить вместе. Это оказалось нам обоим во благо. Тоха заставил меня серьёзно заняться своим физическим здоровьем, был достаточно жёстким в этом плане (а со мной иначе нельзя), и результат был отличный. Разумная физическая нагрузка как нельзя лучше сказалась на моей фигуре. За год я подрос на 2 сантиметра, исчез юношеский жирок, я перестал сутулиться, плечи приобрели гордый разворот, появились приличные бицепсы и даже намёк на кубики пресса. Я же научил Антона понимать классическую музыку, особенно сценическую - оперу и балет, помог с английским и физикой, заставил прочитать хорошие книжки - не из школьной программы, конечно.
Так или иначе, но после первого курса мы поехали в институтский спортивно-оздоровительный лагерь и там со своими спортивными фигурами и интеллектом имели определённый успех у девушек. А после того как по вечерам Тоха начал играть на гитаре, а я петь вместе с ним, все красавицы были наши. Хорошо, что обошлось без венерических последствий и без незапланированных беременностей.
Мы дополняли друг друга, и крепче дружбы, чем между нами, ни у кого не было. Мы всё делали вместе: готовили еду, учились, по утрам бегали на стадионе близлежащей школы, а перед сном проводили особый "обряд" - ложились вместе в одну постель и вели долгие разговоры за жизнь. Вскоре мы знали друг о друге всё. Так как Антон где-то слышал, что мужчинам в гигиенических целях и в целях закаливания спать рекомендуется полностью обнажёнными, он воспринял это как руководство к действию, а я не возражал, поэтому спать мы ложились голышом, и в кровать друг к другу на разговоры по душам тоже. Наши отношения были выше того, чтобы кто-то мог про нас подумать нехорошее. Конечно, наши разговоры касались самых разных, в том числе и интимных тем. И тогда я понимал, что вот в этот момент разговора у Тохи, так же как и у меня, определённо встаёт член, то же самое он думал и про меня, но ни тот, ни другой никак не смущали друг друга этим обстоятельством.
Приходилось нам и спать вместе, если где-то в гостях на всех не хватало кроватей. Бывали разные случаи. Помню, как-то спали мы с Антоном вместе (в гостях мы спать ложились, естественно, в трусах). Мне снился сон совершенно определённого содержания, а проснулся я от того, что Тоха толкнул меня локтем в бок, грубо вынул мою руку из своих трусов и выругался. "Эх, Тоха, мы ведь вроде как друзья, такие мелочи можно и простить", - думал я. Я же не раз доставал его руку из своих трусов, но трагедии из этого не делал и руки не распускал. Ну, спит человек - мало ли что может присниться в этом возрасте!
А один раз мы были в компании, неплохо погуляли, ночевать отправились к Танюшке, девушке, к которой Антон весь вечер подкатывался с определёнными целями. Так вот Танюшка взяла с собой подругу, и мы вчетвером заявились к ней домой. Татьянины родители слегка пожурили нас за загул и отправили спать. Я совершил свой вечерний туалет последним, вошёл в комнату, выделенную нам, и обнаружил, что на одной кровати ворочаются Тоха со своей Танюшкой, а на другой лежит её подруга и вроде как ждёт меня. Что ж, отлично! Неожиданный финал приключения. Я лёг, занимался с ней всякими ласками, но случился облом. К себе в трусы она меня не пустила, так что эрекция наступила напрасно. Такой же облом был и у Антона. Девочки оказались не совсем испорченными. Пришлось и ему не солоно хлебавши ложиться спать рядом со мной. Он быстро заснул и уже во сне положил мне руку на талию, затем проник пальцами под резинку трусов и просто провёл ладонью по ягодицам. О! Какой кайф я испытал! Мороз по коже, а из не успевшего охладиться члена потекла смазка. Пришлось тихонечко вставать, идти в ванную и подмываться. Но эрекция не проходила, и я был вынужден разрядиться по-быстрому, своими силами.
Конечно, на следующий день перед сном мы обсуждали этот случай, но эпизод с рукой Антона у меня в трусах я пропустил, а вот про мастурбацию в ванной рассказал. Мне хотелось узнать отношение Тохи к этой теме. Все парни занимаются онанизмом, но не признаются в этом, не рассказывают друг другу. Антон признался мне, что тоже иногда прибегает к этому способу разрядки. Думаю, что когда парни открыто говорят об этом между собой, то тайн у них друг от друга больше нет. Но и до совместного онанирования мы не дошли. Нет, нормальный секс у нас периодически был. То тут, то там перепадёт, но в юношестве необходима регулярная разрядка, а возможности ограничены. Так что мы, понимая друг друга и практически не расставаясь, позволяли каждому совершать интимный процесс самоудовлетворения наедине.
Так продолжалось 4 года. Даже когда нам давали места в четырёхместной комнате общаги, мы отказывались. Нам не хотелось портить наши отношения.
Но на четвёртом курсе у Антона случился бурный роман с нашей однокурсницей Настей, который закончился не менее бурным расставанием. Что-то в Тохе тогда надломилось. Я, как мог, поддерживал его, но справиться с собой он не смог и во время летних каникул сообщил мне, что переводится в Томск в военную медакадемию. Конечно, меня это не обрадовало, но я понимал, что для Антона это, наверно, единственно верный выход. Я из наших разговоров перед сном знал мельчайшие детали романа и понимал, как ему невыносимо будет видеть Настю каждый день на занятиях.
В каникулы мы съездили с ним на рыбалку и попрощались. Писать никто не обещал
Интернета и мобильных телефонов тогда ещё не было, так что договорились снова встретиться в моём городе через год, после пятого курса и летней практики.Поезд остановился, дверь шестого вагона открылась, из-за спины типичной здоровухи-проводницы выглянул Тоха и помахал мне рукой. До боли знакомое лицо, только что-то изменилось в нём. Да, глаза! Он улыбался во весь рот, а глаза были грустными. Что-то тут не так. Ну, ничего, выясним. Через минуту мы обнялись с ним на перроне и поехали ко мне домой. Мама, как обычно, вкусненько нас накормила, а потом мы вместе сполоснулись под летним душем и отправились спать на веранду. Ну, спать, конечно, это громко сказано. Мы не виделись год, так что обычный разговор перед сном очень затянулся. Но обо всём поговорить нам не удалось. Надо было всё-таки поспать - завтра рано утром мы собрались на рыбалку.
На следующее утро мой брат на машине довёз нас до нашей рыбацкой базы, помог спустить на воду лодку и уехал. Мы загрузили в лодку наши вещи, сели и через 3 часа работы вёслами были на нашем любимом месте. Этот уголок и раньше был малопосещаем, а теперь, когда реку объявили заповедной и ездить на лодках с моторами запретили, тут можно было прожить месяц и не увидеть ни одного человека!
- Давай, Тоха, выгружаемся, ставим палатку.
- Да, Дим, успеем! Давай порыбачим. Смотри, как рыба ходит!
- Ну, давай, - согласился я, нарушая первое правило длительных походов, которое гласило, что сначала на стоянке надо обустроиться.
За это мы и поплатились. Неожиданно налетел ветер, небо в какие-то мгновения заволокла туча, и хлынул почти тропический ливень, почти - потому что холодный, а интенсивность была как раз та самая. Мы мгновенно промокли до нитки, так как скрыться от дождя нам было совершенно негде.
Дождь прекратился так же неожиданно, как и начался, выглянуло солнце, но мы с Тохой стояли, как две мокрые курицы, и уже начали постукивать зубами. Пришлось быстренько соорудить нехитрую сушилку из того, что нашлось. Мы постепенно раздевались, выжимали брюки, футболки, куртки и развешивали их для просушки. Трусы у обоих оказались тоже мокрыми, ходить в них было сыро и холодно, так что пришлось снять и их. Стесняться было некого. И хотя анатомию друг друга, в том числе и интимную, мы знали отлично, но когда Тоха стянул трусы, я взглянул на его сморщенный, замёрзший конец. То же сделал и он, когда мои трусы оказались у меня в руках.
Ничего особенного в этом нет. Мужчины всегда обращают внимание на половые органы друг друга. Почему? Да очень просто. Все мужчины - самцы-соперники, пусть даже на подсознательном уровне; член - оружие самца, а оружие соперника надо знать! И ещё: видели, как знакомятся два кобеля? Вот именно! Обязательно нюхают друг у друга члены. Ну, а у людей основная информация поступает через зрительный анализатор, так что мы ограничиваемся только взглядом.
И потом, интересно же, ведь мужской член - это тот орган, который меняет свой вид в зависимости от обстоятельств. Вот сейчас мы замерзли, и у обоих концы сморщены, крайняя плоть висит хоботком, яички подтянуты к паху, мошонки сморщенные. А вот в бане распаришься - другая картина: член среднего размера, яички максимально опущены, мошонка расслаблена, иногда даже можно проследить ход семенных канатиков.
Третью картину можно наблюдать на медосмотре, особенно в тех военкоматах, где не уважают призывников. Кроме двух диспансеризаций юношей и приписной медкомиссии, из-за бюрократических ошибок я ещё не раз проходил призывную медкомиссию. Справка из института о том, что я переведён на следующий курс приходила вовремя, но военкомат с маниакальным упорством осенью вызывал меня на призывную медкомиссию. Тогда дерматолог ещё не входил в её состав, так что оголяться нужно было только перед хирургом. И всегда в кабинете, кроме мужчины-хирурга, была медсестра, которая или делала антропометрию, или просто заполняла какие-то бумаги. В кабинет входили по 2-3 человека. Вынужденные наблюдать, как товарищи спускают трусы, залупляют головки членов и, в неприличном наклоне, раздвигают ягодицы, пацаны всегда возбуждались - не от вида чужих достоинств, а скорее от того, что сам сейчас предстанешь перед всеми в таком виде. Нет, явной эрекции ни у кого не было, только первая стадия, когда член уже наливается кровью и удлиняется, но ещё не поднимается, яички поджаты к паху - такое было у всех поголовно. Только на одной медкомиссии в кабинете хирурга стояла ширма, и все эти процедуры проходили без посторонних глаз.
Но я отвлёкся. Так вот, на медосмотре у члена в совершенно другой вид. А эрекция? В этом состоянии пенис - гордость мужчины. Именно тогда и можно определить, к какому типу относится этот орган: остроконечному или грибовидному, цилиндрическому или бочковидному. Вот исходя из этих особенностей член, как оружие, и называют по-разному. У кого-то это копьё, у кого-то палица, а у кого-то - морковка или огурец. Чувствуете разницу? У нас с Тохой - палицы. Я считаю, что это лучший вариант. Что может быть красивее крупной головки на твёрдом прямом члене! Но парню чужой член в эрегированном состоянии увидеть можно только при особых обстоятельствах. Например, я чужой эрегированный член видел только 3 раза.
Как-то на первом курсе на майские праздники мы ездили с Антоном ко мне домой. Были в одной компании с девками, но продолжения как-то не предполагалось, мы пошли домой, а одна из девиц увязалась за нами - было уже поздно, и ей идти одной домой было страшно. Мы дошли до её дома, Тоха вызвался проводить девицу до дверей. Я ждал-ждал, курил, а его всё нет. Нет, искать его я не пойду. Если драка, то он разберётся без меня, на крайний случай - свиснет, а в других обстоятельствах - мало ли что там у них - третий лишний. Так оно и оказалось. Тоха с виноватым видом вернулся.
- Дим, извини, но у меня... видишь? - он чуть раздвинул брюки на бёдрах, и из расстегнутой ширинки вывалился его не полностью эрегированный член.
Тоха быстро его спрятал, застегнул брюки:
- Димыч! Я договорился на завтра. Она мне даст. Идём загорать в лес. Она возьмёт свою подругу для тебя, а там ты уж действуй сам.
Так всё и произошло, мы отлично потрахались в городском лесу. Моя, правда, долго ломалась, когда Тоха со своей подругой уединился в кустах, но всё произошло как надо
Так Тоха впервые увидел не только мой стояк, но и "результат налицо".В другой раз эрекцию я снова наблюдал у Тохи. Дело было так. Наша квартирная хозяйка отправилась на курорт. Воспользовавшись этим, мы пригласили пожить к себе одногруппника, который в тот момент искал новую квартиру, и ему некуда было приткнуться. Через две недели его жилищная проблема была решена, и мы устроили небольшой сабантуй. Вовка, так звали нашего приятеля, привёл с собой некую Анжелу и сказал нам потихоньку:
- Можете её драть, она даст, ну, а кому её оприходовать - решайте сами.
Да уж, вот тут-то и проявилось наше соперничество. Оба стали крутиться вокруг неё - просто настоящая собачья свадьба! Яйца вздыбились у обоих, и никто не хотел уступать. Но Тоха решил эту проблему просто - налил мне лишнюю рюмку, и я отправился спать. Под утро я проснулся с больной головой, член стоит. А на кровати у противоположной стены лежит эта Анжела под одеялом, а рядом, на одеяле, лежит Тоха. Голый, трусы под кроватью, и вялый член смотрит в сторону.
- Натрахался, - решил я.
Вовка спал на полу без задних ног. Антон проснулся, натянул трусы и залез под одеяло. Его шлюшка проснулась, потянулась в ванну-туалет. Тоха за ней. Вскоре он вернулся в комнату с полотенцем, обёрнутым вокруг бёдер, и ко мне:
- Димыч, я ночью ничего не смог - тоже перебрал с алкоголем. Но сейчас она мне даст! Ты только притворись, что спишь. Ладно?
- Да ладно, ладно.
- Ты настоящий друг!
- Да я-то настоящий, а вот некоторые...
- Ну, всё, всё.
Он отошёл к своей кровати, повернулся ко мне спиной, развязал полотенце и что-то там у себя рассматривал спереди. А так как стоял он ко мне вполоборота, то мне было видно залупленную головку его члена. А по её размерам и местоположению можно было представить себе и размер члена, и угол его стояния. Потом они трахались с Анжелкой под одеялом, а я строил Тохе рожицы, когда он поворачивал голову в мою сторону. Не по-товарищески? Конечно. Но пусть скажет спасибо, что я не стоял рядом и не давал советов. И потом, разве он не поступил так же в лесу?
Днём мы ещё выпили. На этот раз я оказался умнее и по полной рюмке не пил. Поэтому, когда все уснули, я буквально вытянул Анжелку из Тохиных объятий и отымел её раком на своей кровати. Кстати, ничего особенного. Просто раздолбленная дырка. Так что счёт - ничейный.
А сейчас Тоха стоял на берегу голый. Я с удовольствием рассматривал его. Конечно, фигура у Антона - что надо! Да и с физподготовкой у них в академии всё, видимо, в порядке. Он заметно подкачал мышцы в плечевом поясе, отчего стал ещё стройнее. Женское ню вызывает у меня только похотливые мысли, а вот красивым мужским телом я могу любоваться. И я никогда не упускаю такую возможность. Нет, я тоже неплохо выгляжу, но Тоха, конечно, стройнее. Да и теперь, когда его нет и никто не гоняет меня утром на пробежку, я себя подзапустил. С наследственностью тоже ничего не подделаешь.
От природы у меня, на мой взгляд, всё-таки таз широковат. Не по женскому типу, конечно, но у Тохи значительно уже. И сзади он выглядит намного выигрышнее меня. Широкая мускулистая спина плавно переходит в аккуратную крепкую попочку, а ниже - в стройные длинные ноги. А вот спереди - у меня достоинств больше. Вернее, достоинство больше.
Всем известно, что в половой жизни длина члена не играет особой роли. Главное воздействие на женщину оказывают другие приёмы. Да так, что она может кончить и до того, как ты ей вставишь. А без слов и ласк даже огромных размеров член не вызовет у неё ничего, кроме боли. Но всё равно, всем хотелось бы иметь член подлиннее и потолще. Не для секса, а для раздевалки. Никто вслух размеры твоего члена не оценит, но ты же знаешь, что в бане, в раздевалке ты посмотрел на всех и всех оценил, а они все оценили тебя. Молча.
Правда, я оценку своего члена слышал. От Тохи, конечно. После первой физкультуры в зале мы переодевались в раздевалке, Тоха заглянул в душ и обнаружил, что вода есть. Я, не раздумывая, разделся и вошёл в душевую.
- Димыч! Ни хуя ты себе отрастил! - сказал Тоха, указывая пальцем на мой член.
Мы тогда ещё не жили вместе, и голыми видели друг друга впервые. В душевую с интересом стали заглядывать другие парни, и я вынужден был повернуться к ним спиной. Потом, правда, высказал Антону во время наших ночных разговоров:
- Зачем ты тогда так сказал?
- Да ладно тебе, чего тут особенного?
- Нет, ничего! У меня встаёт от прочитанного на заборе слова "пизда", а от твоих слов чуть не встал в душе, прямо при всех!
- Я же не сказал, что твой видно только в микроскоп. Ну, и встал бы, что тут такого?
- Однако когда у тебя со сна стоит, ты надеваешь трусы под одеялом, чтобы я не видел.
- Да ладно, Дим, извини, проехали.
- Да проехали, проехали.
В другой раз были мы с Тохой как-то в одной компании, я положил глаз на одно существо женского пола. "Существо", потому что она интересовала меня только как обладательница одного заветного отверстия, и путь к нему не должен был быть тернист, а так - ни кожи, ни рожи. Но вдруг она открытым текстом сказала мне, что ничего не будет, и я могу не стараться понапрасну. Это слышал и Антон. Я вышел в туалет, замешкался там и слышал, как около дверей Тоха этому "существу" говорил:
- Ты что, дура? У него же хуй до колен!
Ну, не до колен, конечно, но мне было приятно. Да и потрахался я тогда на славу! Это существо предпочитало "раком", а это для меня лучшая возможность вставлять на всю длину члена. Так что Тохе двойное спасибо.
Сейчас же Тоха пытался пристроить сушить свои трусы. Но места на импровизированной сушилке не осталось.
- Конечно, моим трусам места и не хватило, - он подставил продуктовый ящик к дереву, взобрался на него и, балансируя на одной ноге, потянулся со своими трусами к нижней ветке.
Меня как током дёрнуло! Вот так сзади и снизу я впервые увидел его достоинства и промежность. Да, интересный ракурс! А Тоха как будто специально демонстрировал мне этот вид, долго тянулся к ветке, хотя, на мой взгляд, этого и не требовалось. Наконец, Антон пристроил свои трусы, спрыгнул с ящика и в два прыжка оказался прямо передо мной. Вдруг он обнял меня!
- Димыч, холодно!
Вот это ново! Мы, конечно, и раньше соприкасались голыми телами, даже членами - было дело.
Однажды одна наша знакомая, с которой мы вместе играли в студенческом театре, пригласила нас к себе днём "попить чайку". После чашки чая Дина - так её звали - неожиданно сняла с себя футболку и лифчик.- Жарко!
Мы остолбенели.
- Мне нужен мужчина, срочно!
Так, всё ясно, сейчас между нами опять из-за бабы будет конфликт. Естественно, ни я, ни Тоха не готовы уступить и уйти. Возникло напряжение. Мало того, что мы и так всегда были готовы, так ещё и у обоих давно уже никакого секса не было. Но всё разрешилось неожиданным образом.
- Я хочу вас обоих, сразу!
Однако! Групповух у нас ещё не было. Мы с Тохой посмотрели друг на друга. Я в его глазах прочитал: "Димыч, ну давай, соглашайся". В моих глазах он прочитал: "Почему бы и нет?".
- Только я разденусь сама, а вы разденете друг друга. Это моё условие. Иначе ничего не будет.
Мы снова посмотрели друг на друга и получили обоюдное молчаливое согласие.
- Только медленно. Ладно. Носки можете снять сами, а всё остальное, по одной вещи - друг с друга. И кто первым останется голым, тот первым и начнёт.
Да она маньячка!
- Идите в ванную, подмойтесь сначала.
Мы послушно сняли носки и поплелись в ванную, молча вымыли свои головки. Вернулись в комнату. Дина сидела уже голая на расправленном диване. Мы встали перед ней друг к другу лицом. Кто-то должен был начать.
- Парни, я жду! Ну, смелее...
Несколько секунд паузы, потом я не выдержал и, не глядя Тохе в глаза, вытянул ему рубашку из брюк и начал расстёгивать на ней пуговицы. Затем он сделал то же самое. Я скинул с него рубашку, он с меня. Таким же образом мы избавились от маек. Дина смотрела на нас и, запустив два пальца во влагалище, тащилась. Точно, маньячка!
Я расстегнул ему пуговицу на джинсах, затем двинул вниз бегунок молнии, почувствовал, что его член стоит вовсю. Антон сделал то же самое и почувствовал то же самое. Джинсы съехали гармошкой на голени. Мы синхронно освободились от них. Дальше предстояло освободиться от последнего предмета одежды. Оба были возбуждены до предела. У обоих трусы недвусмысленно оттопыривались, а у меня спереди резинка даже не касалась живота. Кто сделает следующий шаг?
Теперь не выдержал Антон. Я обычно снимаю трусы сначала с задницы, а потом совсем. Тоха же стягивает с себя трусы, держась за нижнюю часть с боков. Так он попробовал сделать и со мной, и, чтобы не сломать торчащий вверх член, мне пришлось нагнуться немного вперёд. Вот я уже стоял голый. Не повторяя ошибки друга, я сначала, оттянув резинку трусов спереди, освободил его член, а потом снял их полностью.
- Залупите друг другу и идите ко мне оба.
От возбуждения я был готов уже кончить, но выдержал даже то, как Тоха сдвинул мне крайнюю плоть двумя пальцами. Я просто взял в кулак его член ниже головки и сдвинул кожу вниз.
Дина оказалась не железная и не выдержала этого представления. Ещё бы! Перед ней стояли два стройных красивых голых парня, у обоих стояк на всю катушку, а залупленные бордовые головки блестят, готовые лопнуть от возбуждения. Она встала на колени перед нами и взяла оба члена в рот. Тут-то мы и соприкоснулись своими членами. Дину мы поимели многократно и разнообразно. Даже в два члена сразу. Тоха - в задницу, а я - во влагалище. Но тут, кроме обычных ощущений, появилось и совсем новое. Я через тонкую перегородку чувствовал, как работает Тохин член. Я был внизу этого "бутерброда", и амплитуда моих фрикций была ограничена. Так что я кончил скорее от движений Тохиного члена. Вот почему я говорю, что анатомию друг друга мы знаем не только визуально. А вечером мы на ежедневном "разборе полётов" в кровати перед сном решили, что всё-таки это она поимела нас...
- Димыч, холодно! - мокрый Тоха ещё сильнее прижал меня к себе.
Всё! Я не узнаю его! Тот Тоха, которого я знал, для того, чтобы согреться, должен был затеять со мной возню, побороться в шутку, а не обниматься голым! Если бы раньше я такое сделал, то, скорее всего, получил бы от него в нос. Да, мы были очень близки, но такие нежности не поощрялись. Поэтому я и оттолкнул его, достаточно грубо. Антон как-то сник, ссутулился и отвернулся от меня.
- Тоха, что с тобой?
Тоха достал из рюкзака полотенце, вытерся, сел на ящик, положил полотенце на колени.
- Я могу, Димка, сказать это только тебе. У меня больше не стоит.
Я остолбенел.
- Не хочешь ли ты сказать, что ты, профессиональный ёбарь-перехватчик, не трахнул за этот год ни одну бабу?!
- Да пытался я, пытался! Но как до этого доходит, так всё! Не стоит! Наверно, это всё-таки из-за Насти!
- Да ерунда это всё! Со всеми бывают осечки. Не получилось с одной - получится с другой. Не надо зацикливаться на этом.
- В том-то и дело, что попыток было три - с разными бабами, но с одинаковым результатом. Не стоит!
- Да импотенция у тебя не в трусах, а в голове! Смотри.
Не знаю, что на меня нашло, но я присел около Тохи, скинул с его коленей полотенце и взял его пенис в кулак. Мне, чтобы вызвать эрекцию, обычно достаточно полностью открыть головку, и всё, процесс пошёл. А сейчас мне нужно было доказать Антону, что всё у него в порядке! Я сдавил член, и головка открылась. Натянул крайнюю плоть на неё и снова полностью её обнажил, упираясь кулаком в пах. Антон откинулся назад, его пенис быстро увеличивался в размерах, пульсировал у меня в руке. Когда член стал твёрдым, как палка, я отпустил его. Тоха сидел на ящике, залупленный член торчал вверх и покачивался в такт ударам сердца.
- Вот видишь, всё работает!
От такой процедуры я тоже нешуточно возбудился: мой член гордо устремил вверх свою головку. Я распрямился, инстинктивно прикрывая свой член руками, хотел отвернуться и отойти. Но вдруг Антон в одно мгновение, так что я даже не успел понять, что произошло, отстранил мои руки и взял мой член в рот. После секундного оцепенения я хотел отстраниться, но Антон крепко вцепился в мои ягодицы и стал всасывать мой член глубже в рот, открывая языком головку.
- Тоха, что ты делаешь?! - закричал я, но желания сопротивляться его действиям почему-то поубавилось. Наконец, он отпустил меня и, глядя мне в глаза, сказал:
- Дим, я гей
При любой попытке сблизиться с женщиной мне становиться противно, так, как при разрыве с Настей. Я умом понимаю, что они тут ни при чём, но ничего не могу с собой поделать.- Тоха...
- Не перебивай меня, - он выпрямился и смотрел мне прямо в глаза, продолжая держать меня за ягодицы. - Я всё для себя решил. За этот год я понял, что у меня никогда и никого не было ближе, чем ты. Никто и никогда не понимал меня так, как ты.
- Да, у меня тоже не было человека ближе, чем ты. Но причём тут это? - мои руки тоже почему-то оказались на его ягодицах.
- Дим, я уверен, что ты не собираешься менять свою ориентацию, у меня тоже не будет проблем с поиском партнёра, любовника в Томске. Но я хочу, чтобы первым у меня был ты, понимаешь? - он снова взял в руку мой член. - Дим, я никому и никогда не расскажу об этом. Ну, Дим, один раз - не пидарас.
Нет, верить ему, конечно, можно. В своих ежевечерних разговорах мы рассказали друг другу все свои тайны, но ни одна из них не стала достоянием общественности. Да и, действительно, один раз - не пидарас. Ну, попробую я втолкнуть ему, он поймёт, что это не для нас, да и выбросит эту дурь из головы! Он, наверно, забыл мои размеры! Хотя что тут забывать, у меня и сейчас стоит в полный рост, и Тоха чувствует это, держа в руке мой член... Нет, похоже в шутку всё это обратить не удастся.
- Как ты себе это представляешь?
- Я всё продумал.
Тоха из кармана рюкзака достал тюбик с вазелином, обильно смазал мою головку и встал раком на песок.
- Возьми меня скорее!
Я всё-таки не верил в успех этой аферы. Ну, не смогу я своим членом преодолеть сопротивление нетронутого сфинктера! Я надеялся, что Тоха не вытерпит боли, да и я не желал рвать себе уздечку на члене!
Я встал на колени сзади Антона, раздвинул его ягодицы и приставил головку к Тохиному очку, надавил всем корпусом сначала легонько, потом посильнее. На удивление, сопротивление было не таким уж и сильным, и я проник внутрь. Но когда головка члена прошла сфинктер, мы оба заорали. Я от кайфа, который получил, а Тоха, наверно, всё-таки от боли. Я уже был готов всё отменить и вытащить член, но Антон сказал:
- Димка, всё нормально, давай, давай дальше!
И я проник в него полностью, потом, наращивая темп, ритмично совершал фрикции. А достигнув оргазма, кончил в него и осторожно извлёк член. Антон упал на спину. На том месте, где он только что стоял, на песке были отчётливо видны капли спермы. Он тоже кончил! Только от анальной стимуляции! Пиздец!
- Спасибо, тебе, Димка, - он потянулся рукой к моему опадающему члену.
Я нагнулся, чтобы Тоха не достал рукой, - после эякуляции прикосновения к члену бывают неприятны. А Тохины глаза сияли, как раньше. Он притянул колени к животу и раздвинул руками ягодицы.
- Димыч, посмотри, там у меня всё цело?
- Цело. Крови нет. Только я не пойму, почему мне было довольно легко пройти сфинктер. Ты же сказал, что я буду у тебя первый?!
- Ревнуешь? Дим, я готовился... Я знал, что ты меня поймёшь и не откажешь мне.
Через пару минут мы плескались в речке, плавали наперегонки, дурачились. Потом мы выбрались на берег, я лёг на живот. Тошка пристроился у меня на бёдрах. Он стал нежно массировать мою спину, как бывало раньше. Только никогда раньше мы это не делали голышом, и никогда его мужские достоинства не ёрзали по моей заднице. Массажем спины дело не обошлось. Руки Антона стали спускаться всё ниже и ниже, и вот он уже вовсю мнёт мои булки. Чёрт возьми! Как приятно он это делает!
- Тоха, хватит! А то я членом пробурю до нефти!
Он лег на меня сверху и прошептал мне в ухо:
- Не надо до нефти, лучше меня достань до гланд!
И совокупление повторилось. Только сейчас он лежал на спине, а я не только имел его в анус, но ещё и дрочил ему член. Закончили мы одновременно и бурно.
Собственно, про рыбалку мы совсем забыли. Ходили голышом, одевались только к вечеру, когда становилось прохладно. Загорали, болтали, купались и... любили друг друга.
Снова и снова Антон заводил меня разными способами, а потом подставлял мне на растерзание свою подрумянившуюся на солнце попку. О, как это было классно! Никаких ломаний, капризов, никакой неискренности, полное взаимопонимание и яркие, продолжительные, многократные и синхронные оргазмы. Такие, что к вечеру начинали ныть яички. Расставались мы только ночью. В один спальник мы вместе залезть не могли, спали каждый в своём.
Но всему есть предел. Закончились отпущенные нам дни, сегодня после обеда мой брат будет ждать нас на базе.
Утром я разжёг костёр, повесил над ним чайник. В это время Тоха вылез из палатки. Стройный, загорелый, он потянулся, подняв вверх сцепленные в замок руки и застыл в этой позе, подставляя своё тело лучам ласкового утреннего солнца. Член его был в полной боевой готовности. Незабываемая картина! От такой красоты я тоже не мог не возбудился. А Тоха это заметил, запустил руку в палатку, достал тюбик с вазелином и помахал им. Это был однозначный жест, и я бросился к другу... Объятия, ласки, проникновения... Чайник закипел, вода выплёскивалась из носика и шипела на углях. А из наших членов стреляла сперма...
Мы молча позавтракали, сложили палатку, упаковали и погрузили все наши вещи в лодку. Выкупались. Антон вылез из речки первым, вытерся, надел трусы. Я тоже выбрался на берег, вытерся и собрался одеваться. Но вдруг Антон выхватил у меня из рук трусы, скинул с себя свои и впился в меня долгим глубоким поцелуем, потом опустился на колени и припал к моему члену.
Что он делал! Что он делал своим языком! Как он сосал мой член! Как будто хотел высосать из него всю сперму. Я не выдержал. Грубо повалил Тоху на песок, поставил раком и без вазелина - собственная смазка чуть ли не струёй текла из уретры - грубо оттрахал его, потом перевернул на спину и отдрочил с такой силой его член, что чуть не оторвал его! Ведь это было в ПОСЛЕДНИЙ раз! Когда Тоха кончил, я лёг на него сверху. Его руки заскользили по моей спине вниз, от чего мороз пошёл по коже.
- Всё, Тоха, всё!
Мы вынуждены были ещё раз выкупаться. На берегу я взял полотенце и бережно, сантиметр за сантиметром, вытер его тело. Так же и он вытер меня. Молча, стараясь не смотреть друг на друга, мы оделись, сели в лодку и отчалили.
Завтра Тоха уедет. Как там сложится наша жизнь дальше - не знаю. Но эту рыбалку я никогда не забуду. Думаю, что и Антон - тоже.
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.