Оля
Я проснулась среди ночи, от непонятного, похожего на металлический, стука. В старом доме случались периодически разные звуки, поскрипывание, щелчки. Я перестала обращать внимание на тихие редкие потрескивания, с тех пор как мама объяснила, что это остывает нагретая солнцем крыша или разбухает отсыревшая в дождь древесина. В семье учительницы физики трудно поверить в домового. Она даже этого домового объяснит популярно с позиции квантовой динамики, причем самому же домовому.
Но сейчас вслед за стуком услышала голоса. Любопытство пересилило сонливость и я проскользнула к лестнице. А там всего-то сломалась раскладушка под дядей Колей и мама пустила его к себе в кровать. Ничего особенного, на коротком диване вдвоем с женой ему не поместиться. Мама с дядей Колей поворочались немного, дружески прижимаясь и товарищески тискаясь, и быстро затихли, с руками на грудях и попах, так и не укрывшись ничем. Я попутно отметила у Сашкиного папы разницу между совсем недавно стоящим членом и лежащим сейчас. И заодно по памяти сравнила их у отца и сына. Вот так, мирно лежащие они были очень похожи. Больше ничего интересного не ожидается - можно и мне ложиться. Но я пройти мимо спящего моего Сашеньки не смогла. Сняла ночнушку, чтобы потом не мучиться лежа, и просочилась к нему под одеяло. Членик его такой хорошенький спал, руки спали, губы тоже. Я своим языком проверила его язык – тоже спал. Хлопнула его по бестолковке за нечуткое безразличие к красивой девушке и поскорей уснула, будто ни при чем.
Саша приподнял голову, света из окна уже хватало, чтобы сквозь ресницы рассмотреть на его заспанном лице выражение «ничё не понимаю, а это тут откуда» он осторожно потрогал мою спящую голову кончиками пальцев, понюхал волосы. Тупо спросил себя вслух:
— Я что в Ольку перенесся?
Откинул одеяло с наших лежащих вплотную тел и первым делом нашел у себя член. Трусов на нем не было с вечера, их Шурка куда-то забросила. Затем Сашка потрогал мою грудь, вторую тоже... полазил одним пальцем в щелке, чтоб убедиться в отсутствии члена, подергал за еще раньше напрягшийся сосок и продолжил размышлять вслух:
— Оля в меня переместилась? Вдвоем в одном теле очутиться - было уже как-то... теперь что? Я сразу в двух телах?
Я не выдержала и хихикнула от совсем уж дурацкого предположения.
Саша оживился и начал гадать, глядя мне в глаза:
— Ты Шурка?
— Нет, хи-хи.
— Оксана?
— Тоже нет.
— Неужели мама Марина?
И тут я выдала торжественным голосом:
— Это твоя жена Ольга Александровна. Мы женаты уже пять лет, у нас две чудесные девочки, одну я родила, другую мама. Третью Оксанка приносит к нам на выходные. Все три похожи на тебя. Шурка беременна, от кого не говорит, но счастлива безмерно. А вот и она!
К кровати подходила Шурка в ночнушке и хрипловато известила:
— Я не к вам, голые люди, я в туалет.
Обалдевший Сашка уставился на сестру:
— Иди, только скажи, я – кто и эта – кто?
— Ты балбес, она балбеска, которые не дают людям спать. Схожу в туалет, вернусь и скажу кто вы еще такие, малолетние идиоты. Вариантов у меня много накопилось.
— Шурка, ты такая нервная стала из-за своей беременности?
— Вы какие грибы вчера трескали? До сих пор глаза мультипликационные
— Грибы? Вчера? Так ээто мне не приснилось? – В Сашкиных глазах наконец забрезжил разум, такой же слабый как рассвет за окном, - Ольга, дура, нельзя же так над людьми шутить, я чуть умом не тронулся!
— А когда я первый раз переместилась, можно было шутить над людьми, выдавая себя за меня?
Сашка вдохнул, чтобы выплеснуть на меня свои возмущенные чувства, но я прижалась к источнику начинающегося скандала губами и высосала из него все неприятные эмоции как яд из змеиного укуса. Мы целовались, обнявшись, когда Шурка вернулась, целовались, пока она пыталась что-то нам высказать, целовались и когда она, поскрипывая, укладывалась в соседней комнате.
— Подожди, секундочку, - сказала я непослушными и распухшими губами, сбегала в свою комнату, бросила Шурке на голову свою подушку, чтоб не мешать ей спать, и принесла презерватив, - давай наденем.
Презервативы и были основной причиной нашей поездки в город. К походу в аптеку мы готовились как к ограблению банка. Меня одели максимально импозантно, а когда объяснили Оксанке, что это значит «солидно», она перестала раскрашивать меня как проститутку на работу, но вынув все вкладыши из своего лифчика и напихала в мой, так что тот едва застегнулся.
Я научилась безошибочно ходить на маминых каблуках. Мы выбрали аптеку с молодой провизоршей (молодые реже ворчат), улучили момент, когда в аптеке не будет посетителей. Я зашла одна, подруги на улице изображали машину со включенным двигателем, которая обязана ждать подельников с добычей. Вышла я спокойная как айсберг утопивший Леонардо ДиКаприо, (перед операцией меня накормили валерьянкой), неся прозрачный кулек с разноцветными пакетиками. Меня ассистентки подхватили под локти, всей улице видимый кулек сунули в другой, непрозрачный, а тот в хозяйственную сумку и утащили через проходные дворы, путая воображаемую слежку.
Вот сейчас и несла я упаковку, желая только одного - хоть бы пришлись впору... ведь на вопрос аптекарши «какой размер?» я задумалась:
— М-м-м... - но так и не ответила, а она, кивнув, сама выбрала размер на свой вкус.
Налез! А потом мы трахались и трахались, снова и снова, пока я не открыла глаза и, придерживая сердце, молотящее грудь изнутри, не увидела над собой лицо дяди Коли.
— Я рад за тебя, Мариночка, – прошептал он мне, - мне уже недолго.
Ой, мамочка! И я в ней! И дядя Коля в ней... во мне! – вспыхнуло озарение.
Выставив ладони, я сразу уперлась дяде Коле в потную волосатую грудь.
Замерший член дяди Коли вызывал в письке ощущения ничуть не хуже Сашиного аналога, а в моей голове целую кучу мыслей. Многопоточных как трафик браузера:
— Я изменила Саше!
— Нет, это мама дала дяде Коле и я не имею права лишать ее удовольствия!
— Уже лишила и буду получать удовольствие вместо нее.
— Взрослый волосатый дядька попользуется моей писькой.
— А дядя Коля чем виноват?
— Он - педофил!
— Какой же он педофил, если трахает тридцатипятилетнюю женщину.
— Он жене изменяет!
— А я Саше?!
— Это не я дала, а мама!
И далее по кругу.
В результате я, то отталкивала, то притягивала к себе ничего не понимающего дядю Колю. И он остановился совсем, как тормозит и останавливается опытный водитель при виде совершенно неадекватного встречного автомобиля
Мужчина ласково перебирал и щекотал волосы на лобке, осторожно щупал писечку, расправлял торчащие мятые складки маминых малых губ, раздвигал пальцами щель, освобождая клитор, потом не удержался, опять навалился, и начал нежно целовать утонувшие в груди соски. Я уже расслабилась под его сильным, большим, но не тяжелым телом, он сместился к животу(какая она толстая!) и дальше... Почувствовав клитором его быстрый язык я охнула и попыталась сжать ноги. Но дядя Коля продолжал сосать клитор, то забирая его в рот, то отпуская. Моё, нет мамино тело вздрагивало и все же постепенно расслаблялось. Ноги сами расползлись широко, давая мужчине возможность делать с неприлично заросшей писечкой все что угодно. Я подтянула к лицу его голову и мы начали жадно целоваться. Я потрогала его попу и, наконец, (УРА) член. На ощупь мужской орган оказался не очень твердым и не таким большим чем на вид. Может потому, что мамина рука больше моей? А яйца крупнее и тяжелее Сашиных. Интересно было бы потрогать своими руками. Хи-хи. Ах, как он целуется, играя сосками... И новая теория относительности быстро выветрилась!Сашка
Оля резко прервала поцелуй и вдруг спрыгнула с меня на пол.
По круглым глазам я начал догадываться, что произошло и, почувствовал дежавю наступающего на те же грабли человека:
— Ты Шурка?
— Нет...
— Оксана?
— Тоже нет.
— Неужели мама Марина?
— Теперь не отопретесь, все-таки я поймала вас с надетым презервативом.
— Опять шутишь, Олечка?
— Какие шутки! Если б не презерватив, выдрала бы уже наяву.
— Мама Марина? Ох ты, блин!
Женщина решительно содрала с каменно стоящего члена переполненный презерватив, причем ее колючие глаза округлились, еще бы, в нем болталось не меньше стакана, и пристроила его в горшок с каким-то засохшим цветком на подоконнике, беспрерывно ворча:
— Прямо по красной заднице ремнем, а потом Ольку, и на этот раз ты ее не защитишь!
Вдруг она замерла, и не меньше минуты стояла прикрыв глаза. Было очень похоже, что она просматривает всплывший в Олиной голове ролик воспоминаний. Я помимо воли любовался на обнаженное тело своей девушки и не скучал во время затянувшейся паузы. Её тело, совсем не худое как у Оксаны, и уже не угловатое как у Шурки, а вполне женственное, округлое, мягкое и приятное на ощупь. Особенно мне нравилась ее полная, но подтянутая спортивная попа и проглядывающая под ней голенькая писька с еще не развитыми как у мамы Марины малыми губами. Крепкие круглые сиськи торчали немного в стороны, соски напряглись, писька была чистенькой без следов раздражений от бритвы как у мамы, груди и лобок ровно загоревшие без купальника. Олино тело, наконец, шевельнулось, строгие интонации учительницы подобрели, хоть и не пропали совсем:
— Ладно, Ромео с Джульеттой, не буду вам мешать, и не бойся, как тещей ты будешь мной доволен, - она неожиданно усмехнулась, - во всех смыслах. А завтра, то есть сегодня свожу Олю к гинекологу поставить спиральку. Для этого мне нужно вернуться в... В общем, где у вас презервативы? А-а...
Марина Александровна махнула Олиной ручкой и, не одеваясь, вышла на лестницу. Вернулась быстро, на ходу извлекая полупрозрачное колечко и говоря шепотом:
— Надо поторопиться, там внизу хоть еще и не близки к финалу, но... Оп-па!
У меня не стоял
Марина Александровна облизывала мне многообещающие места, подсовывала под мой язык и руки все Олины заманчивые закутки и привлекательные рельефы. Остановилась только когда мы услышали громкое «А-ах» ее голосом с первого этажа.
— Давай спать, Сашенька, – уставшая мама Марина укрыла нас одеялом и мы, платонически обнявшись как близкие родственники, быстро уснули.
Марина Александровна
Проснулись мы поздно. Оксанка рассказала мне потом, как она, пришедшая к нам уже после завтрака, обнаружила сонное царство как в сказке о заколовшейся веретеном принцессе. В качестве принца перецеловала половину населения, но смогла расколдовать только Шурку. Под продолжавшиеся немного дольше необходимого живительные поцелуи, Шурка рассказала подруге, ничего не утаивая, про ночь великой любви и какая она одна несчастная «на этом параде с демонстрацией» жизни. Из зависти, что столько веселья миновало ее, Оксанке захотелось похулиганить, а Шурку уговаривать на это дело не надо было совсем. Они подкрались и, аккуратно приподняв, сняли с нас одеяло.
В этот момент я и проснулась, но не пошевелилась и даже дыхание не изменила. Сашка спал закинув на меня ногу и руку. Я как примерная девочка – ножки вместе, ручки на простыне, в позе «не виноватая я и т.д.» тяжелые веки слиплись, все же спала маловато. Слушаю шепот и еле пробивающееся хихиканье. Нога на мне приподнялась и через некоторое время очень плавно опустилась опять. Следом Сашкина рука точно так же повисла и вернулась мне на грудь. Сашка заворочался, точнее его перевалили с боку на бок. Пауза. Ощутила поцелуй на губах, мое полусонное состояние легко позволяло оставаться неподвижной. Ага, это был, как говорят «контрольный поцелуй», затем мне надели трусы, чулки и, похоже, шорты. Рубашку надевали уже не так бережно, и я, если б на самом деле спала, обязательно проснулась. Дальше пошел совсем детский лагерный примитив – мазанье зубной пастой. Мне стало скучно, и я всерьез задремала.
Проснулась я от того, что меня трясли за плечо и испуганно спрашивали:
— Ты Шурка?
— Нет...
— Оксана?
— Тоже нет.
— Неужели афро-негритянин?
Открыла глаза – хорошо, что я уже просыпалась в процессе и была подготовлена к подобному зрелищу, потому что это был отнюдь не пионерлагерный примитив с полосками зубной пасты на щеках. На меня глядела, именно глядела перепуганная чернолицая негритянка Сашка в кудрявом парике. Оксанка, видать, не пожалела свой театральный грим и сотворила из Сашки утрированную негритянскую девочку, в юбке и черных чулках, в рубашке, которую топорщил бюстгальтер зрелого женского размера.
Не дождавшись ответа, Сашка перепрыгнул через меня и подскочил к большому ростовому зеркалу. Я тогда тоже слезла с кровати и встала рядом. Вовремя! Сашка не удержался на ногах и я подхватил(!) его. Да, рядом с Сашкой - натуральной негритянкой, стоял миловидный негритосик, в свободной рубашке и шортах поверх черных чулок, с чудовищной эрекцией. Оксанка из меня сделала опереточного негра с огромными белыми губами. Тяжелого Сашку я, слабыми Олиными ручками не могла удерживать долго и плавно опустила на пол. Только тут я обратила внимание на Шурку, снимавшую фотоаппаратом наше пробуждение и стала ей позировать в стиле Майкла Джексона, на фоне валяющееся негритянской девочки.
Потом извлекла из трусов жуткую эрекцию, это оказался старый Олькин плюшевый зайчик, лапка которого оказалась подозрительно окрашена
У Оли начались месячные! Тут уж я забыла про ржущую, не скрываясь, Оксану и азартную Шурку с фотоаппаратом, сбросила шорты, чтоб не испачкать и заметалась. Блин, где у нее тампоны? Проще свои найти.С грохотом я проскакала по лестнице и внизу до полусмерти перепугала женщин и Колю. Еще бы! Представьте, - сверху сбегает в окровавленных белых мужских трусах кастрированный негр и выскакивает из дому по направлению к бане или реке топиться.
Все же коварные девки и для меня устроили сюрприз. Трусы были просто испачканы гуашью. Я это определила уже в бане, вставляя тампон и мимоходом принюхавшись к трусам – никакого запаха. Испачкала трусы Оксана в корыстных целях, чтоб Оля хоть на время отстала от Саши, но потом хулиганкам так понравилась негритянка, что они сделали ей в пару миленького негритенка... с месячными.
Пока я умывалась в бане, (кстати, театральный грим на лице и шее великолепно смылся, а печная сажа на наружной стороне рук, это бережливые девочки сэкономили грим, отмывалась долго и так до прежней чистоты не отмылась) в доме девки привели в чувство затюканного последними событиями Сашу, спустились и успокоили вскочивших, но еще не одевшихся родителей. Они сказали им, что Оля немного испачкалась и побежала умываться. Родители, не тратя время на поиски белья, набросили халаты и уже спокойно попытались выяснить подробности странного вида окровавленной Оли, но тут на лестницу вышел в юбке Саша с бюстом под стать маминому, в парике и весь черный. Паника возобновилась.
— Саша тоже немножко испачкался, - попыталась еще раз успокоить родителей Шурка, обе озорницы предусмотрительно сместились на веранду и сбежали в дом Оксаны. Саша поравнялся со взрослыми и только в этот момент заржал Коля. Я как раз вошла и Оля (в моем теле), увидев меня, забыла про негритянку. Мы, перемигнувшись, ушли за сарай и там я высказала дочери все что собиралась. Правда мы обе сознавали комичность ситуации: моё обещание выпороть дочь и тут же ею подставленная с готовностью моя же толстая задница... В общем посмеялись без всякого воспитательного эффекта, пообнимались. Я разъяснила появление афроэфиопов, не утаила и нашу неудачную попытку добиться эрекции.
— Мам, Саша кончил пять раз, я семь. Нет, с Сашей шесть, седьмой был с дядей Колей.
— Надеюсь, ты не назвала его «дядя Коля»?
— Нет, конечно, правда я посопротивлялась вначале... но быстро сообразила, что неприлично быть удовлетворенной мужчиной и тут же продинамить его. Ну и пока он кончил, у меня еще раз получилось. Мам, а как вы прямо при маме Полине не побоялись?
— Как, как... Перенос у нас с Полинкой произошел еще раньше и я сначала в теле Полинки Коленьке дала (она сама разрешила, дескать для него это не измена). А потом понеслось... и от этого мы вернулись в свои тела. Да еще как будто специально раскладушка сломалась... В общем, сначала мы честно с Колей спали, пока нечаянно не проснулись и вот... Ладно, хватит об этом. Я тебя хочу к гинекологу свозить, спираль поставить. К врачу и ты бы меня сводила, так даже проще, мне не первый раз и я знаю что там говорить, но водить машину по городу я слишком молодо выгляжу и на фото в правах не очень похожа.
— Мам, Шурка говорит, что спираль надо вставлять сразу по окончании месячных. А они только через неделю начнутся.
— И что делать полторы недели? Коля сегодня уедет, Саша временно нетрудоспособен. Как будем жить, я в роли дочки, ты в роли мамы?
— Первым делом я тебя выпорю за что-нибудь!
— Вот вырастила любящую доченьку на свою... нет, не голову, на другое место...
— Ага, не нравится! Всю жизнь ты меня этим пугаешь! Теперь за адскую неделю поймешь, что значит родиться в семье учительницы!
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.