1.
Серега шагал бодро и пружинисто. Хотелось что-то напевать и если бы прохожие не приняли его за идиота, Серега обязательно что-нибудь бы исполнил. Сейчас он шел в гости к Витьке Вихляеву, у которого родители укатили на выходные на дачу. Витька теперь имел полную возможность встретиться со своей Лариской не под кустиками и не в подъезде:
- Мужик, она хочет прийти с подружкой, говорит, не хочу одна. Я говорю, тебе меня что ли мало, а она до морды достает. Я, говорит, может праздник хочу, зови, говорит, Серого, он точно выеживаться не будет.
Было несколько непонятно, почему Витька с Лариской зовут именно его - Витька хоть и приятель, но не настолько. Но предвкушение близости с Ларкиной подружкой заглушало недоумение. Собственно, это было даже не предвкушение близости, а предвкушение возможности близости. У Сереги уже это было, хотя и не так много, как у друзей, прямо говоря, даже совсем немного. Первые встречи - еще без этого, были два года назад, когда родители купили ему на три недели путевку в спортивный лагерь под Джубгой. Вечерами они иногда собирались у костра за горкой, подальше от инструкторов. Всегда было немного белого вина. Сначала разговоры, потом ребята играли на гитарах, потом парами отодвигались подальше от костра. Целовались до одурения. Девочки позволяли снимать с себя лифчики. У Сереги была там одна, Лена, когда он ее целовал, она закрывала глаза и тихо отъезжала, он раздевал ее до пояса - она ходила без лифчика, - целовал груди, иногда в тайном месте оставлял засосы. Пару раз, когда Лена совсем задыхалась, Серега пробовал залезть под юбку, но как только рука подбиралась к ее трусам, она неожиданно твердо вытаскивала его руку из-под юбки и клала себе на грудь.
В прошлом году Серега наконец лишился целомудрия, но произошло это так, что и похвастаться никому не хотелось. Дело было на вечеринке у Лехи Самойлова, у которого куда-то уехали родители и не устроить на его квартире вечеринку было просто грех. Серега тогда слегка поднабрался и с трудом идентифицировал реальность. Его соседкой по столу оказалась некая Ира, которую он не знал, она была не из их школы. Ира тоже хорошо поддала, когда они танцевали какой-то медляк, он прижал ее к себе, она же прижалась к нему не только грудью, но и бедрами. В такт музыке она умудрялась движением ноги как-то поддевать его член, который стал горячим, а потом затвердел.
Она же, почувствовав это, прижималась к нему еще плотнее. Недотанцевав танец, они выскользнули на балкон и Серега тут же впился губами в ее губы, она страстно отвечала, и не в пример Ленке, сразу пустила его руку к себе под юбку. Правда он не успел там ничего нашарить, потому что она расстегнула ему штаны, извлекла оттуда его член, наклонилась, упершись одной рукой в стенку, а другой взяла его за член и направила в себя сзади
Ему вдруг резко стало очень приятно, он сильно прижал ее бедра к своим, член вдруг задергался в конвульсиях, выстреливая в Ирку горячую вязкую жидкость. Ирка шепнула:- Блин! Предупреждать надо! Быстро застегни штаны и идем!
Когда они выходили с балкона, под дверью уже стояли парочки, ожидая своей очереди. Он пошел провожать ее домой, в подъезде ее дома они пытались снова целоваться, но все время кто-то проходил, причем, почти все Ирку знали и она все время далеко от него отстранялась и со всеми здоровалась. Наконец, она сказала:
- Завтра в два часа дня приходи ко мне домой. Родителей не будет. Квартира сорок три. Запомнил? Пока!
Но на другой день, когда он к ней пришел, она была уже совсем не такая. Серега начал целовать ее почти что с порога, но когда во время поцелуя он открыл глаза и взглянул на нее, то обнаружил, что ее глаза открыты и скучающе смотрят куда-то в сторону. Она оторвалась от его губ и сказала:
- Пойдем быстрее!
Сергей прошел за ней в спальню, она решительно расстегнула его штаны, спустила вместе с трусами и взяла в рот его уже торчавший член. Он растерялся, но нахлынувшее ощущение было очень сильным, хотя его портило то, что Иркин напряженный язык был твердым и делал ему немного больно. Тем не менее, долго это не продолжилось и Серега снова толчками кончил теперь уже в ее рот. Ирка выдоила его до капельки, тщательно облизала, встала и сказала:
- Ты извини, скоро должен прийти брат.
Серега оделся, ушел и его больше совершенно не тянуло к Ирке.
И вот сейчас Серега был уверен в том, что сегодня что-то произойдет, уж больно недвусмысленная ситуация - две пары в пустой квартире.
На звонок открыл сам Вихляй:
- Мужик! Ну ты не спешишь! - заорал он и шепотом добавил: - А тебя ждут персонально...
Серега вошел в комнату, его встретил восторженный визг Лариски:
- Сережка, наконец-то ты дополз!
- Привет, мать! - сказал Серега, а сам уже смотрел на улыбающуюся ему темноволосую девушку. Она была года на три старше его, что несколько озадачивало. К тому же он, кажется, где-то ее уже видел. Но где? И когда?
- Познакомься с Верочкой! - с ехидинкой пропела Ларка, - а то она тебя никак не дождется.
- Привет! - уже Верочке сказал Серега, - пардон за опоздание, дома припахали.
- За это тебе придется за мной ухаживать. Учти, я привередливая! - засмеялась Верочка.
- А я старательный! - в тон ей ответил Сергей.
- Ты, старательный, лучше бы бутылку постарался открыть. - буркнул Витек, протягивая всю в медалях на этикетке бутылку с белым вином.
И это было кстати. Он знал, что в таких случаях водку лучше не пить, кроме того, Верочка ему понравилась и не хотелось бы смотреть, как она хлобыщет водку.
- На брудершафт! - потребовала Лариска
Через полчаса все были уже слегка навеселе. Витька с Ларкой, похоже, малость приняли еще раньше - она все время хохотала, а он отпускал весьма фривольные шуточки. Верочка на них никак не реагировала и это Сереге тоже нравилось, он не любил ни когда притворяются этакими скромненькими, ни когда вульгарно хохочут над тупыми шутками. Он ухаживал за ней вовсю - подливал, подкладывал, вспоминал анекдоты и шутки, смеялся вместе с ней. Иногда ее волосы касались его щеки и это было изумительно приятно, потому что это было у них двоих и никто этого не мог знать - маленький интим со скрытым обещанием большего Он чувствовал, что то, чего он ждет, произойдет вот-вот, но не знал, как проявить инициативу. Не говорить же ей, дескать, пойдем скорее трахнемся. И вот Верочка встала и пошла из комнаты, ничего не сказав ему. Сердце стукнуло, выждав пару минут он вышел вслед. Эта парочка не обращала на них никакого внимания, они уже вовсю целовались и вокруг не смотрели.
Он вышел на кухню, Верочка была там. Он не успел подумать, как ему и что говорить - неожиданно для себя он подошел к ней и стал целовать ее губы. Она прижалась к нему, груди ее были где-то чуть выше его живота. Ее рот раскрылся, он по очереди целовал и сосал ее губы, она просунула ему в рот нежнейший язычок и они начали восхитительно сладкую игру. Выпитое вино придавало решимости, он стал гладить ее шею, она еще теснее прижалась, его рука стала забегать в разрез кофточки, все дальше и смелее, затем легла на грудь поверх лифчика. Пальцы проскальзывали под чашечку, наконец, он не вытерпел и стал расстегивать кофточку. Она немного отстранилась, чтобы ему было удобнее, Он снял кофточку, более-менее аккуратно повесил на спинку стула. Теперь надо было как-то снять ее лифчик, он попытался его расстегнуть, но никак не мог нащупать ни крючков, ни каких-либо других застежек. Она опять отстранилась, сама сняла его легким движением и ее груди как будто с трепетом выскочили из неволи.
Пока он жадно любовался ими, она расстегнула и сняла его рубашку. Они снова стали жадно целоваться, прижиматься к ней стало еще приятнее, так как они прикасались друг к другу неприкрытыми телами. Он медленно поднял ее юбку и положил ладони на ягодицы под трусики. Член уже стоял торчком, он не стесняясь прижимал его к верочкиному животу, руками за попу прижимая ее еще сильнее. Ему хотелось запустить руку еще ниже, чуть дальше того места, куда едва доставали кончики пальцев. А пальцы его раздвигали половинки попки, доставая в середине место чуть выше ануса. Он немного присел, одной рукой взялся за набухший сосок, а другую все-таки аккуратно заправил сзади между ее ног. Он нащупал складочку и попытался просунуть туда палец, она немного развела ноги и палец попал во влажную внутренность этой складки.
Он вынул руку и засунул ее под трусики спереди. С этой стороны было удобнее, хотя все равно он стоял изогнувшись, не отрываюсь губами от ее соска. Рука легла на пушок, средний палец полез ниже и нащупал ложбинку теперь с этой стороны. Просунув руку дальше, он вдруг попал пальцем во влажную глубину ее лона. Верочка уже часто-часто дышала, ее сердце билось под его другой рукой. Он задыхался и сам, стоять согнувшись было неудобно, но он испытывал огромный кайф от того, что она так заходится. Вдруг она расстегнула его брюки, они упали на пол вокруг ног. Она залезла рукой под его трусы и обхватила ладонью пульсирующий член. Другой рукой спустила свои трусики, они тоже упали и она просто переступила через них. Она раздвинула ноги и его член оказался под ее нижними губами. Она немного поводила бедрами, отчего у него задрожали колени. Терпеть уже не было сил, она толкнула его к стулу, он сел на него а она, широко раздвинув ноги, села верхом на его колени.
Сразу стало гораздо удобнее. Она медленно наделась на торчащий Серегин кол и стала совершать удивительные движения - в верхнем положении член почти выскакивал из ее губок, потом входил, раздвигая их головкой, а в нижнем положении она вжималась в него, он стал поддавать ей вверх. Наконец, Серега не смог сдержаться и с крупной дрожью и с хрипом в горле бурно заспускал в нее свое семя. Она плавно замедлила движения, остановилась и поцеловала его открытым ртом. Когда член стал опадать, плавно снялась с него, подхватила одежду и ускользнула в ванную. Зажурчала вода. Серега, отходя, поневоле сравнил ее с Иркой. Сравнения никакого не было - Ирка работала деловито, как машина, и так же, как машина, не получала от этой работы никакого видимого удовольствия. Верочка же была нежная, ласковая, а кроме того сама сильно торчала от этого дела, от чего кайф был невероятным.
Пока она была в ванной, Серега оделся и, подождав ее немного, решил первым войти в комнату. Хорошо, что прежде чем войти, он посмотрел через стеклянную дверь. Там Лариска стояла согнувшись и упершись локтями в стол, на ней была только юбка, задранная вверх и теперь больше похожая на пояс. На Витьке не было рубашки, а штаны упали вниз вместе с трусами, его неправдоподобно длинный член скакал у нее где-то под ягодицами, бедра шлепали об ее задницу, ее длинно провисшие груди качались в такт с движениями. Витька руками хватался то за ее груди, то за бедра, прижимая их к своему телу. Она широко расставила ноги и были хорошо видны коричневый анус над Витькиным членом, широкое отверстие, облегающее его и сильно отвисающие вниз половые губы. У Сереги снова зашевелился член, он даже не сообразил, что подсматривает. Но тут сзади послышался тихий Верочкин смешок. Она тоже увидела.
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.