Хочу рассказать о том, что недавно со мной произошло и попросить совета, как мне быть дальше?
Все началось с того, что я изменила мужу. Да, я завела любовника – мускулистого тренера из своего спортзала. Он выгодно отличался от мужа как красотой тела, так и выносливостью, а заодно и размером члена. Зато муж был очень обеспеченным человеком. Но я думала, что все будет шито-крыто, и мои (нечастые, кстати) шалости на стороне не будут обнаружены. Вроде все складывалась хорошо, но вот однажды... Мне очень понравилось портфолио, представленное одним фотосалоном – очень захотелось такую же фотосессию, как у них на сайте.
Снаружи этот фотосалон казался, мягко говоря, неказистым, но внутри оказалось очень даже атмосферно. Меня никто не встретил, но в письме подробно рассказывалось, куда и как пройти. Меня должно было бы насторожить столь странное отношение к клиентам, но я ничего не заподозрила и устроилась на широком диване, взяв дымящуюся чашку кофе... А через минуту меня потянуло в сон, и веки смежились...
Первое, что я поняла, когда начала приходить в себя – мое тело было полностью голым. Вообще я бывшая модель, и мне даже прочили весьма перспективное будущее. Но я предпочла более спокойную и размеренную семейную жизнь, выйдя замуж за преуспевающего бизнесмена. Это я к тому, что всегда обладала великолепной фигурой, а теперь еще округлилась в нужных местах, так что мужчинам есть за что подержаться. Если к этому добавить тонкую талию, длинные ноги, густые, слегка вьющиеся, светлые волосы и симпатичную мордашку, то получается, что внешностью я заслуженно могу гордиться, уверенная на 100% - любой мужчина будет в две секунды мною очарован. Изнасилования я тоже не боялась – той, кто ложится с моим мужем, уже не страшен никакой секс с никаким другим партерном...
Но не в этот раз! Я была не только голой!!! Осознание своего ужасающего положения приходило не сразу. Сначала обнаружилось, что я стою в нагибе, а мои руки и шея закреплены в чем-то, что раньше, кажется, называлась колодка – деревянная доска, поставленная вертикально и прикрепленная к двум стойкам, с прорезями соответственно для запястий и шеи. Потом я поняла, что стою, неимоверно изогнувшись – голова откинута чуть ли не лопатки, попка вздёрнута к потолку, а спина едва не трещит, выгнутая словно лук – и все из-за того, что мои волосы заплетены в косу, перекинутую через колодку, а в нее в свою очередь, судя по ощущениям, вплетен шнур, прикрепленный по всей видимости к большому металлическому крюку... вставленному в анус!!! Крюк чуть ли не рвал мою попку, заставляя неимоверно изгибаться. Но это еще не всё! Чувствовалась ужасная резь в сосках, словно они сильно стянуты леской, к которой привязаны грузики – при любом, самом слабом, движении чувствуется, как они начинают колебаться где-то внизу.
Откуда-то справа раздался стон, и я, скосив глаза, увидела вторую девушку, находящуюся чуть по диагонали – так, что я смогла с некоторым усилием разглядеть все подробности. И все мои предположения подтвердились – эта девушка так же, как и я, стояла внаклонку, неимоверно прогнутая, закованная в колодку. В ее толстую черную косу был вплетен белый шнур. Я смогла разглядеть округлые ягодицы чуть ли не выше головы, а между ними находилось основание здоровенного крюка, который, не сомневаюсь, был так же зацеплен за анальное отверстие. На соски, обмотанные белой ниткой, было страшно смотреть – они вспухли багровыми шариками, подрагивающими в такт раскачиваниям увесистых грузов возле самого пола. Заодно и груди девушки представляли собой сильно вытянутые конусы, хотя не было сомнения, что в нормальном состоянии они представляют собой упругие объемные шары...
— О, наши девчонки очнулись!
Мы с неизвестной девушкой находились в круге света, образованного мощными осветительными приборами под потолком, остальное помещение было скрыто от нас непроницаемой темнотой, только перед нами стоял широкий диван. И теперь из этой темноты выдвинулись мужчина и женщина... Он был голым! Я даже непроизвольно сглотнула, увидев его член, которые явно был раза в полтора больше, чем у моего любовника! На голове у него была балаклава с тремя дырками для глаз и рта. На женщине было гораздо больше одежды, если это можно было так назвать. Ну, во-первых – черно-красная маска на голове, так же, как и балаклава у мужчины, оставляющая открытыми только глаза и рот, да над головой имелся пышный рыжий султан волос. Высокая шея была затянута в широкий, опять же черно-красный, ошейник с блестящими заклепками. Такие же широкие браслеты украшали запястья и лодыжки. А все остальное тело было упаковано в сложную систему уже тонких ремешков, оставляющих открытыми объемную высокую грудь и промежность. В сосках имелись золотые колечки с изящной цепочкой между ними. Портрет довершали босоножки на неимоверной платформе и шпильке – совсем такие, как у танцовщиц у шеста (мы с мужем однажды были на таком представлении, имею понятие)...
Моя сестра по несчастью, захлёбываясь от ярости, начала орать что-то о том, что ее муж этого так не оставит, что похитители сильно пожалеют о содеянном, что её надо немедленно отпустить... И все в таком роде.
Мужчина и женщина, не обращая внимания на ее вопли, деловито расставили по четырем сторонам камеры – спереди, с боков и сзади нас... А потом в руках женщины оказался стек с широкой петелькой на конце... И она, зайдя сзади, хлестнула вторую пленницу по ягодицам, чем вызвала очередной поток ругательств и угроз. Ее это не остановило, и она принялась размеренно и как-то механистически бить стеком по голой попке, пока наконец соседка не замолчала, всхлипывая и постанывая.
И тут прилетело и мне! Из глаз брызнули слезы, я взвизгнула – были всерьез! Не до крови, но без следов не обойтись. Да еще в попку еще сильнее вонзился кончик крюка, а грузики закачались, едва не отрывая соски.
— За что?!
Стек вновь свистнул, ожигая попку новой болью. Кусая губы, я промолчала, поняв, что возмущаться себе дороже.
— Ну что ж, девочки, урок №1 вы усвоили, - пророкотал мужчина. – Вы не имеете права ни на одно слово без разрешения, похоже, обеим это стало абсолютно понятно сразу после краткого обучения моей ассистентки. Еще правило для вашего обучения – всегда смотреть на меня, если от вас не потребуют другого. Помните: это правило только для уроков, в дальнейшем мы пройдем различные формы поведения нижних...
Затем он продемонстрировал нам смартфон. Мне – фото моего страшненького супруга, обнимающего знойную то ли красотку, то ли тоже страшилку – с этими губищами и варварским макияжем и не разберешь. Ну и как меня можно было променять на это??? Впрочем, заскрежетав зубами, я удержалась от комментариев. Соседке по всей видимости продемонстрировали что-то подобное – судя по тому, как она презрительно (хотя и очень сдержанно) фыркнула.
— Итак, - сказал мужчина, отбросив телефон на диван, - за измены ваши мужья решили вас продать на теневом аукционе. Выставленный лот будет состоять из видео с камер. Я же с моей ассистенткой будем осуществлять в течение месяца вашу предпродажную подготовку. У вас будет несколько занятий, состоящих из разных уроков и практических занятий, в конце экзамен. Ничего личного, девчонки, просто я – ваш наставник, обучающий искусству быть нижней... Ну, и еще добавлю – все обучение правильному поведению – это, так сказать, законы для нижних по умолчанию. В дальнейшем ваши владельцы могут сами устанавливать правила. Возможно, кому-то будет нравится, что рабыня – просто бессловесный станок для ебли, а кому-то понадобится инициативная и изобретательная наложница...
Ни я, ни соседка не посмели выразить возмущение и страх в словах, только по моей щеке сбежала слезинка, уж больно невеселое вырисовывалось, что ближайшее, что отдаленное будущее.
— Хорошо, - кивнул головой мужчина. – Немного дополню урок №1. Нижняя может говорить только в ответ на прямой вопрос. Это ясно?
— Да... – прозвучал дрожащий голосок справа
Свистнул хлыст, новая боль продернула тело от ягодицы к соскам и обратно к анусу, и с моих губ сорвался взвизг:— Да!
— Понятное дело, что если вам будет очень необходимо, в экстренной ситуации или при невозможности выдержать что-либо, вы можете об этом доложить. Но помните, что в любом случае за реплику без разрешения вас будет ждать порка или другое наказание... Из этого правила есть два исключения, но об этом в уроке №2... Что ж, повторения пройденного материала у вас не будет, знания будем усваивать в процессе обучения и на практике, а на экзамене придется вспомнить все, что вам преподавали...
— Урок №2, - объявил мужчина после паузы, - как нижняя должна обращаться к владельцу и приветствовать его. Ну, девчонки, как думаете, надо обращаться ко мне и к моей ассистентке?
— Господин... Госпожа... – послышалось сбоку
— Хозяин, хозяйка, - почти одновременно вырвалось у меня, страшащейся промедления.
— Отлично, девушки! Мне больше нравится «хозяин», а ее лучше называйте «госпожа»... И смотрите не перепутайте... Выкупившие ваши лоты в дальнейшем объяснят вам, какое предпочитают обращение. Ну или вам придется путем перебора и угадывания выяснить это... Понятно, через наказания за неправильные версии... Нижние также должны обращаться к хозяевам на «вы» и добавлять «госпожа» или «хозяин» в любой своей фразе...
Тут сзади нам обеим снова прилетело. Я заскулила – на этот раз, пусть и несильно, но попало по половым губкам. По всей видимости, мучительница умышленно била не по попке, а по промежности! Удивительно, но боль принесла не только ершистый комок по всем внутренностям, но и определенное наслаждение... Естественно после того, как этот комок растворился...
— Как думаете, девчонки, за что госпожа вас наказала?
— За то, что мы недавно к «да» не добавили «хозяин», - посетило меня прозрение.
И это несмотря на боль и необъяснимое удовольствие, продернувшее застывшее в неудобной позе тело.
Соседку же, судя по вырвавшемуся сдавленному вскрику, ударили снова, и она метнула на меня недовольный косой взгляд. Ну, извини, подруга, отныне нам придется соревноваться в том, кто быстрее будет повиноваться и угадывать желания хозяев.
— Умничка, Милана! – одобрительно кивнул мужчина. – Сами же нижние говорят о себе в третьем лице... Давайте же теперь подумаем, как вы будете себя называть... Надя!
— Я буду называть себя шлюхой, господин... Ай!
Отчетливо послышался хлесткий шлепок стека об округлую ягодицу.
— Неправильно! Вы будете наоборот преданными и верными рабынями, допускающими до себя только хозяина. Возможно, конечно, и тех, кому он разрешит вами попользоваться. Да, в последнем случае вас можно будет назвать шлюхами, но по умолчанию свои дырочки вы можете предоставлять только владельцу... Милана!
— Рабыня, наложница, нижняя, невольница, - зачастила я в надежде методом перебора нащупать правильный ответ...
И получила три удара по промежности, взвыв и задергавшись несмотря на резь в сосках и анусе... И почувствовав новый противоестественный виток наслаждения, когда боль прошла!
— Миланочка... – хозяин укоризненно развел руками. – Ну, ты же должна понимать, что от тебя требуется. Вообще мы должны были проходить это позже, но объясню сейчас. У нас тут не адвокатская контора, и об безукоризненности формулировок речь не идет. Наоборот, нижняя должна понимать, что от нее хотят, вникать в недосказанный или даже путанный смысл распоряжений. В общем, «Без внятного ТЗ, результат ХЗ» - это не про вас.
Он сделал паузу, разглядывая меня, особенно жадно разглядывая вытянутые сиськи под весом привязанных к соскам грузиков – они явно были видны из-под не слишком широкого ярма.
— Но твоя инициатива мне понравилась, это следует поощрить... Вера!
Я не успела подумать о том, даст ли мне что-то знание имени одной из похитителей, как вдруг в меня сзади вошло два пальца!
От неожиданности я дернулась, но что толку? Меня принялись трахать пальцами, довольно жестко и часто, вбивая костяшки в чувствительные лепестки... А я... Я порывисто вздохнула, почувствовав определенное удовольствие – несмотря на незавидные обстоятельства, включая то, что длинные ногти госпожи иногда болезненно вонзались в стенки влагалища где-то в глубине...
— Дим! – послышалось удивленное сзади. – А знаешь, эта сучка и не совсем сухая... Ой!
Хозяин, имя которого я узнала, рассмеялся:
— Ну что ж, девочки, вам повезло – ваша госпожа проговорилась, как вы должны себя называть. На данном этапе вы должны прибавлять и свое имя. Итак?
— Я – сучка Милана.
— Я – сучка Надя.
Поспешили мы ответить, хотя я немного сомневалась, что это был прямой вопрос. К счастью мы угадали, и меня не хлестали снова, однако продолжая трахать пальцами. Мне даже пришлось от стыда прикрыть глаза ресницами, чтобы хозяин не заметил в них отблески наслаждения. Впрочем, что толку, если хозяйка уже почувствовала, что мое влагалище начало увлажняться, как... как... как у сучки...
Я поспешила открыть глаза и увидела, как мужчина слегка усмехается, вздернув бровь. Внутри все похолодело: нас ведь предупреждали в самом начале, что мы должны все время смотреть на хозяина. К счастью он не дал знать своей ассистентке, что сучка Милана нарушила правила, и меня не будут бить стеком по заднице или промежности. Я не посмела ни сказать вслух, ни одними губами, но про себя весьма искренне воскликнула: «Спасибо, хозяин!».
А тот между тем, увидев, что я снова смотрю на него, продолжил:
— Теперь об исключениях, о которых шла речь в уроке №1...
— Подожди, Дима! Сучка Милана явно начала течь! Представляешь, какие будут комиссионные, если в лоте будет пометка, что нижняя кончает естественным образом?
Госпожа перестала меня трахать, но зато довольно ласково и нежно проходилась ногтями по чувствительным губкам, отчего я завибрировала, стараясь не замечать боли в сосках и анусе... Да и не замечала, поглощенная нежными поглаживаниями!
Хозяин чуть поморщился:
— Вообще-то обучать оргазмам или - если это останется для рабынь недоступным, -симуляции, мы должны гораздо позже в теме «Ублажение хозяина всеми доступными способами»...
Я почувствовала, как к спине прижимается упругая и в то же время мягкая грудь. Одна рука госпожи принялась гладить круговыми движениями мою попку, иногда звонко ее шлепая, а иногда проникая в увлажненную дырочку; а вторая стала мять и тискать сиську. При этом меня целовали в висок лёгкими поцелуями, а Вера, положив подбородок на колодку, поинтересовалась:
— А если она кончит уже сегодня?
Хозяин пожал плечами:
— Ну тогда на уроке по теме «Порка» немного сократим ей учебный материал...
— М-м-м... Слышишь, сучка? – вкрадчиво проворковала госпожа почти мне на ухо. – Я люблю сучек пороть, но когда процесс затягивается, это начинает надоедать. Ты же пойдешь мне навстречу и кончишь прямо сегодня?
— Да! Да! Сучка Милана кончит даже два раза, госпожа! - залепетала я, устрашенная грядущим «уроком по теме «Порка»» и, кстати, понимая, что под женскими пальцами, то нежными, то жесткими, вполне могу кончить через какое-то время... особенно если не будут наказывать больнее, чем было до этого...
— Оу!... Ты же понимаешь, что если будет всего один оргазм, то будешь как следует выпорота?
И кто меня за язык тянул? Но я побоялась, что идти на попятную – значит, быть наказанной уже сейчас, и подобострастно пролепетала:
— Сучка Милана все понимает, госпожа...
В это время справа Надя заелозила, выразительно тараща глаза. Видимо хотела привлечь внимание, но сказать об этом боялась
Да, добилась своего – госпожа, наконец оставив меня в покое (к некоторому моему разочарованию) хлестнула ее прямо через меня:
— Тебе кто разрешал дергаться?
— Вера, а проверь-ка и ее!
Госпожа отошла от меня и через пару секунд воскликнула:
— И эта сучка течет! Да мы в этот раз джек-пот выиграли!!!
Вера встала между нами и принялась орудовать пальчиками в дырочках каждой.
— Ну, а ты сколько раз кончишь?
— Сучка Надя кончит столько раз, сколько сможет, - с явственными стонущими интонациями всхлипнула моя сестра по несчастью, видимо ей, как и мне, весьма нравились манипуляции с половыми губками и внутри влагалища.
Самая умная? Да? Теперь я, скосив взгляд, увидела ее торжествующее выражение лица. Померещилось даже, что она хочет показать мне язык, но боится нового наказания – хозяин с легкой усмешкой наблюдал за происходящим.
Впрочем, сучке Наде торжествовать было рано – госпожа так приложилась ладонью к округлой вздернутой попке, что ее тело заходило ходуном – грузики стали раскачиваться словно маятники, а крюк заелозил в ложбинке между ягодиц.
— Сучка! Я не спрашивала, сколько раз ты сможешь кончить, а спрашивала, сколько раз кончишь. Разве ты не чувствуешь разницу?
Я невольно посочувствовала Наде – все же грузики, привязанные длинной нитью к моим соскам, не качались с такой амплитудой, так же, как и крюк, не елозил в попке с таким усилием!
— Два! – всхлипнула соседка. – Сучка Надя кончит два раза, госпожа!
Госпожа хлопнула в ладоши:
— Да у нас тут соревнование намечается! Что же, усилим мотивацию: та, кто кончит первой, удостоится более просторной клетки на ночь!
Это прозвучало довольно зловеще, и я бы, возможно испугалась, вот только госпожа не прекращала (за исключением хлопка ладонями) все это время ласкать мои половые губки, иногда засовывая в меня чуть ли не всю кисть, к счастью довольно узкую...
— Ну, что ж, продолжим урок, - сказал хозяин.
Госпожа, похоже, отошла чуть назад, но теперь несколько примириться с реальностью мне помогало то, что петелька стека периодически поглаживала мои губки, а иногда и утапливалась во влагалище. Вероятно, когда я не чувствовала прикосновений, те же манипуляциями производились с Надей... Было несколько необычно чувствовать возбуждение от того, что тебя ласкают предметом, способным доставить как определённое наслаждение, так и жгучую боль...
— Итак. Мы остановились на исключениях из правила рабынь не открывать рта без разрешения хозяина. Первым исключением является приветствие с утра или при встрече после относительно длительной отлучки хозяина. Обычно нижние проводят свою жизнь на коленях – поэтому и называются нижними. Но если вдруг в силу каких-то обстоятельств она окажется на ногах, ну, например, в бутильонах-балетках, но об этом позже – на одном из будущих уроке... то приветствие начинается с того, что рабыня должна упасть на колени. В любом случае коленопреклоненная нижняя должна поцеловать его в пах, а если хозяин голый (например, утром) – то обязательно в член. После этого следует поцелуй ног, и рабыня, скорчившись в комочек как можно ниже к полу, произносит: «Ваша сучка, господин, приветствует вас».
Тут нас с Надей по очереди хлестанули стеком... с отчетливым влажным звуком – мы были к этому времени настолько влажными, что соки разлетелись мелкими брызгами по ягодицам и пояснице от петельки, периодически засовываемой в наши влагалища...
— Как думаете, девочки, почему вас наказали?
На этот раз быстрее была моя подруга-соперница:
— Ваши сучки не поприветствовали вас при появлении, хозяин...
И меня за нерасторопность шлепнули петелькой по нежным лепесткам... Когда я перестала вибрировать, вся напрягшись от боли, то почувствовала еще большее наслаждение, едва стек снова оказался в мокрой дырочке... Еще немного этих противоестественных «предварительных ласк», и я смогу кончить, едва в меня войдет что-то толще стека...
— Все верно! Если рабыня связана или находится в станке, например, как вы сейчас, то она все равно обязана сказать данную фразу. Понятное дело, что с рамкой или шариком во рту, эта обязанность снимается. В любом случае, нижние выполняют ритуал приветствия по мере возможности...
— Вторым исключением является благодарность хозяину после его семяизвержения. Едва он кончит, нижняя обязана сказать: «Спасибо, хозяин!»... Что ж, а теперь немного наглядного пособия... Вера!
Госпожа появилась в поле зрения. Но теперь она передвигалась на четвереньках.
— Это тема №3: «Позы рабыни». Вообще данный урок будет растянут во времени – во время других уроков или между ними мы будем преподавать вам, как рабыни должны держаться, какие действия должны выполнять в том или ином случае... Сейчас ваша госпожа передвигается первым способом нижней. Первым и основным. А теперь второй.
Госпожа поднялась и поползла на коленях, так сказать, столбиком. При этом она сложила руки сзади – ладони разных рук - к локтям... Наконец она оказалась перед господином и, продолжая держать руки за спиной приподняла его громадный, даже в висячем состоянии, член языком и направила в рот.
— Обратите внимание, девочки, спинка у нее прогнута, бюст вздернут. Нижняя всегда должна быть изящной, в какую бы позу ее не скрутили. Руки, если они не скованы или не было другого распоряжения, всегда складывайте сзади запястьями к локтям. И, как вы можете видеть, в этой позе колени должны быть максимально расставленными. Не забывайте также, что ступни по возможности вытянуты в одну линию. За неуклюжесть и даже просто за отсутствие грации, элегантности и изысканности мы будем вас безжалостно пороть...
И хотя я нервно сглотнула при последней угрозе, но едва слушала хозяина, завороженно наблюдая, как его член усилиями старательных женских губ в довольно широком отверстии маски приобретает совершенно угрожающие размеры. Мне самой вдруг ужасно захотелось ощутить губами этот огромный инструмент, вобрать головку, пышущую даже на расстоянии жаром и мощью, в рот, позабавиться с ней язычком... И это даже несмотря на то, что хозяин иногда принимался трахать госпожу с громкими влажными звуками, а иногда брал ее за хвост и с усилием проталкивал член глубоко в горло. Где он там мог поместиться, если носик упирался в выбритый лобок, а нижняя губа касалась голеньких, налитых спермой яиц? Я бы так не смогла... Впрочем, нижней, если она не хочет быть выпоротой, не пристало сомневаться в своих способностях... А госпоже все происходящее очень нравилось. Под маской было не видно, а скорее угадывалось – особенно по лучащимся глазам, что она жутко довольна и тем, что ее трахают в рот огромным членом, и тем, что иногда его проталкивают глубоко в глотку. А когда хозяин отстранялся, отдуваясь, она с обожанием несколько раз чмокала влажную от своих слюнок головку мягкими губами...
Наконец хозяин окончательно отстранил самозабвенно принимающую в рот женщину, и она порывисто поднялась на ноги:
— А теперь немного практических занятий, сучки... Начнем по алфавиту, пожалуй...
Пара зашла сзади. При этом госпожа с видимым наслаждением продолжала ласкать член – теперь пальчиками, - не выпуская его ни на мгновение. И вскоре я почувствовала, как мою щелку раздвигают эти самые пальчики, а потом ужасающий член начал постепенно растягивать слишком узкую для него дырочку. Было немного больно, но я стоически закусила губку и вскоре оказалась натянута на член, словно женская перчатка на мужскую лапищу... Выдохнув, я почувствовала, что неимоверно растянутое влагалище приносит скорее удовольствие, чем дискомфорт.
— Не переживай, сучка! Хозяин за эти дни тебя здорово расширит, но перед продажей мы тебя чуть подошьем, будешь узкой, как восьмиклассница!
И меня увесисто шлепнули по попке. Не сильно. Чуть ли не дружески, но даже от такого удара я вся завибрировала... И от рези в сосках, и от рези в анусе, но больше от того, что эта вибрация отдалась приятным чувством в растянутой киске. Как это ни удивительно, но я больше обеспокоилась о хозяине – через тонкую перегородку прекрасно чувствовалось, как вдавился крюк в член. Впрочем, теперь я поняла, что у крюка на конце есть шарик, предохраняющий, того, кто будет трахать женщину с подобным украшением в попке, от травм.
Между тем мужчина принялся двигаться, и я застонала, зажмурившись от ужаса (все же меня никогда не ебали таким монстром) и удовольствия. Но этого было мало: я вновь получила по попке узкой, но тяжелой рукой:
— А ты чего замерла, сучка? Ну-ка, давай ублажай хозяина!
Но как? Я ведь едва могу пошевелиться! Впрочем, нижним нельзя ставить под сомнение распоряжения хозяев – и по статусу, и из страха наказания. Мужчина, неспешно двигающийся в тесной дырочке, явно трахал меня в полуприсяде, поэтому я принялась слегка вставать на носочки и также слегка крутить бедрами. Грузики подо мной принялись увесисто раскачиваться, крюк в анальном отверстии стал туго ворочаться, но я этого уже почти не замечала, отдавшись двум чувствам – наслаждению от трахающего меня члена и желанию ублажить хозяина...
Между тем госпожа, видимо удостоверившись, что сучка Милана все делает правильно, вдруг оказалась передо мной. Повернувшись ко мне спиной, она наклонилась. Из-за того, что она была на высоченных шпильках, ее промежность оказалась прямо перед молим носиком. Госпожа подалась назад, буквально вжимая влажные половые губки мне в лицо и сразу испачкав его соками.
— Ты знаешь, сучка, что надо делать! Сначала нежно и аккуратно – язычком.
Госпожа чуть отстранилась, а я, внимая всем существом глубоким проникновениям сзади, понятливо пробежалась ласковым язычком по чуть поблёскивающим от смазки розовым лепесткам. Минуты три хозяин размеренно меня трахал, а я – трахала госпожу, согласно ее указаниям – то во влагалище, то в попку, иногда – подчиняясь новым командам, - вылизывая текущее влагалище широким языком или теребя кончиком нежные аккуратные складочки...
Когда меня покинули (хозяин - оставив с растянутой раскрытой дырочкой, судя по ощущениям сохранявшей диметр его члена, госпожа – уделав своими соками все лицо), я даже чуть не заплакала, но не от вновь почувствовавшейся боли в сосках и попке, а скорее от ощущения брошенности.
— Ну, что, соскучилась, сучка? – госпожа потрепала по голове Надю.
— Сучка Надя очень соскучилась, гос.. пфф... гхм...
Это госпожа, не дослушав ответ, повернулась и, так же, как и мне, вдавила промежность нижней в лицо.
— Целуй мою девочку страстно, горячо, с языком, словно самого любимого мужчину.
Судя по возобновившимся постанываниям госпожи, Надя прилежно, на совесть выполнила распоряжение, а потом и сама принялась помыкивать от удовольствия – хозяин, крепко взявшись за бедра, начал довольно размашисто засаживать член в удобно прогнутое перед ним тело.
А я с восторгом наблюдала за госпожой, вздрагивающей, извивающейся, покачивающей крутой попкой... Ее голова запрокинулась почти, как у нас с Надей, рыжий пушистый хвост мотался из стороны в сторону... Длинные ресницы в прорезях маски прикрыли глаза, а рот – наоборот приоткрылся... Холеные пальцы с кроваво красным маникюром то приподнимали груди, жестко их тиская, то ласкали подушечками кончики сосков, то вытягивали цепочку так, что мне даже становилось боязно – как бы колечки не прорвали безжалостно вытянутые нежные бархатистые столбики...
И тут вдруг Надя замычала, крупно вздрагивая, отчего грузики под ней задергались с удвоенной силой – раскачиваясь и от движений хозяина, не прекращающего трахать рабыню, и дополнительно – от сладких судорог собственного оргазма. Я остро позавидовала своей подруге-сопернице, ведь она уже и кончила, и клетка ей достанется более просторная, но тут госпожа развернулась и подхватив стек, ранее положенный мне на лопатки, несколько раз сильно хлестнула по попке, ходящей ходуном под ударами мужчины, который несколько хрипло сказал:
— Тебе кто разрешал кончать, Наденька?
— Но, хозяин, - морщась от боли в довольно к этому времени покраснвшей исполосованной попке, пролепетала соседка, все еще сотрясаясь в последних отголосках оргазма, - госпожа ведь устроила соревнование...
— Видишь, Вера, в этот раз весь учебный процесс пошел наперекосяк? Тема оргазмов нижних никогда не проходилась в первый день...
— Зато джек-пот! – госпожа сделала пританцовывающее движение, отчего ее бюст волнующе вздрогнул, а цепочка заиграла отблесками в ярком свете софитов. – Да и что такого? Объясни вкратце сейчас, заодно и сразу на практике пройдем – ведь сучки задолжали нам еще три оргазма...
— Ну, что же, - хозяин переместился ко мне, легко войдя своим чудовищным членом – моя дырочка, такое впечатление, и не закрывалась.
Я немного завибрировала от наслаждения, почему-то усилившегося от страха – а если я тоже не удержусь и кончу без разрешения?!
— Ну, в общем-то вы уже поняли, девочки, что нижние могут кончить только с разрешения владельца...
Движения хозяина, ведущего речь, были очень плавными. Мне хотелось более интенсивной трепки, но и это было гораздо лучше, чем когда мне приходилось просто смотреть, как трахают мою соперницу за внимание хозяев. Именно хозяЕВ – госпожа вновь заняла место передо мной, и мои губы и язычок опять принялись ублажать ее.
— . ..Конечно вы можете попытаться кончить незаметно, но если владелец поймет или почувствует, то наказание будет гораздо суровее, чем за непроизвольный оргазм. Вам также запрещается каким-либо образом показывать, что вы готовы разрядиться. Учитывая, что и заговаривать первыми нижним не разрешается, то вам придется на собственной шкуре понять, что менее болезненно – кончить без разрешения, попросить об этом или дать понять о своей готовности каким-либо другим образом. При этом надо помнить, что в зависимости от настроения владельца жесткость наказания может варьироваться от случая к случаю. Это понятно, девушки?
— Да, сучка Надя поняла, хозяин, - раздался чуть усталый голосок соседки.
Я тоже изогнулась против правил физиологии, чудом освободив рот:
— Сучка Милана все поняла, хозяин...
И тут же удостоилась хлесткого удара по ноющей от предыдущих экзекуций попке: госпожа вновь подхватила стек со словами: «Тебе кто разрешал отрываться от ублажения госпожи?». Увы, я уже поняла, что удел нижних – наказание за любой проступок, и не важно, что, следуя одному правилу, неизбежно нарушишь другое. Выбор был невелик – получить за краткосрочный перерыв в ласках госпожи или за пренебрежение вопросом хозяина...
Хуже того, даже неспешные движения хозяина подвели меня к самой крайней точке наслаждения, за которой следует оргазм. Оставалось только умышленно раскачивать грудями и елозить бедрами, чтобы боль в сосках и анусе перебила удовольствие... Вдруг мое наказание будет гораздо более жестким, чем наказание Нади, не знавшей о правиле кончать только по разрешению?
Я едва воспринимала слова хозяина:
— И наоборот, когда хозяин прикажет кончить, рабыня должна испытать оргазм. Иногда владелец может указать временной отрезок – три, пять, десять минут. А иногда это нужно сделать немедленно. К вам, девочки, кстати у нас будут особые требования. Не часто нижние возбуждаются до такой степени, что могут испытывать разрядку, и обычно мы учим симулировать, но отныне я запрещаю вам даже пытаться обмануть нас. Только натуральный оргазм!
Я зажмурилась от страха и одновременно наслаждения. Как? Как можно кончить по приказу? Как можно сдержать оргазм, когда он вот-вот прорвется сквозь все препоны?
И тут вдруг госпожа передо мной задергалась, тоненько вскрикивая, а мне в рот буквально ударили брызги соков. А потом она еще немного отстранилась, и мое лицо было буквально уделано женской смазкой, брызгающей из полуоткрытой дырочки в такт, по всей видимости, сокращениям мышц влагалища. Несколько прозрачных капелек тягуче потекли и повисли между бедрами, свешиваясь с уголка киски...
Я была просто ошарашена произошедшим – мне на лицо кончил даже не мужчина (раньше я никогда им такого не позволяла, а теперь, возможно, это будет мой удел), но женщина!.. И эта ошарашенность была даже к месту - оргазм даже немного отступил.
Впрочем, я была ко всему прочему восхищена таким бурным и выразительным оргазмом и, не позабыв уроков, пролепетала:
— Спасибо, госпожа!
Не знаю, услышала ли она меня, но новых плетей я не получила.
— Подбери! – только приказала госпожа, когда ее вздрагивания прекратились.
Видимо, она хорошо знала свою физиологию, и я, поняв, что от меня требуется, поспешила далеко высунуть язык и слизнуть ее выделения. Это действие, как и вкус соков госпожи, совершенно непредсказуемо снова возбудили меня. Да еще хозяин, впившись железными пальцами в бедра, стал так драть меня, подбрасывая на члене, что иногда я чувствовала пол только пальчиками ног...
— Вычисти меня как следует язычком! Только очень нежно и аккуратно...
Я уже зажмурилась, со страхом и восторгом чувствуя, что оргазм вот-вот захлестнет меня волной небывалого удовольствия, как вдруг прозвучал резкий и пронзительный сигнал.
К моему облегчению и... величайшему разочарованию хозяин остановился, а госпожа, до этого наслаждающаяся моим языком, отстранилась.
Я хлопала ресницами в недоумении, а она, зайдя сбоку, сначала что-то сделала с Надей, начавшей болезненно стонать и плакать, а потом повернулась ко мне и, отстегнув грузики, принялась разматывать нить с сосков, ворча:
— Хорошо, что я поставила таймер, а то сучки без сосков остались бы – что-то в этот раз мы с ними долго провозились...
Я быстро поняла, почему соседка заплакала – боль в кончиках грудей от застоявшейся крови была неописуемой. Вместе с тем и облегчение от того, что соски теперь не вытягиваются неимоверно, не режутся несколькими витками тонкой нити, вызвало новый приступ наслаждения. Наслаждения, которое не могло отступить перед даже новыми истязаниями – госпожа со словами: «Надо разогнать кровь» принялась стегать нас попеременно снизу-вверх по сиськам. Я извивалась под этими хлестким ударами, не сомневаясь, что наши груди будут представлять не менее впечатляющее зрелище, чем попки, исполосованные стеком до этого. И тут сзади послышался голос:
— А теперь, Миланочка, прямо сейчас кончишь!
Как ни удивительно, но боль в сосках, исхлестанных сиськах лишь самую малость снизила возбуждение. К тому же госпожа прекратила стегать меня снизу, и это резкое прекращение экзекуции так на меня повлияло, что мое существо сорвалось в яркий, продолжительный оргазм...
Когда я выплыла из экстаза, еще ощущая, как растраханная дырочка еще сокращается в последних, едва уловимых вибрациях, хозяин стоял перед нами, а госпожа слегка поглаживала этот чудовищный член, умеющий доставлять такое же чудовищное удовольствие.
— А теперь девочки, открыли ротики и высунули язычки лопатками, - возвестил хозяин. – Я сейчас кончу, а вы должны удержать, не проливая, на языке мою сперму до тех пор, пока мы не распорядимся ее проглотить...
После этих слов госпожа, чуть наклонившись, стала быстро-быстро работать двумя руками, сжав пальчики на мощном стволе до белизны – видимо, охвата одним кулачком не хватало для полноценного сдавливания.
И через какое-то время на нас брызнуло полновесным потоком спермы, которой было так много, что госпожа, направляющая член то мне в лицо, то Наде, вскоре уделала нас от корней волос до подбородков. Как я уже говорила, мне еще ни один мужчина не кончал на мордашку. Но может ли выбирать нижняя, если таково желание хозяина? И из страха быть наказанной, и из желания ублажить хозяина, и из благодарности за доставленное удовольствие ей и нужно только услужливо подставлять лицо. Вот и я постаралась удержать на языке то немногое, что все же попало на него, как можно преданнее глядя на хозяина, хоть и пришлось прикрыть один глаз из-за стекающей на него спермы.
После хозяин расположился на диване, но для нижних еще ничего не закончилось. Правда поначалу я обрадовалась – госпожа наконец освободила наши анусы от крючков, запретив хоть как-то менять положение тела, и мы продолжали старательно прогибаться, опасаясь, что из-за недостаточности изгиба спины в попку может вновь вставлен крюк. Но затем она сказала:
— Хозяин еще растрахает ваши задницы, но пока их надо подготовить.
Я забеспокоилась, и мои опасения почти сразу воплотились в жизнь! Сначала мой анус принялись трахать женские пальчики, все, по всей видимости, в анальной смазке – они входили так легко и непринужденно, словно я была анальной порнозвездой. Я была далеко не девственницей в попке, но не особенно любила давать туда, не ощущая такого удовольствия, как при вагинальном половом акте. Поэтому я стоически терпела надругательство - потому что это было гораздо лучше проходящегося по ягодицам стека и металла в анусе.
Потом и с Надей проделали нечто подобное. Скосив взгляд, я немного позавидовала, заметив определенное удовольствие на ее мордашке, испачканной в сперме... Она даже пару раз вздрогнула, едва не упустив молочко хозяина – во всяком случае тонкая ниточка с белесой капелькой на конце свесилась с вытянутого языка на десяток сантиметров...
Но вот потом... Потом в меня начали запихивать нечто округлое и скользкое от анальной смазки. Вообще я привычная к пробочке – и муж, и любовник обожали, когда я являлась в постель с этим аксессуаром, но очень быстро поняла, что на этот раз размер превосходит все допустимые пределы! Я заыкала от боли и ужаса перед тем, что меня сейчас порвут (не рискуя, впрочем, пролить или сглотнуть сперму на языке), но анальная пробка продолжала вползать в меня, хотя казалось, что еще хоть один миллиметр, и моя попка лопнет от натяжения... Слезы брызнули из глаз, стекая по щекам вместе с мужским семенем, но госпожа была неумолима, и вскоре сфинктер сжался на черенке, гораздо, гораздо более толстом, чем стандартный.
Я лихорадочно и часто-часто дышала, ощущая, что моя попка растянута на такой диаметр, что и члену хозяина будет не стыдно ее оттрахать. Впрочем, это было еще не все: госпожа несколько раз погоняла огромную анальную пробку туда-сюда, не прислушиваясь к моим стенаниям, а в конце, ощутимо улыбаясь, проворковала:
— Какая дырища образовалась! Дим, может даже сегодня сможешь поиметь сучку в задницу...
И чуть ли не с размаху забила пробку в анус, вызвав продернувшую все тело боль, почему-то отдавшуюся некоторым сладким ощущением....
А вот с Надей все прошло гораздо более спокойно. Рабыня лишь немного поморщилась, когда такая же чудовищная анальная пробка несколько раз оказывалась то в попке, то снаружи... Госпожа даже звонко приложилась к ее ягодице:
— Любишь анальный секс, сучка?
— Ы... ыыы... ыы... ыыы... ыы.. ы... – ответила соседка, что, очевидно, должно было означать: «Да, госпожа, сучка Милана любит анал!».
— Отлично, девчонки, - подал голос хозяин с дивана. – Госпожа на практике показала вам подраздел темы №3 о том, что нижние обязаны принимать хозяев в попку с той же легкостью, интенсивностью и амплитудой, как и во влагалище. То же самое касается и горла... А пока, девочки, может глотать!
Я проглотила сперму, находящуюся на языке и без промедления пролепетала, памятуя о том, что госпожа (скорее всего со стеком в руках) стоит сзади:
— Спасибо, хозяин!
Лучше поздно поблагодарить хозяина за то, что обкончал мою мордашку, чем получить плетей за забывчивость, хотя я и не была уверена, что нижняя должна говорить «спасибо», когда уже прошло несколько минут.
Надя, очевидно, пришла к таким же выводам, так воскликнула то же самое почти в унисон со мной. Мы все равно получили хлыстом по ягодицам, но почти не больно – во всяком случае до этого мне доставалось гораздо серьезнее. Ну, а что делать? Удел нижней - быть поротой так или иначе...
Мои выводы подтвердила и госпожа. Она вышла перед нами и, сложив руки в замок под подбородком (и сдавив груди с боков так, что проколотые колечками соски устремились прямо нам в лица), покачала головой:
— Какие же умницы! Нет, прямо не нарадуюсь: выставим каждую на аукцион сразу с максимальной ценой... Умницы! Представляете сучки, как я бы вас выпорола, если бы вы забыли поблагодарить хозяина. А так – лишь слегка получили за то, что открыли рот без разрешения – спустя продолжительное время после семяизвержения на вас....
Продолжение следует...
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.