Мы с Донной женаты уже восемь лет. Мы вместе окончили колледж и через год поженились. У нас обоих хорошая работа, и мы откладываем столько денег, сколько можем, на наш первый дом. Детей ещё нет. Я хочу их, но Донна просто не заинтересована в том, чтобы быть матерью в любом смысле этого слова. Это, казалось, было единственным разногласием в нашем браке.
У нас был наш первый секс, когда мы учились в колледже, и мы всегда были открыты для новых попыток. Под новыми вещами я подразумеваю в определенных пределах, ничего извращённого. Наша сексуальная жизнь была активной и довольно постоянной, примерно до четырех месяцев назад.
В колледже нас свело наблюдение за птицами. Нам обоим нравилось быть на открытом месте, искать неуловимые виды, которых мы ещё не видели. Мы познакомились во время организованного похода по птицам и обнаружили, что наслаждаемся обществом друг друга. Было приятно иметь кого-то, с кем можно гулять, и нам обоим нравилось одно и то же.
Наш первый секс был в лесу, и оказалось, что это любимое место Донны для участия в плотских утехах. У неё каштановые волосы до плеч и смуглая средиземноморская кожа. У неё небольшие груди, упругие и идеально круглые, без малейшего провеса. Возможно, она не стремилась иметь детей так как боялась потерять свои красивые сиськи. Ещё одной вещью, которая мне нравится в Донне, это много густых тёмных волос. Она не решалась сбривать лишние волосы на теле, потому что боялась, что они снова станут гуще. Меня это устраивало, потому что я думал, что это добавляет ей очарования. Я глубоко любил эту женщинуу.
Какое-то время я был поглощён своей работой и, наверное, слишком много работал сверхурочно. Донна возвращалась домой с работы намного раньше меня. Она переодевалась и отправлялась в одно из наших любимых мест для наблюдения за птицами, пока не становилось темно. Она всегда вела дневник птиц, которых видела. Обычно там не было ничего интересного или необычного, но она чувствовала, что важно вести хорошие записи. Она была почти одержима этим. Я возвращался домой после наступления темноты и обычно засыпал на диване, пока мы смотрели телевизор. Я просто слишком много работал и не был хорошим компаньоном или мужем.
После нескольких дней без секса я ожидал, что она станет активной. Наоборот, она, казалось, испытывала облегчение от того, что я не пытался вступить с ней в какой-либо физический контакт. Вот тогда-то я и начал волноваться.
В детстве я никогда не играл в командные виды спорта. Мои родители пытались заинтересовать меня всевозможными занятиями с другими детьми моего возраста. Проблема была в том, что у меня был очень плохой характер. Я слетал с катушек при малейшей провокации и набрасывался на любого ребёнка, который меня разозлил. К тому времени, как я закончил среднюю школу, я научился держать это под контролем. Моя жена не знала об этой проблеме. Казалось, она никогда ничего не делала, чтобы подтолкнуть меня к краю. Наверное, именно поэтому она и привлекла меня. Мои родители никогда не говорили ей об этом.
Я перестроил свою рабочую нагрузку и график, чтобы у меня было больше времени с Донной. Я объяснил своему боссу, что перенапрягся, и он меня полностью понял. Теперь я должен был попытаться наладить отношения с женой. У меня не было причин подозревать её в неверности, но я чувствовал её недовольство.
— Донна, мы сможем провести недельку-другую, где-нибудь в тихом и романтичном месте. Я чувствую, что в последнее время мы не проводим вместе ни минуты.
— Может быть, три дня выходных, Брайан, но я не думаю, что кто-то из нас захочет отсутствовать на работе дольше, чем это. Я думаю, что очень важно, чтобы мы придерживались плана, чтобы накопить первоначальный взнос за дом. Твои переработки помогли создать задел, и я бы не хотела, чтобы мы отступили.
— Донна, дом очень важен, но я чувствую, что мы недостаточно времени проводим вместе. Когда я возвращаюсь домой с работы, я слишком устаю, чтобы быть хорошей компанией, и мы проводим выходные, занимаясь домашними делами и покупками.
— Дорогой, мне кажется, ты делаешь из мухи слона. Я буду более чем счастлива совершить короткую поездку в какое-нибудь близкое место, но я просто не готова отправиться в полноценный отпуск.
— Наверное, я просто слишком волнуюсь. Я хочу убедиться, что делаю всё возможное, чтобы ты была счастлива.
— Я счастлива, Брайан. Я дам знать, если дела пойдут под откос, чтобы мы могли пресечь это. У нас достаточно реальных проблем и без выдуманных.
— Надеюсь, ты права. Я не хочу, чтобы у тебя был блуждающий взгляд.
Когда я это сказал, она слегка подмигнула мне.
Что ж, это была моя попытка сделать мой брак лучше. Я ничего не сказал о своём новом рабочем графике.
В ту ночь я сделал слабую попытку заняться сексом, но у неё болела голова. Перед тем как лечь спать, я проверил журнал Донны. Судя по всему, она регулярно выходила из дома.
У меня есть маленький мотоцикл Hоndа 250 Rеbеl, который я очень люблю. Он быстрый, тихий и простой в обращении. В тот день я поехал на нём на работу.
Донна обычно возвращалась домой около четырёх. Примерно в это же время я сказал Мардж, своей секретарше, что до конца дня буду в архиве. Я попросил её позвонить мне на мобильный, когда она соберётся домой. В подвале нет стационарных телефонов, и там обычно никто не работает. Я вышел через пожарный вход в задней части здания и вставил в дверь небольшой клин, чтобы она не запиралась. Через пять минут я уже припарковался на улице рядом с домом.
Моя жена пришла домой в обычное время, переоделась и через десять минут уже была на месте наблюдения за птицами. Я знал, куда она направляется, поэтому не следил за ней слишком пристально. Через десять минут её "Вольво" был припаркован на стоянке "Рэйнбоу Маунтин Мейн трейл". Рядом стоял черный "БМВ". Мы проводили много времени в этом парке, так что я хорошо знал тропы. Припарковав мотоцикл среди деревьев, я пошёл по другой тропе. Я не торопился и старался не шуметь. Годы наблюдения за птицами дали мне преимущество в этой области. Каждые несколько минут я останавливался и осматривал местность в бинокль. К вершине горы стало немного неровно. Тропы были обозначены, но они находились рядом с опасными выступами. Это было хорошо для наблюдения ястреба, особенно в это время года. Долину можно было видеть на многие мили, и всё было прекрасно, если не смотреть вниз. Я ничего не мог с собой поделать. Я остановился и навел бинокль на долину, высматривая ранние прибытия ястребов. Это было прекрасно. И тут я услышал хихиканье.
Лес был достаточно густым, чтобы в случае необходимости можно было легко спрятаться. Конечно, это также мешало увидеть кого-то, если они прятались. Теперь моё внимание было приковано к слабому звуку, который я услышал. Он не был постоянным, поэтому его трудно было точно определить. Я медленно двинулся вперёд, не издавая ни звука и очень внимательно прислушиваясь. Жёлтая вспышка выдала их. Это была подкладка её жилета. Я нашел удобное место, которое позволяло мне хорошо видеть, и достал свой оптический прицел. Бинокль был под рукой, но оптический прицел давал мне гораздо лучшую картинку, и к нему была прикреплена камера. Я нашёл место, откуда мне было хорошо видно. Лёжа ничком, я мог прятаться и при этом долго наблюдать, не утомляясь. Это было очень уединённое место, и им не нужно было беспокоиться о том, что кто-нибудь случайно найдёт их.
Компаньоном моей жены был Клейтон Мэнки. Он пришел в фирму Донны около полугода назад. Я встречался с ним на нескольких корпоративах. Он был довольно приятным парнем, и он мне действительно нравился. У него была хорошая жена, тихая, но привлекательная, и два мальчика младшего школьного возраста. Мне нравились его мальчики, и я жалел, что у меня нет пары таких же, как они. Зачем парню с такой идеальной семьей связываться с моей женой?
Клэй расстелил одеяло, пока я устраивался поудобнее. В мгновение ока Донна выскользнула из джинсов и трусиков. Я мог различить хихиканье и смех. Донна приподняла одну ногу, давая мне хороший обзор её волосатого куста. Она никогда не носила бикини, и было легко понять почему. Она сложила брюки, сделала из них подушку и подложила под задницу. Она дразнила его, подтягивая колени к груди, держа обе ноги прямо под коленями. Она слегка пошлёпала коленями взад - вперед в дразнящей манере, а затем широко развела их, когда он уткнулся в неё лицом. Её голова была поднята, и казалось, что она раскачивается взад - вперёд, пока он работал лицом вокруг щели. Я сделал пару хороших снимков, пока он продолжал ублажать её. На её лице было выражение напряжённой сосредоточенности, а затем рот распахнулся, и я услышал, как она ахнула. Она оттолкнула его голову, сжала колени вместе и раскачивалась из стороны в сторону около пяти секунд, прежде чем плюхнуться распростёртым орлом на одеяло. Широкая улыбка на её лице создавала великолепную картину.
В какой-то момент Клей снял штаны и был готов закончить работу. Он встал на колени между её ног и быстро скользнул своим твёрдым стержнем в массу волос. Презерватива не было
Они просто тыкались несколько минут. Её ноги обвивали его талию, но не туго. Я заметил, что в том, что они делали, не было ничего романтического или любовного. Это было всё равно что смотреть, как трахаются собаки.В этот момент я понял, что мне не нравится смотреть, как эти двое трахаются, но я начинал злиться. Первоначальный шок от происходящего прошёл, и теперь гнев рос. Наверное, мне следовало просто броситься туда и позволить своему темпераменту исправить ситуацию, но я заставил себя терпеть. У меня не было никакого плана.
Ему не потребовалось много времени, чтобы закончить, и после того, как он лежал на одеяле в течение нескольких минут, моя любящая жена сделала своему коллеге минет. Я не видел, чтобы она что-нибудь выплюнула, когда закончила. Послышалось ещё немного хихиканья, и они начали одеваться. Всё свидание заняло меньше часа. Донна поцеловала его, но не как любовника, а как мужа. Он собирал одеяло, когда она ушла. Похоже, они решили, что будет лучше, если они придут и уйдут по отдельности.
Я быстро собрал свои вещи и пошёл по тропинке позади неё, достаточно далеко, чтобы она не могла меня видеть. Я остановился у смотровой площадки Ястребиной горы. Это была плоская скала, возвышающаяся над долиной внизу. Высота была не менее трехсот футов. Красивое место, но опасное. Я стоял и смотрел в бинокль, когда по тропинке показался Клейтон. Моя кровь закипела, когда я увидел его, но внешне я был спокоен.
— На что ты смотришь?
— Это краснохвостый ястреб кормит своих детёнышей на вершине вон той сосны.
Он посмотрел в ту сторону, но ничего не увидел. Конечно, смотреть там было не на что.
— Вон то дерево, вон там. Усыпанное шишками.
— Я пока не вижу.
Он придвинулся чуть ближе к краю и наклонился. Потом он снова посмотрел на меня. - Я знаю тебя откуда-то?
— Да, мы уже встречались. Я Брайан Пауэрс, муж Донны.
Его глаза широко распахнулись. Последнее, что он сказал, было: - О чёрт! - когда я мягко толкнул его через край.
Следующие несколько мгновений всё шло как в замедленной съемке. Казалось, ему потребовалась вечность, чтобы достичь дна, хотя на самом деле это было, вероятно, около четырех или пяти секунд. Когда я посмотрел через край, зазвонил мой сотовый. Клей лежал лицом вниз, его нога была подогнута под туловище в неестественном положении. С минуту я зачарованно смотрел на него, пока отвечал на звонок.
— Привет, Мардж, что происходит?
— Я ухожу. Ты собираешься пробыть там весь день?
— Нет, я уже заканчиваю. Я вернусь наверх минут через десять.
— Ладно, я оставила на твоём столе два письма, которые нужно подписать. Я должна отправить их утром.
— Нет проблем. Спасибо, Мардж. Увидимся завтра.
Мне потребовалось больше десяти минут, чтобы добраться до офиса, но это не имело значения, так как Мардж всё равно ушла. Перед тем как отправиться домой, я сменил походные ботинки на оксфорды. Ботинки отправились в мусорный контейнер в нескольких кварталах от работы. Донна удивилась, увидев меня дома так рано.
Тело Клейтона нашли только на следующий день. Это было в вечерних новостях, и Донна была расстроена.
— Сегодня он не пришел на работу. Все гадали, не заболел ли он, но жена сказала, что вчера он не вернулся домой.
— Какого чёрта он делал на Радужной горе? Он ведь не увлекался наблюдением за птицами или чем-то в этом роде?
Донна слегка запнулась. - Нет, не думаю.
— Ты ходила туда вчера после работы?
— Нет. Мне нужно было кое-что постирать.
— Интересно, видел ли кто-нибудь что-нибудь? В течение недели там не так уж много людей. Ну что ж, думаю, мне лучше вытащить чёрный костюм из нафталина.
Донна бросила на меня быстрый взгляд. Она, казалось, была расстроена, потому что я был немного легкомысленен. - Извини, дорогая, я знаю, что вы работали вместе, и я не хотел легкомысленно относиться к его смерти.
В ту ночь я заметил, как она тихо плакала, когда мы легли спать. Я ничего не сказал.
Через два дня меня навестили на работе.
— Здравствуйте, я детектив Феликс Грин. У вас есть время ответить мне на несколько вопросов?
— Нет проблем. Чем я могу вам помочь?
— Мистер Пауэрс, вы знали Клейтона Мэнки?
— Он работал там же, где и моя жена. Мы не друзья или что-то в этом роде, но мы встречались на нескольких общественных мероприятиях. Это из - за несчастного случая на Радужной горе во вторник?
— Мы просто пытаемся свести концы с концами.
— Это прекрасно, но я не вижу, чем могу вам помочь.
— Похоже, ваша жена была близкой подругой мистера Мэнки, и мы просто хотим убедиться, что вы не были расстроены их отношениями.
— Какие отношения? Я не имею ни малейшего понятия, о чём, чёрт возьми, вы говорите. Моя жена работала с Клейтоном Мэнки, и это было пределом их отношений. Я понимаю, к чему вы клоните, и мне это не нравится. Если вы собираетесь делать подобные заявления, я надеюсь, что у вас есть какие-то подтверждающие факты.
— Сегодня утром мы разговаривали с вашей женой, мистер Пауэрс. Она была с Клейтоном Мэнки на Радужной горе, во вторник, как раз перед несчастным случаем.
— Это невозможно. Я спросил её вчера, и она сказала, что дома стирала.
— Не думаю, что она хочет, чтобы вы знали об их отношениях.
— Чёрт побери! Ну вот, опять. Я же просил не делать таких обвинений в адрес моей жены.
— Это не обвинение, мистер Пауэрс. Ваша жена сказала нам сегодня утром, что встречалась с Клейтоном Мэнки больше трёх месяцев.
— Как встречалась?
— Мы об этом не говорили, а если бы и говорили, мне было бы неудобно обсуждать это здесь. Это то, что вы и ваша жена должны решить сами.
— Вы пытаетесь что-то сказать или просто хотите меня разозлить?
— Расслабьтесь, мистер Пауэрс. В наши намерения не входит расстраивать вас. Мы говорили с вашей секретаршей Мардж Шуман, и она сказала, что вы провели большую часть вторника в подвале, просматривая архивные файлы.
— Не большую часть дня, всего часа два или меньше. Всё остальное время я был в своём кабинете. Я ушёл рано, около пяти тридцати или шести.
— Охранник внизу сказал, что вы выписались примерно без четверти шесть.
— Примерно так. Я не следил за временем. Я просто хотел вернуться домой к жене.
— Ваша жена сказала, что вы вернулись домой около шести.
— Дорога всего десять минут. Она сказала, что я был там до вечера?
— Расслабьтесь, мистер Пауэрс. Всё хорошо. Мы просто проверяем несколько свободных версий, чтобы убедиться, что ничего не упущено. Вы действительно не знали об отношениях вашей жены и Клейтона Мэнки?
— Нет, но я думаю, что это будет главной темой обсуждения за обеденным столом сегодня вечером.
Феликс Грин дал мне свою визитку, извинился и тихо вышел. Я был вне себя. Клянусь, из моих ушей валил дым. Я швырнул степлер через всю комнату как раз в тот момент, когда вошла Мардж.
— Брайан, надеюсь, я не сказала ничего плохого. Я не хотела, чтобы у тебя были неприятности, поэтому просто отвечала на их вопросы так честно, как только могла.
— Всё в порядке, Мардж. Похоже, у нас с женой возникли личные проблемы. Возможно, тебе придётся прикрывать меня в течение следующих нескольких дней. Похоже, я буду очень занят.
— Без проблем.
У меня не было намерения решать свои проблемы с Донной. Всё, чего я хотел, - это найти лучший способ покончить с этим браком. К счастью, детей не было, и мы жили в съёмном доме. Я ужасно хотел детей, но теперь был рад, что Донна сказала "нет". Ещё не было и трёх часов, но я собрал все свои вещи и вышел за дверь. Мардж понимающе кивнула мне, когда я уходил.
На нашем домашнем счету было семьдесят пять тысяч долларов и мелочь. Я взял шестьдесят три и пошёл вниз по улице к местному дилеру GM. Через два часа, став на пятьдесят восемь тысяч долларов беднее, я выехал на желтом "Хаммере". Я решил, что мне не нужен новый дом. Мне нужны были дополнительные деньги, чтобы купить бензин для монстра.
Вскоре после того, как я въехал на подъездную дорожку, Донна вышла.
— Что это за чертовщина?
— Нравится? Это моя новая машина. Я решил, что мне нужно что-то более спортивное.
— Ты с ума сошёл? Как, чёрт возьми, мы собираемся платить за что-то подобное?
— Нет проблем. Я заплатил за него наличными.
— Где, чёрт возьми, ты взял деньги, чтобы купить такой грузовик? Только не говори мне, что ты снял деньги с нашего домашнего счёта.
— Ну, я не понимаю, зачем одинокому парню нужен дом, поэтому купил "Хаммер".
Снаружи собралась толпа. Когда мы вошли в дом, Донна схватила меня за руку. - Что ты имеешь в виду под одиноким парнем?
— Я думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос. Зачем мне покупать дом вместе с тобой? Чёрт, чего ради мне оставаться с тобой?
— Брось, Брайан, ты говоришь как сумасшедший. Успокойся и образумься.
— Хорошо, милая
Ты была с ним тогда на Радужной горе. Ты сказала, что дома стираешь. Не хочешь объяснить?— Я не хотела тебя расстраивать. У Клейтона и его жены были проблемы, и, поскольку он был новичком в городе, ему не с кем было поговорить об этом. Я просто подставила ему плечо, чтобы поплакаться.
— А что плохого в том, чтобы пойти к Денни или Старбаку? Зачем тебе понадобилось подниматься на Радужную гору?
— Клей был очень взволнован и боялся, что сломается и заплачет. Он не хотел делать этого на людях.
Я встал и налил себе чашку кофе. Донна тихо сидела, ожидая моего следующего шага. Это было похоже на маленькую игру. Я злился, что она вообще решила играть в неё.
— Всё это чушь собачья, и ты это знаешь. Мне больно, что ты так плохо думаешь обо мне, что пытаешься выкинуть что-то подобное. Вы с Клейтоном были любовниками больше трёх месяцев. Ты изменяла мне, а он изменял своей жене. Я устал слушать, как ты выдумываешь истории для маленьких девочек. Или смирись с этим, как взрослая, или держи свой чёртов рот на замке.
— Ты сам не знаешь, о чем говоришь. Если ты что-то выдумываешь, это ещё не значит, что это правда. Между мной и Клейтоном Мэнки не было ничего, кроме дружбы. Если ты можешь доказать обратное, продолжай.
У меня были фотографии, чертовски хорошие. Если я покажу фотографии, мне придётся признаться, что я был на Радужной горе в день смерти Клэя. Мои кулаки были сжаты, а кровеносные сосуды на шее и лбу лопались.
— У меня есть очень красивые фотографии, Донна. Будет ли это достаточным доказательством?
— Фотографии чего? Где сделаны снимки?
— Фотографии, на которых вы занимаетесь сексом в мотеле.
— Ха, это доказывает, что ты врёшь. У нас никогда не было секса в мо...
Донна замерла, осознав, что только что сказала. Её отрицание было также признанием. В своём стремлении доказать мне, что я не прав, она сорвалась. Она так и не закончила фразу. Её глаза впились в меня, а нижняя губа задрожала от гнева. Она ненавидела, когда её били.
— Ах ты, сукин сын! Я больше не говорю об этом, и ты не получишь от меня развода. Ты можешь лечь спать в своем новом грузовике, потому что тебе ещё долго-долго не удастся забраться ко мне в постель. Бери свой грёбаный ужин и оставь меня в покое.
— Мы ведь всё равно завтра вместе пойдём на похороны, верно?
— Поцелуй меня в задницу.
Это были необычные похороны, потому что и Клейтон, и его жена Эмили были не из местных. Не знаю, почему она решила похоронить его здесь, а не в их родном городе. Единственное, что пришло мне в голову, так это то, что она была расстроена обстоятельствами его смерти и не хотела объяснять это своим друзьям и семье. Большинство людей были из офиса, где работали Донна и Клейтон.
В конце церемонии люди шли мимо вдовы, выражая соболезнования. Когда мы подошли ближе, Эмили отослала мальчиков. Донна протянула руку, и Эмили посмотрела ей в глаза.
— У тебя хватает наглости явиться сюда, чёртова шлюха. Ты разрушила мой брак, разрушила мою семью, и у тебя хватает наглости прийти сюда, чтобы втереться в это. Если я когда-нибудь увижу тебя снова, я разорву тебя на куски. Это обещание.
Донна смотрела на неё с открытым ртом. Она не знала, что сказать или сделать. Она хотела что-то сказать, но передумала, повернулась и пошла к машине. Несколько человек поблизости слышали всё это.
Я посмотрел на Эмили Мэнки, которая смотрела, как уходит моя жена. В её глазах была ненависть.
— Мне очень жаль, если она чем-то обидела вас. Я уверен, что это было не намеренно.
— О, повзрослей. Она изменила тебе, а ты защищаешь её. Какой же ты слабак? Иди утешь свою шлюшку-жену, ты просто раздражаешь меня, а мне это сейчас не нужно.
Я слегка кивнул ей и пошёл обратно к машине. Донна ничего не сказала по дороге домой, но когда мы добрались до дома, она выгрузилась на меня.
— Ах ты, сукин сын! Почему ты настоял, чтобы я пошла на эти проклятые похороны только для того, чтобы меня выставили дурой?
— Извини, но там было много людей с твоей работы. Почему она выбрала тебя для нападения?
— Выдуй это из своей задницы, хитроумный ублюдок.
Она ворвалась в дом, и я не слышал от неё ни слова до конца дня.
С тех пор я спал в свободной спальне. Я всё равно не хотел заниматься с ней сексом, поэтому, когда она приняла решение, я почувствовал облегчение. На следующий день около полудня я подъехал к дому Эмили Мэнки. Я понятия не имел, что собираюсь сказать, но чувствовал себя обязанным. Она была в гараже с мальчиками, разбирающими какие-то коробки.
— Привет. Извините, что беспокою вас, но я хотел извиниться за всё, что мог сделать вчера, чтобы расстроить вас.
Она просто смотрела на меня и продолжала работать. Наконец она обернулась. - Послушай, у меня сейчас много дел. Я должна навести порядок в том беспорядке, который оставил мой муж, а затем найти какой-то способ жить дальше. Просто сейчас у меня нет времени слушать нытье.
— Я могу чем-нибудь помочь?
— Ты серьёзно?
— Да. У меня есть время, и я не прочь помочь.
— Ладно, хватай горсть этих мусорных мешков и следуй за мной.
Мы вошли в дом и поднялись наверх, в хозяйскую спальню.
— Это шкаф Клэя, а это его комод. Вынь из них всё и положи в мешки. Когда закончишь, можешь отнести их в Гудвилл. Ты сможешь с этим справиться?
— Конечно. Мальчики могут помочь?
— Джош и Терри. Это мистер Пауэрс, помогите ему сложить папины вещи в сумки, чтобы мы могли от них избавиться. ХОРОШО?
Мальчики пожали мне руку. Джошу было лет восемь, а Терри - шесть. Это были двое великолепно выглядящих детей, за которых я отдал бы всё.
Это заняло меньше часа, и мы с ребятами тащили сумки с одеждой и обувью к "хаммеру". Я отвёз груз в центр и вернулся домой. - И что теперь?
— Всё в порядке, мистер Пауэрс, тебе больше ничего не нужно делать. Ты не должен чувствовать себя обязанным только из-за того, что сделала твоя жена.
— Ты точно знаешь, что они сделали, или это только догадки?
— Немного того и другого, но я не хочу говорить об этом при мальчиках.
— Не могли бы мы обсудить это позже?
— Приходи завтра. Мне нужно очистить подвал и гараж. Если ты не против поработать, пока мы будем разговаривать? У мальчиков встреча со школьными приятелями.
— Звучит неплохо, но я буду скучать по ребятам.
Уезжая, я чувствовал себя немного лучше. Мне было жаль убивать мужа Эмили, но я думаю, что он это заслужил. Думаю, Эмили чувствовала то же самое. Я понятия не имел, что мне делать с Донной. Я не знаю, почему она сопротивлялась разводу.
Когда я вернулся домой, моя жена готовила чили. Я решил попытаться заставить её немного открыться, прежде чем мы сядем за стол.
— Донна, в свете того, что произошло за последние несколько дней, не лучше ли нам подумать о разлуке?
— Нет, не совсем.
— Я думаю, теперь совершенно очевидно, что у вас с Клейтоном был роман. Полагаю, ты была недовольна нашим союзом. Ты не хочешь попытаться объяснить мне это?
— Мне почти нечего сказать, Брайан. Проведя некоторое время с Клеем, как на работе, так и в другое время, я поняла, что твоё представление о нашем совместном будущем не совпадает с тем, что я искала. Ты представлял меня домашней богиней, вынашивающей детей направо и налево, а я хотела чего-то большего. Я не решалась обсуждать это с тобой, потому что никогда не хотела сказать или сделать что-то, что могло бы сделать тебя несчастным. У Клея была та же проблема с Эмили. Она хотела того же, что и ты, а я - того же, что и Клей. Кончилось тем, что мы утешили друг друга, а потом начался секс. Он был не лучше тебя, просто другой.
— Разве развод сейчас не кажется уместным?
— Ни в коем случае. Я не собираюсь отказываться от своего дома и всех удобств брака только потому, что мы разошлись во мнениях. Я намерена остаться здесь. Ты не можешь выгнать меня, потому что я не сделала ничего, чтобы оправдать это. Я не думаю, что ты уйдёшь, так что нам просто придётся привыкнуть жить в одном доме, вместе и строить из себя супружескую пару. Садись и ешь.
За ужином не было никаких разговоров. Я проглотил две порции, потому что соус показался мне особенно горячим.
Часа через два у меня начались боли в животе. Я сделал несколько походов в ванную и, наконец, начал блевать. Я заметил, что в чаше было немного крови.
— Донна, я чувствую себя очень плохо. Ты можешь отвезти меня в больницу скорой помощи?
— Чёрт возьми, нет. Сериал «Отчаянные домохозяйки» вот-вот. Если болит живот, возьми Tums.
— Это больше, чем боль в животе, Донна. Давай. Пожалуйста.
— Езжай сам. Ты ведёшь себя как ребёнок.
Я схватил ключи и пошёл к машине. Мой сосед выносил мусор и спросил меня, что случилось. Я объяснил, и он отвёз меня в отделение неотложной помощи.
Следующее, что я помню, - это как я просыпаюсь и смотрю на солнце, проникающее в окно. Я повернулся, чтобы посмотреть в другую сторону, и увидел детектива Грина, читающего журнал
Я думал, ты проспишь весь день.— Какого чёрта ты здесь делаешь? Что случилось и который час?
— Привет, парень. Я тот, кто задает вопросы. Успокойся.
— Ладно. Извини, если я немного встревожился.
— Понятно, учитывая обстоятельства. Брайан, мне кажется, что вчера вечером ты получил немного плохого чили. К счастью, сосед вовремя доставил тебя сюда. Им пришлось откачать тебя и дать тебе кучу причудливых лекарств, которые я не могу произнести.
— Что это было, чёрт возьми?
— Они назвали мне причудливое название, но в основном это был крысиный яд.
— Вот сука. Что она сказала?
— Ну, она дала нам остатки чили, и всё было нормально. Она утверждает, что понятия не имеет, откуда мог взяться яд. Она ела ту же пищу, что и ты, и была в полном порядке. Мы осмотрели дом и гараж и ничего не нашли.
— Так что ты собираешься делать?
— Пока ничего.
Примерно в это время вошёл доктор с медсестрой. Он проверил кучу вещей, пока медсестра брала ещё один образец крови. Он сказал, что я могу пойти домой, когда буду готов, и дал мне бумагу со списком какой-то пресной еды. Я одолжил телефон детектива Грина и позвонил Эмили, чтобы извиниться за то, что не пришёл ей на помощь.
Феликс забрал телефон. - Почему твоя жена хочет убить тебя, мистер Пауэрс?
— Я не знаю. Почему она убила Клейтона Мэнки?
— Ты это точно знаешь?
— Нет, но она была на Радужной горе и была последней, кто видел его живым.
— Давай, Брайан, я отвезу тебя домой.
Донна была вся в слезах, когда мы вернулись домой, и снова и снова извинялась за то, что не была более отзывчивой к моей проблеме. Я прошёл в свободную комнату и закрыл за собой дверь. После этого я больше не ел дома.
На следующий день я сказал Мардж, что буду на больничном, и попросил её попытаться найти для меня квартиру. Каким-то образом она узнала, что произошло. Я подождал, пока Донна уйдет на работу, а потом начал собирать кое-какие вещи, чтобы в случае необходимости быстро съехать. Я был немного расстроен тем, что полиция ничего не смогла сделать с отравлением.
Быстро позавтракав в IHор, я заглянул к Эмили. Мальчики были в школе. Эмили была расстроена случившимся больше, чем Донна. Я пообещал ей, что вернусь позже, когда улажу кое-какие личные дела. Донна не хотела развода, но она хотела моей смерти. Это означало одно из двух: месть или деньги. Я остановился, чтобы повидать своего страхового агента. Наверное, это было глупо, но вскоре после того, как мы поженились, я оформил полис страхования жизни на миллион долларов с Донной - бенефициаром. Выплаты были высокими, и наличность уже превышала шестнадцать тысяч долларов. Я их обналичил. Я пошёл на работу и отменил медицинское и стоматологическое страхование, которое у меня было на Донну. Я поменял бенефициара по страховым полисам моей компании на свою мать. Мардж была рада меня видеть и предложила любую помощь, какую только могла.
Управляющий банком сказал мне, что Донна уже вычистила остаток домашнего фонда, около двенадцати тысяч. Я объяснил ему ситуацию, и он согласился всё устроить так, чтобы он мог закрыть кредитные карты. Я открыл новый счёт и подписал для него кучу бумаг.
Я свернул к дому. Донна была там, одетая в свою птичью одежду. Мы были вежливы друг с другом, но не слишком горячи. Она сказала, что собирается подняться на Радужную гору, чтобы немного понаблюдать за птицами и отдохнуть. Мне казалось, что меня подставляют, но я решил подыграть. Вскоре после её ухода я уже ехал на мотоцикле. Её машина стояла на верхней стоянке рядом с серым "Фордом-рейнджером". Я быстро обогнул гору и направился к нижнему участку. Её горный велосипед был прикован цепью к дереву на обочине.
Донна стояла за выступом скалы и разговаривала с парнем, который нёс маленький дробовик. Это был пистолет с пистолетной рукояткой вместо приклада. Пока я смотрел, она протянула ему фотографию и конверт делового формата. Он внимательно посмотрел на фотографию, затем открыл конверт и пересчитал крупную сумму денег. Они пожали друг другу руки, и Донна быстро направилась прямо ко мне. Я быстро нырнул за небольшой выступ и молча ждал, пока она пройдёт. Мужчина, с которым она разговаривала, присел на корточки за камнями, чтобы наблюдать за тропой, идущей от стоянки. Он ждал, и я был совершенно уверен, чего именно. Донна рассчитывала, что я последую за ней, и предполагала, что я приду со стоянки, где она припарковала машину. Спускаться по тропинке было быстрее, чем подниматься.
Когда я спустился вниз, то увидел, что её велосипед исчез. Я поднялся на верхнюю стоянку. "Форд" был не заперт. На переднем сиденье лежал спортивный костюм. Я достал из бардачка регистрационную карточку, пачку спичек с центральной консоли и спортивные штаны. Я их скрутил так туго, как только мог, и опустил их в бензобак, зажёг конец и ушёл оттуда так быстро, как только мог. На полпути вниз я услышал взрыв. Надеюсь, она дала ему достаточно денег, чтобы покрыть это.
Возможно, я нарушил несколько правил дорожного движения, возвращаясь домой, но мне пришлось ехать по просёлочным дорогам, чтобы не столкнуться с Донной. Припарковав мотоцикл за гаражом, я достал разбрасыватель удобрений и начал толкать его взад и вперёд по газону. Через несколько минут моя жена вышла на улицу и увидела меня. На её лице появилось разочарованное выражение.
Тут зазвонил её сотовый. Она отвернулась, отвечая на звонок. Я не мог разобрать разговора, но мне показалось, что человек на другом конце провода был чем-то взволнован.
— Брайан, я оставила "Вольво" в горах и решила немного размяться, поехав домой на велосипеде. Я знаю, это звучит глупо, но не мог бы ты подвезти меня обратно, чтобы забрать машину?
По дороге за машиной она ничего не сказала. Она играла пальцами на коленях. Она явно была чем-то обеспокоена. Когда мы приблизились к горной дороге, то увидели группу пожарных машин, поднимавшихся на вершину. Мы поднялись примерно на полпути, когда нас остановил полицейский.
— Мне очень жаль, ребята, но на вершине горы произошел несчастный случай. Загорелся грузовик. Мы не можем сейчас никого туда пускать.
— Там припаркована машина моей жены. Мы можем подойти и взять её?
— Подожди минутку.
Мы сидели молча, пока он разговаривал с кем-то по телефону.
— ЛАДНО. Вы можете подняться наверх, и офицер проведёт вас мимо пожарных машин.
Выйдя из "Хаммера", Донна посмотрела на меня.
— Теперь ты можешь ехать домой. Со мной всё будет в порядке. Спасибо за помощь.
Я просто кивнул ей. Когда она скрылась из виду, я последовал за ней. Это было легко из-за всей этой суматохи. Когда она добралась до вершины, парень, с которым она была на тропе, подошел к ней, размахивая руками. Конечно, я ничего не слышал, но было видно, что она изо всех сил старается его успокоить. Они спорили минут десять, а потом он подошел к начальнику пожарной охраны и что-то сказал. Когда они с Донной сели в "Вольво", я поспешил обратно к "Хаммеру". Им потребуется некоторое время, чтобы развернуться со всеми пожарными машинами и шлангами, но мне всё равно нужно было спешить. Выезжая, я увидел, как "Вольво" сворачивает за угол.
Я поехал домой, но сразу же уехал на "Хонде". Я пошел к Эмили. Мне пришлось извиниться за опоздание, и она настояла на том, чтобы я всё рассказал. Она казалась заинтересованной, хотя я немного смягчил рассказ. Джош и Терри были рады меня видеть и с удовольствием заказали пиццу на ужин. Мы потратили пару часов, доставая вещи из подвала для дворовой распродажи. Ребята трудились не покладая рук и ни на что не жаловались. Мне хотелось, чтобы они были моими. Я попросил Эмили отвезти меня домой около девяти и оставил мотоцикл у неё. Донна вернулась домой поздно. Я не стал спрашивать, где она была.
Ранним утром следующего дня, пока Донна принимала душ, я вынул сим-чип из её мобильного. Я пошёл в офис сотового телефона и прекратил её обслуживание, заплатив двести долларов за отмену заказа. В конце дня будет отключён стационарный телефон, а также DSL и кабельное телевидение. Я уведомил домовладельца, что съезжаю, и упомянул, что моя жена может остаться и что он должен связаться с ней по поводу нового договора аренды. Воду и электричество отключат в конце недели.
Потребовалось всего несколько минут, чтобы погрузить мои вещи в Хаммер, и я уже был на пути к квартире, которую нашла Мардж. Мардж оставила записку, что детектив Грин просил меня позвонить ему. Я спустился в участок и нашёл его кабинет.
— Так, так, так. Мистер Пауэрс, вы всё ещё живы.
— И что это должно означать?
Феликс Грин негромко рассмеялся. Он, казалось, наслаждался моей дилеммой. - Вы знаете человека по имени Бобби Террелл?
— Я могу честно сказать, что никогда не встречал этого человека. - Я сунул руку в карман и протянул ему регистрационный номер "Форда".
Он посмотрел на бланк и сказал - Очень интересно. - Мы оба рассмеялись.
— Мистер Террелл и твоя жена в последнее время часто разговаривают по телефону
Кроме того, три дня назад она сняла со своего сберегательного счета двенадцать тысяч долларов. Бобби Террелл - бывший заключённый, который зарабатывает на жизнь тем, что убивает людей. Мы вроде как следим за ним и были удивлены, когда заметили эту связь. Есть ли какая-то особая причина, по которой ваша жена хочет вашей смерти, мистер Пауэрс?— Так было до вчерашнего утра, когда я аннулировал полис страхования жизни на миллион долларов. – Она об этом не знает? – Нет.
— Бобби хорош в своем деле, и я впечатлён тем, как ты с ним справился. Я предполагаю, что ему уже заплатили, но я не знаю, будет ли он пытаться выполнить контакт, так как он потерял свой грузовик. Я просто хотел сообщить тебе, что мы с ним разговаривали. Я сказал ему, что если с тобой что-нибудь случится в ближайшее время, я немедленно заберу его. Мы также рекомендовали ему взять отпуск на некоторое время. Однако я не уверен, что это обескуражит твою жену.
— Я переехал из дому. Я не знаю, что ещё я могу сделать.
Феликс откинулся на спинку стула. - Мне кажется, ты чего-то недоговариваешь, Брайан. Все части не подходят друг к другу. Просто будь осторожен.
Я сразу же отправился к Эмили. Она согласилась пойти на ланч, и я был рад, что она любит суши. Я попытался объяснить ей, что происходит, но это было слишком загадочно. Я так много хотел ей сказать, но не мог. Время от времени она бросала на меня недоумённые взгляды, и я, вместо того чтобы объяснять, менял тему. Это был долгий обед. В тот вечер ей не составило труда уговорить меня прийти на ужин. Я извинился перед ней за несусветную чушь, но она только рассмеялась. Я чувствовал себя с ней комфортно.
На следующее утро я решил, что готов вернуться к работе. Прошлым вечером я хорошо провёл время с Джошем и Терри. Мы с Эмили планировали большой уик-энд вместе, и я с нетерпением ждал его. Забавно, но я совсем не скучал по Донне. На самом деле я испытал облегчение от того, что мне больше не придётся встречаться с ней лицом к лицу. До работы было всего несколько минут езды, и я с широкой улыбкой на лице выруливал на "Хаммере". Дела шли хорошо.
Большой монстр быстро набрал скорость, но когда я начал спускаться с первого холма, я заметил что-то странное. Тормоза вообще не реагировали. Я видел фильмы, где это происходило, и всегда думал, как глупы были водители, потому что они не могли остановить машину. "Хаммер" ехал быстрее. Я спокойно схватил рычаг переключения передач и переключил его с привода на низкий. Это вызвало крен и спуск затвора, но он продолжал набирать скорость. Я приближался к потоку машин и множеству перекрестков. Теперь я ехал намного быстрее. На левой стороне было кладбище с травянистой насыпью, уходящей вверх от улицы. Я повернул и одновременно нажал на ручной тормоз. "Хаммер" развернулся на 180 градусов и перевернулся. Всё потемнело. Боли не было.
Второй раз я проснулся в больничной палате. Я услышал собственный стон и почувствовал какое-то движение вокруг. В тот же миг медсестра заглянула мне в глаза, а затем в комнате поднялась ещё большая суматоха. Теперь была боль, много боли. Я был рад, что привлекаю к себе внимание, но в то же время хотел, чтобы все оставили меня в покое. Как запутанно. Наконец, оказалось, что прибыл кто-то высокого роста, квалифицированный врач, как я предполагал. Я с трудом открыла глаза и оглядел комнату. Вокруг мелькали белые халаты, но на краю кровати сидела Эмили. Я почувствовал себя лучше. Было много настройки и проверки, и я вдруг провалился в сон. Когда я проснулся в следующий раз, всё было тихо. Я старался не шуметь, потому что хотел избежать суматохи. Я медленно открыл глаза и выглянул наружу. Была ночь, и всё было относительно спокойно. В комнате никого не было, кроме Эмили, которая спала в кресле у кровати. Всё тело болело. Я повернул голову к Эмили.
— Эй, ты не спишь?
Она подняла глаза и улыбнулась. - Нет, я крепко сплю и вижу сны.
— Спасибо, что пришла.
— Нет проблем.
Я закрыл глаза и снова заснул.
Когда наступило утро, я проснулся нормально, но боли продолжались.
В комнате была целая медицинская бригада, но Эмили не было. Я вообще не ожидал её увидеть. Врачи были полны вопросов: больно ли это, больно ли это, видите ли вы это? Я отвечал на все их вопросы. Я спросил о Донне. Она появилась в больнице, чтобы подписать бланки приёма, но с тех пор её никто не видел. Я был в больнице два дня, прежде чем очнулся. Эмили была там каждый день. Феликс Грин ежедневно проверял моё состояние. У меня было сотрясение мозга, сломана ключица, сломана левая рука и три сломанных ребра. Были различные внутренние повреждения, но ничего опасного для жизни. Их больше всего беспокоило то, что я был без сознания в течение двух дней. Я был чертовски голоден, и наконец кто-то принес мне суп. Я смог поесть и выпить немного имбирного эля.
Феликс появился чуть позже.
— Я думал, ты прикрываешь мне спину.
— Извини, мы этого не заметили.
— Ты хоть представляешь, что произошло?
— Ну, кто-то перерезал все тормозные шланги на Хаммере, а затем отсоединил подушки безопасности, передние и боковые. Ты пробил лобовое стекло, и ремень безопасности сломал тебе три ребра. Хорошо, что ничего не загорелось. Плохо то, что "Хаммер" разбит.
— Чёрт возьми, мне всё равно он не нравился. Я просто купил его назло Донне.
— Кстати, о жене, ты не знаешь, где она?
— Я не видел ее со дня аварии. Они сказали, что она подписала бланки приёма здесь, в больнице. Как она решилась это сделать?
— Я пошёл и забрал её. Это её не слишком обрадовало. После подписания всех бумаг офицер в форме отвез её домой. Я спросил, не хочет ли она тебя видеть, и она ответила, что в этом нет необходимости.
— Ну, похоже, ты видел её после меня. Она уехала из города?
— Мы приходили и всё осмотрели. В сумочке лежала куча денег, почти восемь тысяч долларов. Она оставила свои водительские права, кредитные карточки и все свои личные вещи. Я не думаю, что она уехала из города с пустыми руками. Мы просто думаем, что она пропала.
— Есть идеи, кто испортил «Хаммер»?
— Понятия не имеем.
— Бобби Террелл?
— Хочешь верь, хочешь нет, но Бобби Террелл лежал в больнице в Филадельфии. Похоже, что его схватила пара головорезов и увезла в Филадельфию. Они объяснили ему, что не хотят, чтобы с тобой что-то случилось. Кого ты знаешь в Филадельфии, Брайан?
— Чёрт. Феликс, я никого не знаю в Филадельфии, честное слово. Я понятия не имею, о ком ты говоришь.
— Я тебе верю. Слушай, мне надо бежать. Если что-нибудь понадобится, дай мне знать.
Когда Феликс ушел, вошла Эмили.
— Привет.
— Доктор сказал, что ты можешь выйти завтра, если есть куда идти. Я сказала ему, что ты поедешь ко мне. Одна из медсестер дала мне инструкции, так что я знаю, как о тебе позаботиться. Я смогу сменить тебе повязки и прочее. Медсестра будет приходить раз в день, чтобы посмотреть, как идут дела, а доктор примет через неделю. Ладно?
— По-моему, звучит неплохо. Кто будет купать меня губкой, ты или приходящая медсестра?
— Думаю, это твой выбор.
По крайней мере, обе мои ноги работали. Я мог пойти в ванную один, сесть и поесть за столом, как обычный человек. От болеутоляющего меня тошнило, поэтому я постарался как можно скорее от него отвыкнуть.
Эмили и мальчики были в восторге. Я наслаждался своим выздоровлением. Первую неделю мы не выходили на улицу, а потом я велел ей подъехать к старому дому. Хозяин был там, и ему не терпелось поговорить. Он ничего не слышал о Донне и хотел знать, что делать с арендой дома. Наши вещи и её вещи были там. Ему нужно было убрать их, чтобы он мог сдать дом. Мы договорились так, что нас обоих это устраивало.
Мардж пришла навестить меня в доме Эмили. Она ежедневно бывала в больнице и довольно хорошо знала Эмили. Похоже, они поладили. Я собирался вернуться на работу, но хотел остаться с Эмили и мальчиками ещё на некоторое время.
Я выздоравливал довольно хорошо. Я остался жить с Эмили и мальчиками. Примерно через три месяца отношения изменились с платонических на романтические. Я перешёл в спальню без особых фанфар. Джош и Терри, казалось, считали это естественным. Мы вместе ходили на светские мероприятия. Я даже начал ходить на родительские собрания. Единственная проблема заключалась в том, что мы не были женаты. Я был женат на Донне. Я регулярно связывался с Феликсом, но у него не было никаких новостей. В конце концов я подал в суд для того, чтобы официально объявить её мёртвой, после чего я смогу жениться на Эмили.
Я повел её в маленький романтический итальянский ресторанчик. После хорошей бутылки вина и великолепной еды я был готов.
— Эмили, я понимаю, что для нас обоих прошло не так уж много времени, но я серьёзно верю, что хотел бы провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Ты не подумываешь о женитьбе?
— Это гипотетический вопрос или ты предлагаешь?
— Я делаю предложение. Ты выйдешь за меня замуж?
— Да. Но у нас есть одна маленькая проблема.
— Что именно?
— Ты должен встретиться с моей семьёй в Филадельфии.
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.