Вообще-то я спортом толком-то и не занимался, во всяком случае, профессиональным спортсменом не являлся. Вот мой дядя - другое дело, в прошлом участник сборной области по лыжным гонкам, и на первенстве СССР участвовал. Досталась ему путёвка в санаторий для спортсменов; ему как ветерану дали бесплатную путёвку, да ещё на две смены. Но дяде было не до санатория: он делал ремонт у себя на даче, и путёвочка досталась мне. Есть в жизни счастье! Поехал отдыхать!
Доехал нормально. Определили меня в приятный, хоть и простой на вид домик №309. Он располагался чуть в стороне от основного скопления домов для проживания и всякой другой инфраструктуры. Как бы "на хуторе". И река рядом. Но домик был на двоих, и я, разложив вещи, тихо понимал, что волнуюсь в ожидании появления временного соседа. Спальня в домике была одна. Одна была и большая кровать. Зато две ванны и большая гостиная, ещё кухонька.
Я сидел в синих шортах и белой футболке на кровати и пальчиками левой руки ласково гладил свой пенис. Хотелось секса, спокойного секса с хорошим парнем. Пенис стал превращаться в фаллос, я тяжелей задышал, но до оргазма дело не дошло, и это был тот редкий случай, когда это было к лучшему, потому что я услышал шаги - кто-то подходил к дому. Кто-кто - мой сосед! Видимо, тот спортсмен, с которым мне предстояло прожить три недели; у него-то путёвка была на одну смену. "Хоть бы не старый, хоть бы не старый!" - звучало в голове, да и в головке тоже. Мой молодой хуй требовал внимания, мой член хотел другого молодого члена, прикосновений к нему, ласк.
- Есть кто?
Слава богу! Молодой!
- Есть.
- Здорово!
Накачанный крепыш, борец, наверное, щёчки гладкие - ещё не бреется, замашки, как у мужика, а ведь ещё телочек. Может, и девственник.
- Привет.
Мы пожали друг другу руки. Точно борец, такие борются и когда просто пожимают руки. Заряжены на борьбу, на противостояние. Так их тренеры, или, как они говорят, тренера, накручивают.
- Смотри-ка, койка одна!
- Да, я тоже удивился.
Он засмеялся, но в смехе этом не было стеснения, робости, маскируемой грубоватостью, или раздражения.
- Ну ладно, что ж, будем спать вместе. Ты по какому виду?
- Я, честно говоря, не спортсмен, мне дядя путёвку подарил.
- Ясно. А дядька кто?
- Лыжник был неплохой.
- Понятно. То-то я сразу засёк: не похож ты на спортсмена!
- Потому и не похож!
Посмеялись, я почувствовал к нему симпатию. Он был в широких, но коротких шортах и белой, точно облегающей его роскошный молодой торс маечке. Я смотрел на его руки, на плечи и сформированные тренировками мускулы. Его кожа сияла белизной от силы и, даже хотелось сказать, могущества. Ещё он весь отдавал свежестью. Двигался и рассуждал уверенно, чётко
Такая вот сила и неопытность, которую он боялся показать! Такой вот сплав! Ну как тут не встать молодому двадцатитрёхлетнему хую вроде моего. Интересно, сколько ему всё-таки лет?- А тебе сколько?
Он и мысли чувствует! Вот первый показатель сексуальной совместимости!
- Двадцать три, а тебе?
- У, так ты будешь за старшего; мне девятнадцать.
Мы осмотрели дом, где нам предстояло жить эти три недели, он разложил свои вещи. Всё время о чём-то болтали, о всякой ерунде. Ринат, так его звали, оказался общительным парнем, но в некоторых вопросах он был очень застенчивым. Например, на тему секса он повесил глухое табу. Но ему хотелось, очень хотелось! Я был почти уверен в том, что он девственник, что эту роскошную, не очень большую, зато очень молодую и свежую попу никто голой-то и не видел, никто из потенциальных любовников. Эти руки никто не гладил, его яйца, которые хотелось называть яичками, никто не целовал. Его член - интересно, какой он?
На второй день я специально задерживал на нём свой взгляд, ровно настолько, чтобы он заметил и постепенно осознал настрой моего внимания, но одновременно с тем я смотрел не дольше нужного, чтобы уверенных выводов он сделать не мог. Заговаривал я с ним о девчонках и по всему видел, что у него не было и их. Свежий, сверкающий своими прелестями, ляжками, бёдрами, коленями, спиной, животом, икрами, пяточками наконец, он был желанием во плоти, нереализованной секс-энергией, такой весь из себя, он терялся, когда видел, что я долго смотрю на его ногу. Мы играли в карты и на компе, купались. В душевой я оценил его попу, член видел совсем немного - Ренат быстро, правильней сказать, суетливо натянул трусы.
Однажды вечером он с деланной беззаботностью сказал:
- Слушай, а чего ты на меня иногда так смотришь?
- Как?
- Ну так!
- Ну как?
Играться с ним было легко, однако же, помня о его мускулах и, главное, не желая обижать такого парня, я предпочитал менять тему, якобы не замечая уровня его интереса к ней...
- Скажи честно?
- Что?
Он подошёл ко мне и положил свои тяжёлые руки мне на плечи; его учили, как делать больно!
- О! Извини, вот блин! Прости, пожалуйста! Я не хотел!
- Не нажимай так! Что ты хотел, Ринат, я не понял?
- Я просто подумал, за эти дни...
- Ну, что ты подумал?
- Я тебе нравлюсь?
Он сказал это как-то вскользь, боясь даже задуматься об этом подробно. Милый! Да тебя вылизать всего и никуда не отпускать, хороший мой!
- Ринат, понимаешь, такое бывает, тем более здесь девчонок нет, а секса хочется. Да, я посматриваю на тебя, ведь ты сексуален. Я только смотрел и...
- И что ещё? Договаривай!
- Да! Думай, что хочешь, но я онанировал на тебя. Да, я онанировал свой член, представляя твоё тело. Ринат, я нормальный парень, мне хочется секса, и я онанирую на того, кто рядом
Он, наверное, хотел многое сказать, но изрёк только:
- Ладно, я в душ.
- Без обид? - только и успел я бросить ему вслед.
- Без обид, - подтвердил он уже из ванной комнаты.
Ночью нам не спалось. Я понимал, что ему хочется попробовать, но он элементарно комплексует, не может подобрать слова для оправдательного перехода в поведении.
- Ринат...
- Что?
- Можно а поглажу твою грудь и живот... и ноги, если ты, конечно, не против.
Он взял паузу настолько, насколько ему позволила это сделать юная сперма розового девятнадцатилетнего члена, и, маскируя возбуждение сонливостью, сказал:
- Погладь, если тебе хочется.
- Хочется.
Я положил руку ему чуть ниже правого плеча и нежно повел её вниз, долго гладил его накачанную грудь. Эти прекрасные мышцы словно шептали, как им нравится то, что я их глажу, но обладатель их молчал, даже умудрился не задышать чаще.
- Ринат...
- Что?
- Можно потрогать?
- Что?
- Ну, член... сквозь трусы?
- Потрогай, только... Ооо!
Сильное возбуждение охватило Рината, он словно понял, как глупо скрывать то, что очевидно, когда твой собственный член уже сделал выбор и отчаянно сигнализирует тебе об этом. У него стоял - длинный, розовый, достаточно толстый, чтобы подумать об аккуратности анала!
Ринат потянулся к моим губам. Мы целовались, он ничего не умел, но он перестал маскировать свою девственность и неумелость, и потому его неопытность, став открытой, очень шла ему. Шла ему и заводила меня!
- Ринатик! Солнышко!
Этой ночью я ласкал язычком, губами, руками член Рината. Парень же учился основам минета. И луна служила нам приятным ночником, освещая наши страстные тела.
Я любил его сзади, и он меня. Иногда он начинал нервничать, но я говорил ему: "Расслабься, всё хорошо" или "Ринат, ты в постели, а не на борцовском ковре". Он расслаблялся, и у него всё получалось. Он как будто снимал, сбрасывал с себя всю ту пелену из нереализованных фантазий, желаний, из обид и стереотипов. Он сбрасывал сперму партнеру! Табу таяло! Он раскрепощался, он становился настоящим - без глупых масок! - раскрепощённым и естественным мужчиной. О, мой Ринат! Из робкого теоретика он становился практиком любовником! Ринатик-акробатик...
Волшебные дни, овеянные нашим чувством, пролетели быстро.
- Будем переписываться?
- Конечно, будем!
Я чмокнул его в губки, уже привыкшие к ласкам, не такие напряжённые в момент поцелуя, как бывало с ними раньше, помял его ровную попу и закрыл за ним дверь. Его путёвка кончилась. Такие дела!
В следующие три недели я жил один, ко мне никого не подселили. То ли никто не приехал, а может, не всем путёвки дарились - ну то есть это всё же недёшево.
Ринат написал смс-ку уже из электрички. Он был из маленького городка. Впрочем, какие в наше время расстояния! Конечно, я приеду к нему, сниму где-нибудь комнату, и мы будем заниматься сексом, ведь мы оба этого хотим. Он ещё далеко не ас в минете, вот и приму у него экзамен, к тому же окончательно разъясню, что и лишь трогая яички например, лишь касаясь члена, лишь гладя бедро, касаясь только попки, можно доставлять небесное удовольствие! Да, ему ещё многому надо научиться! Он хочет учиться, а я учить!
До встречи, Ринат!
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.