Роман с камнем.
Майк зевнул, утренний свет, проходивший сквозь белые шторы, омывал комнату блаженным сиянием. Он почесал затылок, ударив ногой по холмику у изножья кровати. Сев, он наклонился вперед, чтобы игриво погладить, скрытое одеялом тело.
— Пора вставать, Тинк. — Майк наблюдал, как холмик скользит к краю кровати и с глухим стуком исчезает за ее краем.
— Ой, — пробормотала Тинк, вставая и держась за зад. На ней была ночная рубашка на бретельках, одна из вещей, которую Майк заказал через аmаzоn в качестве ее парадного платья. Она носила свои жёлтые очки, отказываясь расставаться с ними даже ночью.
— Как спалось? — спросил Майк, выскальзывая из постели в одних боксерах.
Тинк ответила зевком, ее широкий рот обнажил десятки острых как иглы зубов. — Тинк, спать крепко. Майк занять всю кровать.
— Не правда, — пробормотал он. После тройничка в ванне Найя провела целый час, расчесывая волосы Тинк, а затем туго заплела их, начиная с основания ее рогов и заканчивая ушами. В конце концов Майк вышел из парадной двери, с опаской взглянув на качели, чтобы забрать заказанные им пакеты от аmаzоn; несколько сменных рубашек для себя и немного одежды, которая, как он думал, понравится Тинк. Тинк плакала, когда он показывал ей купленные майки — все они сидели на ней, как маленькие платья, хотя покрой был странный. Найя сообщила Майку, что Тинк умеет шить, и что гоблинша, вероятно, перешьет одежду, чтобы она была той в пору.
— Майк, занять всю кровать, много переворачиваться. Мужу-гоблину сниться плохие сны. — Тинк зашла в ванную первой, закрыв за собой дверь. Она не ошиблась — Майк, несмотря на то, что вечер закончился на лучшем моменте в его жизни, снова видел стандартные повторяющиеся кошмары. Он уставился на шрам на бедре, размышляя, почему его мозг продолжал переживать худшие моменты своей жизни в форме сна, его искалеченная мать кричала на него из прошлого.
— Ты в порядке? донесся из ванны голос Найи. — От тебя исходит странная энергетика.
— Всего лищь старые воспоминания, я в порядке. — Тинк спустила воду в унитазе, но дверь оставалась закрытой. Удивляясь, почему это длится столько времени, Майк открыл дверь.
Гоблин смотрела на воду, бурлящую в туалете, ее очки были надвинуты на глаза. Майк не осмелился спросить в чем дело, предпочитая ждать.
— Неисправная труба, — заявила Тинк. — Вода стекает недостаточно быстро. Неисправная труба. — Она посмотрела на Майка, ее глаза расширились сквозь очки. — Тинк может починить, но нужны запчасти.
— Как ты можешь быть уверена? — спросил Майк. Вода текла медленее чем обычно, но дом был старым.
— Тинк знает. — Она постучала по своим очкам. — Тинк хорошо чинить, но очки хорошо видеть, что нужно починить. Тинк говорит, скоро большая утечка воды.
— Черт. Безопасно ли пользоваться им сейчас?
— На данный момент в безопасности. — Тинк вышла из ванной, напоследок шлепнув Майка по заднице. — Нужен ремонт через пару дней, иначе большой бардак. Тинк заглянуть сегодня в подвал, проверить, куда идут трубы. — В животе заурчало. — Тинк идти после завтрака.
— Да, я приготовлю нам что-нибудь. — Крошечные царапины на его руках и ногах выглядели плохо, но больше не болели, что было хорошим знаком. Он вышел из ванной, по пути заглядывая в ванну. — Не странно ли то, что я не удивляюсь всему этому? Последние пара суток находятся вне моего понимания.
— Это то, что делает тебя хорошим кандидатом, — сообщил ему голос Найи. — Ты можешь справиться со всем этим, как раз потому что это ненормально. Когда ты дрался с Тинк, ты мыслил нешаблонно, чтобы убедиться, что она останется, даже если это означает совокупиться с гоблином. Я знаю, что отчасти ты сделал это для меня, но ты сделал это и для дома, сам того не осознавая. Если бы ты встретил возбужденную человеческую женщину, которая хотела бы отсосать тебе, у тебя бы случилась паническая атака и ты бы убежал.
Майк на секунду задумался об этом. Ная была права. Каким-то образом все это сумасшествие даже не воспринималось его паническим комплексом. — Моя двоюродная бабушка справлялась с этим так же хорошо, как я?
— В некоторых аспектах да, — ответила Найя. — Она быстро схватывала суть проблем, но не пользовалась твоим уникальным подходом к их решению. В ванне Найи раздался ее смех. — По крайней мере, не с самого начала. В этой ванне мы провели вместе много ночей, только вдвоем.
Честно, не знаю, как воспринять эту новость прямо сейчас. Майк натянул рубашку через голову. — Увидимся позже.
— Загляни как-нибудь в сад, — сказала ему Найя. — Я была бы рада компании.
— Это можно устроить. — Майк вышел из своей комнаты и молча пошел по длинному коридору. Он раздумывал над каждой запертой дверью, мимо которой проходил, считая каждую неминуемой западней. Что скрывалось за всеми этими безмолвными дверями? Со временем, он откроет все, проверяя каждую комнату на наличие еще одной Тинк или даже Сесилии.
При мысли о банши по его спине пробежал холодок. Ему нужно было помириться с ней, и он думал, что знает хороший способ. Он положил руку на перила лестницы, оглядывая остальную часть холла. Две двери по одной с каждой стороны зала и высокий черный шкаф с серебряными ручками.
Стоял ли этот шкаф вчера?
Звук бьющегося стекла напугал его. Он сбежал вниз по лестнице на кухню и увидел Тинк, хмуро смотрящую на разбитую миску. Она покраснела, когда увидела его.
— Тинк испугалась, — объяснила она, глядя на миску. — Но Тинк может починить.
— Не беспокойся. — Майк схватил метлу и подмел стекло. — Посуду проще поменять. — Тинк кивнула, следуя за ним в кухню. Майк вытащил из морозилки коробку с вафлями.
— Это вкусно? — спросила Тинк. Майк кивнул, запихивая их в тостер.
— еggоs? Лучшие, если знаешь, как правильно их подавать. — Достав из холодильника коробочку с маслом, он поставил рядом с ней сироп и арахисовое масло. Когда тостер щелкнул, он выложил вафли на свою тарелку, намазав их сначала сливочным, а затем арахисовым маслом. Он полил их сиропом и протянул Тинк. — Попробуй и скажи что ты думаешь?
Тинк взяла тарелку и принюхалась к вафлям. — Тинк не уверена, — сообщила она ему, прежде чем взять еggо. Она откусила небольшой кусочек, сироп и арахисовое масло потекли по ее подбородку.
— Ну и что ты на это скажешь? — спросил Майк.
— Думаю, муж-гоблин, научись готовить. — Она вернула тарелку Майку. — Тинк нужна настоящая еда. Она открыла холодильник, встав на цыпочки, чтобы заглянуть внутрь. Ее двойные соски поднялись из-за холодного воздуха. — Тинк нравится пицца.
— У нас закончилась пицца, но, может быть, это поможет. — Майк вытащил из морозилки пакет с пицца роллами. — Мы можем приготовить их на скорую руку.
— Используй духовку. Микроволновая печь для ленивых. — Тинк взяла у него пакет, чтобы прочесть инструкцию. — Тинк может приготовить. Майк доест вафли.
— Справедливо. Очевидно, у них с Тинк были разные вкусы в еде. Он заварил себе кофе, который Тинк попробовала с большим удовольствием. Тинк бесцеремонно вывалила весь пакет роллов на сковороду, и Майк мысленно вздохнул. Когда он закупался едой, он не учел, что нужно кормить еще один рот. Тинк нашла блокнот в одном из ящиков и была занята тем, что делала себе заметки, пока готовились пицца роллы. Майк просмотрел пачку входящих сообщений, в основном связанных с работой, когда наткнулся на письмо от Общества Сохранения Исторических Памятников.
Заинтересовавшись, он прошел по ссылке. Автор письма изложил всевозможные причины, по которым они хотели купить это место, но Майку был не досуг разбираться в них. Он удалил файл всего лишь после нескольких предложений.
— Покажи Тинк. — Гоблин появился между ним и ноутбуком, ее голова загораживала обзор. —Покажи Тинк, как использовать волшебный экран.
— Я покажу позже. Что ты записала в список? —Тинк протянула ему листок. Ее почерк был на удивление изящным, а курсивные буквы наводили его на мысли о свадебных приглашениях. Просматривая список, Майк почувствовал, как к горлу подступил твердый ком. Каждая строка была заполнена чем-то, что требовало починки. — Это список неисправностей только за одно утро?
— Тинк знать кое-что из прошлого. — Духовка пикнула, и Тинк отошла, чтобы забрать свой завтрак. Майк не мог не наблюдать за тем, как она тщательно осматривала каждую булочку между когтями, прежде чем засунуть ее в рот. — Перед сном Тинк вела журнал сломанных вещей, но Эмили не всегда покупать припасы для Тинк. Плохие дамочки не разрешать, — говорила она Тинк.
— Плохие дамы? — Майк подумал об электронном письме. — О, историческое общество. Да, очевидно, мы должны быть осторожны с ремонтом. Это место находится в государственном реестре, и мы должны следовать правилам или...
Или что? Очевидно, это был вопрос к Бет. Что мешало ему творить с домом все, что он хотел? Некоторые из пунктов в списке выглядели достаточно просто и он не видел ничего плохого в том, чтобы позволить Тинк поработать с ними.
— Эй, Тинк. — Тинк с полным ртом пиццы наклонила к нему голову. — Видишь вот этот пункт. Я планирую позаботиться о нем.
Тинк кивнула головой, глотая пицца роллы. — Ты делать хорошо, или Тинк разозлиться.
— Ага
— У нас есть запчасти для этого?— Тинк показать тебе. — Гоблин повела его в гараж, где он снова прошёлся сквозь лабиринт ящиков.
— Это твои книги? — спросил он.
— Нет. Тинк читала давно, но не эти книги. Они принадлежат... — Тинк остановилась, ее глаза погасли. — Как странно. Тинк забыть.
— Не так уж и странно, — пробормотал Майк. Тинк повела его вниз, в свое жилище под гаражом. Майк наклонил голову, чтобы уместиться, внимательно слушая, как Тинк описывает свою организационную систему. Она открывала различные ящики и коробки, показывая Майку, как все согласуется друг с другом, подобно адскому тетрису. Открыв третью коробку, Майк поднял руки, сдаваясь.
— Тинк, ты тут больше не живешь. Если можешь, не могла бы ты достать вещи из этих коробок и перенести их наверх к столу с инструментами?
— Тинк, торговаться. Майк убрать книги, Тинк убрать инструменты.
— Договорились. — Он поцеловал Тинк в лоб, и лицо маленького гоблина стало темно-зеленым от смущения. — Но это работа подождет. Прямо сейчас мне нужно немного WD-40, пара отверток и те ножницы, что я купил.
Тинк порылась в коробках, достала все, что нужно Майку, и сунула в небольшой ящик для инструментов, который она вытащила из-под скамейки. Она бросила туда несколько дополнительных предметов и передала ящик Майку. — Иди чинить, Тинк проверить трубы.
— Так точно. — Майк оставил гоблина позади, улыбаясь мелодии, которую Тинк напевала себе под нос. Он мельком оглянулся, наблюдая как она собирает свой собственный ящик с инструментами. Он пробрался через гараж, ненадолго задаваясь вопросом, сможет ли он открыть двери гаража, если попытается. Решив, что приключений достаточно, он выбрал долгий маршрут через дом, и очутился на переднем крыльце.
Качели раскачивались взад-вперед, непрерывно поскрипывая, но сегодня дул настоящий ветерок, а это означало, что Майк понятия не имел, была ли здесь Сесилия. Существовал простой способ узнать об этом.
— Привет? Сесилия? — Он подошел поближе, борясь с желанием закрыть глаза. Это было похоже на просмотр фильма ужасов со знанием того, что самое страшное впереди. — Ты здесь? — Качели мягко покачивались, не собираясь замедляться. Если бы банши не было, это значительно облегчило процесс. Он подошел к качелям, схватил цепь и, отцепив ее от рамы, опустил на землю. Когда ничего плохого не произошло, он осмотрел крючок наверху цепи.
Как он и думал, крючок частично разболтался, его поверхность покрылась ржавчиной. Глядя на бесполезные отвертки, которые он выбрал, он обнаружил гаечный ключ, который Тинк прятала от него. Он рассмеялся, используя гаечный ключ, чтобы провернуть крючок. Крючок не поддавался, и Майк использовал несколько капель WD-40, чтобы продвинуться вперед. Ему потребовалось несколько минут, но в конце концов у него получилось разьединить детали.
Используя тряпку, Майк хорошенько отчистил винт, стараясь соскрести всю ржавчину. Осмотрев винт, он заглянул внутрь отверстия рамы. Она тоже был покрыта ржавчиной. Он воспользовался одной из отверток, чтобы прочистить отверстие, отделив немного ржавчины и грязи. Вставив винт обратно, он плотно закрутил его. В рамках эксперимента Майк потянул за него, и соединение выдержало нагрузку.
— Проще простого, — пробормотал он, поднимая цепь. Подняв руку, чтобы снова закрепить ее, он почувствовал, как волосы на его затылке зашевелились, когда температура резко упала. Повернувшись на месте, он увидел, что банши была всего в футе от него, ее тело парило в нескольких дюймах от земли, обе руки сжаты по бокам. Ее лицо представляло из себя искривленную маску, Сесилия глубоко вздохнула и открыла рот.
— Подожди! — закричал Майк, бросив цепь и вытянув руки перед собой. — Просто выслушай меня! — Он опустился на колени, поднял цепь и скамейку, зацепив ее через винт с проушиной. Осторожно поглядывая на Сесилию, он сел на качели, и слегка оттолкнулся. Скользя взад-вперёд, качели на крыльце безмолвствовали, лишь рама тихо шелестела над ними. — Я знаю, что тебе нравятся качели, поэтому я решил починить их для тебя.
Призрачные черты Сесилии смягчились, ее руки потянулись, чтобы коснуться движущейся цепи. Она мягко скользнула вокруг Майка, сев рядом с ним на качели. Воздух у ее кожи был прохладным, и она закрыла глаза, вздохнув.
— Спасибо, — сказала она мягким голосом с ирландским акцентом. Молочные глаза смотрели вдаль, ее рука лежала на скамейке, упираясь в его колено. — Я ценю это.
— Не за что. Кстати, меня зовут Майк. Майк попытался встать, но Сесилия сжала его ногу, удерживая на месте.
— Я сожалею о том, что было раньше. Она повернула к нему незрячие глаза. — Пожалуйста, останься со мной ненадолго. Мне уже давно не с кем было поговорить.
Майк мог придумать о многих делах, которыми он хотел заняться вместо этого, но поведение Сесилии не только резко отличалось от прежнего, он не мог не заметить, насколько она мила.
— Хорошо, конечно. Я могу остаться ненадолго.
— Спасибо. — Сесилия качалась на качелях рядом с Майком, молча несколько минут. Более чем с любопытством, Майк уставился на банши. Ее белая одежда была простой, но скроенной для ее тела, а кудри были такими же белыми, как и она сама, хотя они заканчивались жутковатыми шипами, которые расходились вокруг нее, как будто она сидела на генераторе Ван де Граафа.
Холод ее руки проникал сквозь джинсы. Неловко, он просунул свою руку под ее, слегка приподняв последнюю.
— Надеюсь, все в порядке, — сказал он ей, и легкая ухмылка скользнула по ее лицу.
— Ты первый мужчина, который взял меня за руку за много лет, — сообщила она. — Последним, кто сделал это, был... — Все ее тело вздрогнуло, как будто ее пронзил шок.- -...кто-то, чье имя я не могу вспомнить.
— Ага. — Майк не мог не заметить, насколько мягкой была ее кожа. Чем дольше он держал ее руку, тем теплее та становилась. — Теперь, когда ты не злишься на меня, ты не похожа на банши.
Это вызвало у Сесилии хмурый взгляд. — Банши — это то, кто я есть, а не то, как я живу. Раньше я гордилась этим, это была достойная работа.
— Работа?
Сесилия кивнула. — В каждой семье была своя банши. Моя работа заключалась в том, чтобы вести умерших в загробный мир, когда они покидали этот. Никто не любит банши за то, что они представляют, но люди нуждались в нас, за то что мы делаем, и мы продолжим вести души людей в вечность.
— Значит... загробная жизнь реальна?
Сесилия кивнула. — Очень даже. Когда Эмили умерла, мне было позволено направить ее душу к месту упокоения.
— Это... — Тут было над чем поразмыслить. — На что это похоже?
Сесилия улыбнулась. — Когда-нибудь ты узнаешь.
— Честно говоря, я стараюсь не думать об этом. —Майк вздрогнул. — В молодости, я был близок к тому чтобы покинуть этот мир.
— Я это сразу подметила. В твоей душе есть какое-то сродство к нему. — Лицо Сесилии расплылось в зловещей улыбке. — Скажи мне, ты... — Ступени заскрипели и Сесилия замигала, пропав из поля зрения. Женщина лет сорока медленно поднималась по деревянной лестнице в сопровождении гораздо более молодой особы. Ее длинные черные волосы были туго заплетены в пучок, но оставшиеся излишки были убраны в длинную косу. На ней была простая серая юбка со скромной белой блузкой. Ее темные глаза обнаружили Майка, и женщина остановилась наверху лестницы.
— Вы мистер Рэдли? — Ее тон был командным и формальным.
— Это я. — Майк встал, пересекая крыльцо. Он хотел пожать ей руку, но его желудок внезапно сжался, вызывая сильную боль. Вместо этого он схватился за перила.
— Меня зовут Элизабет. Это моя дочь Сара. — Темные волосы Сары разметались по ткани ее красного пиджака, приятно играя на солнце. Ее юбка подходила к пиджаку, а топ с глубоким вырезом был подчеркнут мерцающим кулоном из голубого камня, опасно свисающим между ее больших грудей. — Мы из Общества Сохранения Исторических Памятников, и я хотела бы поговорить с вами.
Во рту у Майка необъяснимо пересохло, его натянутая улыбка подрагивала. Что-то в Элизабет вызывало у него больше чем просто тревогу, внутреннее чувство, которое он не мог игнорировать. — Конечно, почему нет.
— Отлично, мистер Рэдли. — Элизабет осталась на месте, не сводя глаз с Майка. Майк увидел, как Сара смотрит на дверь дома. — Может быть, будет лучше, если мы зайдем внутрь?
Майк сразу подумал о Тинк, бродящей по дому в одной майке и очках. — На самом деле, я бы предпочел, чтобы мы говорили здесь. Внутри душно, и я не ждал компании.
— Тогда мы можем поговорить здесь. — Элизабет держала папку, и Майк сразу узнал в ней ту самую, что Бет забрала с собой вчера. — Вчера вечером агент по недвижимости сообщил мне, что вы отклонили наше предложение купить эту недвижимость, даже не удосужившись взглянуть на него.
— Эм, да, я отклонил предложение. — Это было странно, но он не мог не заметить, что Элизабет стояла на верхней ступеньке крыльца, а не на самом крыльце. — Я решил что буду жить здесь.
— Один? — спросила Сара, ее хищные глаза сканировали окна. Если Элизабет создавала в нем образ сумасшедшего директора школы, то Сара была полицейским, который остановил его и был готов разбить заднюю фару.
— Большую часть своей жизни я был один
Что, черт возьми, происходит? — Я не уверен, почему это должно изменится в ближайшее время.— Ну, это довольно большое место для одного человека, мистер Рэдли. — Улыбка Элизабет не затронула ее глаза. — И я не могу не чувствовать себя оскорбленной. Вы даже не подумали рассмотреть наше предложение. — Сара отступила на шаг от матери, чтобы получше рассмотреть окна второго этажа.
— Почему вас так интересует это место? — спросил Майк, прислонившись к перилам.
— Это был один из первых домов, построенных в этом районе, — сказала ему Элизабет. — Построен таинственным архитектором и оплачен неизвестным благотворителем. Этот дом — загадка, скрывающаяся у всех навиду, и Общество Сохранения Исторического Наследия заинтересовано не только в том, чтобы ответить на эти вопросы, но и в том, чтобы сохранить первоначальную красоту дома.
— Ну, если это ваша главная забота, то вы должны знать, что я не собираюсь ничего здесь менять.
— Но ухаживать за таким местом одному человеку будет очень тяжело, вы согласны, мистер Рэдли? — Сара всю дорогу пятилась вниз по ступенькам, щурясь на тени под крыльцом.
— У меня уже есть кое-кто, кто поможет с этим. Майк скрестил руки. — Могу я чем-нибудь помочь вашей дочери?
Сара присела на корточки, осматривая кусты, в которые вчера упал Майк, нежно касаясь ветвей руками в перчатках. Удивленная тем, что Майк наблюдает за ней, она резко встала.
— Она была очарована этим местом с тех пор, как была маленькой девочкой, — сообщила ему Элизабет. — Мне бы хотелось, чтобы на этот раз вы действительно рассмотрели наше предложение, мистер Рэдли. Тщательно обдумайте его. Я обещаю вам, что этот дом станет для вас бременем, которое женщины Общества будут более чем счастливы взять на себя. — Она протянула папку.
— Я посмотрю, но не обещаю. — Майк взял папку, и Элизабет на мгновение пркоснулась к его пальцу. Он почувствовал крошечную искру, и вдруг улыбка Элизабет наконец достигла ее глаз.
— Мы свяжемся с вами, — сказала она ему, спускаясь по ступеням и дорожке на улицу. Сара ухмыльнулась, следуя за матерью к спортивному автомобилю, частично припаркованному на подъездной дорожке. Он не стал махать рукой, когда они с ревом отъехали. Ощущение холода в животе исчезло, оставив его наедине со своими мыслями.
— Что за парочка гребаных чудачек, — пробормотал он, уставившись на документы в своих руках. Он открыл файл, обнаружив набор юридических документов и денежное предложение, которое было слишком щедрым. Майк не мог не заметить, что сделанное предложение относилось и к имуществу дома.
— Ок, понятно. — Майк закрыл папку и вошел в дом. Найя ясно дала понять, что есть люди, которым нужен дом из-за его обитателей (сколько бы их там ни было), и теперь странное поведение Элизабет и Сары обретало смысл.
Ну, почти. Очевидно, Сара надеялась взглянуть на одного из монстров, и ее поведение было далеко от нормального. Элизабет вела себя достаточно любезно, но он слишком хорошо знал маску, которую она носила. Его собственная мать надевала такую каждый раз, когда им нужно было новое место для ночлега, каждый раз, когда ей нужно было сторговаться ради еще одной недели на диване. Это женщина, которая привыкла добиваться своего.
Он сидел за своим компьютером, на сайте Общества Сохранения Исторических Памятников. Там было несколько членов, и небольшое расследование показало, что Элизабет и Сара действительно были частью этого общества. Он нахмурился, глядя на их улыбающиеся лица. Взглянув на папку, он выбросил ее в мусорное ведро. Если эти двое знали, знали о доме, ему нужно было придумать, как отвлечь их внимание на что-то другое.
Однако это могло подождать. Он вышел на крыльцо, надеясь завязать новый разговор с Сесилией, но банши так и не появилась. Захватив ящик с инструментами, он прошел сквозь дом и вышел в сад. Фонтан струился свободно, и несколько маленьких птиц купались в верхней чаше. Найя, плавающая в воде, держала одну руку в воздухе, и два маленьких зяблика радостно чирикали на кончиках ее пальцев.
— О чем они говорят? — спросил Майк, ставя ящик с инструментами. Он не мог не заметить, что фонтан Найи был чист, но все вокруг было покрыто грязью и илом из-за вчерашней уборки.
— Птицы рассказывают мне о посетителях, которые приходили сюда, — сказала Найя, взмахнув рукой. Зяблики взлетели, приземлившись в бассейне, чтобы присоединиться к своим собратьям. — Тебе было тошно находиться рядом с ними, да?
— Ага. Как ты узнала?
— Это то чувство предвидения, о котором я тебе говорила. Эти женщины станут проблемой, я почувствовала твои опасения. — Вода помогла принять ей сидячее положение. — Чего они хотели?
— Они хотят купить это место. Я думаю, они знают, что что-то не так, потому что одна из них все время пыталась заглянуть в окна.
— Даже если бы ей удалось, она бы ничего не увидела. Если ты не пригласишь человека внутрь, Гиас защитит нас от постороннего наблюдения. Тинк может голой стоять в дверях дома, и он покажется наблюдателю пустым.
— Это пугает. — Майк сел на край фонтана. — Да, когда они захотели войти внутрь, мне стало очень неуютно.
— Это из-за магии. Всегда прислушивайся к этим чувствам.
Майк кивнул. — Не беспокойся, так и сделаю. О, я разговаривал с Сесилией. На этот раз она не кричала на меня, и мы немного поболтали.
Найя кивнула. — Эмили всегда говорила мне, что Сесилия очень добрая.
— Было приятно с ней пообщаться. Здесь все монстры такие? Вы все дружелюбные?
Найя пожала плечами. — Хотелось бы ответить «да», но не могу сказать наверняка. Было бы логично, если бы мы все хорошо реагировали на заботу о себе — это дом должен быть нашим убежищем, нашей крепостью. Прошли те времена, когда монстры бродили по земле свободно. Хотя для многих из нас такой исход правилен. Некоторые относились к человечеству как к источнику пищи или своим игрушкам.
— На самом деле люди делают то же самое друг с другом. — Майк хмуро посмотрел на воду.
— Как твоя мама? — спросила Найя.
Майк кивнул. — Худший образец. Я провел годы, думая, что однажды она полюбит меня, примет меня, проявит доброту, но это приносило лишь неизбежную боль. Я никогда не смогу достичь этой близости, так что... — Майк пожал плечами. — Что есть, то есть.
Найя села рядом с Майком, проводя ладонями по его рукам. — Я знаю способ отвлечь тебя от этого, — предложила она.
Майк рассмеялся. — Это потрясающее предложение, но если я собираюсь заботиться об этом месте, мне действительно нужно заняться делом. — Он указал на грязь вокруг фонтана. — Между прочим, это просто отвратительно.
— Поверь мне, я знаю. Все это застряло в русле моего источника, и было похоже на простуду или синусит. Очиститься от этого было так приятно.
— Бывают ли у нимф инфекции носовых пазух? — спросил Майк.
— Нет, но не забывай, я в твоей голове. Я знаю что ты чувствуешь, любимый. — Она поцеловала его в шею. — У ворот под кустами есть водосточная труба, которая ведет на улицу. Если ты возьмешь швабру, я могу снова затопить это место, и ты сможешь направить всю грязь туда.
— На самом деле это неплохая идея. — Майк проверил гараж и практически сразу нашел то, что было нужно. Тинк, возможно и спрятала большую часть инструментов, но все крупные вещи были на своих местах. Взяв большую метлу, он возвратился в сад. Найя изо всех сил старалась изобразить лист, плывущий по поверхности воды, птицы по очереди приземлялись ей на пальцы и чирикали.
— Ты готов? спросила она.
— Не совсем. — Статуя, спрятанная возле двери, снова привлекла его внимание. — Что ты знаешь о ней?
— Не так уж много. Она утопает в лианах. — Найя стояла на краю фонтана. — Хотя кажется знакомой.
— Я купил садовые ножницы. — Майк вытащил их из ящика с инструментами. — Меня всегда восхищали статуи. Когда я был ребенком, я жил рядом с парком со множеством скульптур, окруженных озером. Я выходил на этот маленький остров, на который можно было попасть по пешеходному мосту, и сидел там в тени этих статуй. — Майк осмотрел лианы, обрезав их у основания статуи, а затем размотав. — Мы все время переезжали, поэтому всякий раз, когда мы были достаточно близко к парку, я останавливался и просто сидел там некоторое время. Был один набор статуй, три стоящие фигуры и пустое пространство между ними, как если бы четвертой скульптуры не доставало. Иногда я стоял на этом месте, лет на сто желая превратиться в камень, чтобы посмотреть чем все это закончится.
Майк работал быстро, отрезая ветки и сдирая их. Прошло полчаса, прежде чем он освободил статую из лиственной тюрьмы. Это была женщина с опущенной головой и закрытыми глазами. Ее нижняя часть лица и все тело были покрыты мантией, которая облегала ее фигуру так плотно, что он мог провести руками по ее груди, единственному признаку, указывающему на то, что она женщина.
Что думаешь? — спросила Найя.
— Эм, это статуя. — Майк отодвинулся, чтобы она смогла ее увидеть. — Она красивая, но тот, кто ее вырезал, не хотел возиться с деталями. По крайней мере, она свободна от всего этого дерьма. — Он бросил лианы в кучу
Сад был полон кустов и в основном увядших цветочных горшков, и они не походили на лиану, которую он держал. Как ни странно, лиана не росла ни на одном из кустов. Вместо этого она обвивалась вокруг нескольких из них чтобы показаться на поверхности статуи. Он потянул за лиану, пытаясь отыскать ее корни.Сад простирался вдоль задней части дома. Лианы были прижаты к дому, спрятанные за кустами, растущими вдоль внешней стены. Продвинувшись, он посмотрел вдоль стен дома. Он был совершенно уверен, что смотрит в окно главной спальни.
Двор расстилался перед ним, открывая вид на большую лужайку. Повсюду были раскиданы лианы, они прижимались к бетонной стене, огораживающей участок, и тянулись вверх по стене дома. Все они пришли из оранжереи, расположенной в углу двора, три стеклянных панели которой были разбиты и выпускали эти лозы.
— О Боже. — Майк покачал головой. Какого хрена он пропустил гигантскую оранжерею? Экскурсия, которую Бет устроила ему в первый день, ни в коем разе не была всеобъемлющей, но он полагал, что даже беглый взгляд в окно выявил бы весь этот бардак. Теплица была размером с гараж, и каждая целая стеклянная панель изнутри была заляпана грязью.
Нет момента лучше настоящего. Майк подошел к двери, запах земли заставил его поморщиться. На двери оранжереи красовался большой серебряный рычаг. Он попробовал повернуть его, и нахмурился, когда тот не поддался. Гремя дверью, он был разочарован, когда она не поддалась. Пригнувшись, чтобы лучше рассмотреть дверь, он заметил, что нужен ключ.
— Конечно, — пробормотал он. Он созерцал раскинувшиеся лианы, раздумывая, следует ли ему нарезать их или засунуть обратно в теплицу. С одной стороны, порубить их было бы легко. С другой стороны, он мог убить растение, и мысль о том, чтобы просто уничтожить лианы, снова вызвала у него это странное чувство в животе.
Одна из лиан дернулась, изогнувшись, как змея, пробуждающаяся ото сна.
— О, черт! — Пучок ветвей задергался, распустившись настолько, чтобы заполнить лужайку. Майк помчался к дому, стараясь избегать лиан. Подойдя к узкой щели между кустами и домом, он увидел, что лианы растут, расползаются и обвивают все, к чему прикоснуться. Он пробирался сквозь них, рассчитывая свои прыжки так, чтобы не задеть их. В поле зрения появился фонтан и Найя, стоящая у его края с маской беспокойства на лице.
— В чем дело? — спросила она, не сводя глаз с лиан, подбирающихся к фонтану. Их глаза встретились как раз в тот момент, когда лианы поднялись в воздух, и пара из них схватила его ноги.
— Дерьмо! — Майк вытащил ножницы из заднего кармана и перерезал, обвивавшие его лианы. Вырвавшись на свободу, вокруг него появилось еще больше отростков, которые приблизились и выбили ножницы из его рук. Он добрался до края фонтана как раз в тот момент, когда его ноги снова схватили. Найя держала его за запястья, пытаясь вытянуть в воду. Майк кончиками пальцев цеплялся за фонтан, но еще больше ползучих лоз нашли его, спиралью обвивая ноги и талию.
— Майк! — закричал Найя, его хватка ослабла. Она крепко сжала его руки, но лианы были слишком сильны. Вырвав его из хватки Найи, они тащили его через двор, пальцы царапали каменные плиты и грязь, в попытках ухватиться за что-нибудь. Перевернувшись на спину, он увидел приближающуюся оранжерею, голодные лианы извивались в предвкушении пиршества.
— На помощь! — закричал Майк, хватая лианы руками. Они закрутились вокруг его рук, не давая двигаться. Его протащили через окна оранжереи, разбитые стекла порезали руки. — Блядь!
Листва мешала ему разглядеть помещение, а затем внезапно перед ним раскинулось обширное пространство. Открыв рот, чтобы закричать, воздух застыл у него в легких, когда он понял, что находится не внутри оранжереи, а где-то совсем в другом месте. Над ним блестело темно-синее небо, а стены оранжереи обрывались, открывая во все направления целые джунгли. Наклонившись вперед, он увидел, что лианы тянут его к скалистому уступу.
Вот оно, то самое чувство. В его мозгу наконец сгорел последний предохранитель. Было ли все это реальным? Он все еще спал? Был ли он в психушке, странный мужик, который дрочит, притворяясь, что трахает гоблинов и нимф?
Мир наполнился звуками разбитого стекла, и Майк услышал, как позади него что-то тяжелое ударилось о землю. Звук шагов быстро приблизижался, а затем небесный свет был заслонен темной фигурой. Край утеса приближался, существо над ним отчаянно цеплялось за лианы острыми, как бритва, когтями. Ветви хлестали его спасителя, который даже не вздрогнул, когда они впивались в его кожу.
Руки Майка внезапно освободились, и он крепко ухватил фигуру за лодыжки. Он был удивлен, ощутив прохладную, грубую текстуру камня под своей кожей, но ему было все равно. Прямо сейчас существо в воздухе одерживало верх.
— Срежь те, что у моих ног, — сказал он, подтягиваясь к существу обеими руками. Еще больше лоз перехлестнули через край утеса, цепляя обоих. — Приближается еще больше.
Одна нога была свободна, а вслед за ней и другая. Поднявшись на ноги, они попытались убежать с уступа, но ползучие лианы создали позади них стену из ветвей, отрезав путь к бегству.
— Mеrdе! — Его спасительница выругалась, обвивая его каменными, но женственными руками. Она без усилий оторвала его от земли, и спрыгнула с утеса, крепко сжимая его. Крылья почти двадцати футов шириной поймали поток ветра, и они взмыли в прекрасное небо. Майк смотрел на джунгли, простирающиеся на многие мили во всех направлениях.
— Что это за место? — крикнул он что есть сил, стараясь перекричать ветер. Его спасительница изо всех сил пытался набрать высоту, пока они летели вдоль края утеса к массивному водопаду. Несколько скалистых уступов пересекли водопад, словно гигантские ступени, и они тихо приземлились на один из них примерно посередине.
— Это оранжерея. — В ее голосе чувствовался сильный французский акцент. Она отпустила его, и он сделал шаг назад. Ее гигантские крылья мягко укрыли каменное тело, а когти втянулись в пальцы. Затем крылья превратились в плащ, укрывающий ее обнаженную кожу. Ее лицо было женственным, кроме широко посаженного носа, прижатого к лицу, и темных, как обсидиан, глаз. Короткие угольно-черные волосы были зачесаны за слегка заостренные уши. Когда ее плащ вернулся на место, Майк узнал статую, которую освободил от лиан.
— Не похоже на те оранжерии, которые я посещал, — сказал он, указывая на джунгли. — Это место нереально.
— Не нереально. Невероятно. — Она скрестила руки. — А теперь я должна спросить, кто ты и что здесь делаешь.
— Меня зовут Майк. Я унаследовал это место от моей двоюродной бабушки Эмили. — Майк сел, когда адреналин наконец улетучился. — Я здесь всего пару дней.
— Ты новый хранитель? Понятно. Это многое объясняет. — Она посмотрела на утес, туда где лианы, жадно плетущиеся вокруг, пытались найти свою добычу. — Это Мандрагора. Должно быть, она очень голодна, раз вырвалась из теплицы. Скоро тебе придется насытить ее.
О Боже. — Что, черт возьми, оно ест?
— В основном мясо. А еще она обожает сыр и вино.
— Как растение. .. знаешь что? Это не имеет значения. Спасибо, что спасла меня.
— Всегда пожалуйста. — Она склонила голову перед ним. — Меня зовут Абелла. Моя работа — охранять дом. Когда Эмили умерла, я погрузилась в глубокий сон и я прошу прощения, что не поприветствовала тебя раньше.
— Ты вся была увита лозой мандрагоры, — сказал Майк.
Абелла нахмурилась. — Это объясняет, почему я не проснулась когда ты появился. Мандрагора высасывала из меня жизненную эссенцию. Это нехорошо. Значит, я спала гораздо дольше, чем думала.
— Мне казалось, растение ест мясо?
— Что может быть питательнее, чем жизненная энергия? Мандрагора не могла ни съесть меня, ни сдвинуть с места, поэтому она питалась моей энергией через кожу.
— Но что ты за существо? Ноги Майка внезапно онемели. Он потер их, его мышцы покалывало.
— У моего вида много имен, но люди называют нас горгульями, — ответила Абелла.
— Разве вода не должна течь из твоего рта? — спросил Майк.
— Если отрубить мне голову и прикрепить ее к зданию, то да. — Абелла нахмурилась. — В любом случае, я. .. — Ноги Абеллы внезапно подкосились, и она упала на землю, хватая ртом воздух.
— Ты в порядке? — спросил Майк.
— Нет. Абелла подползла к Майку и легла на камень рядом с ним. — Как давно умерла Эмили?
— Прошла уже пара лет.
— Я говорила ей, что нужно подготовить преемника. Мандрагора забрала слишком много жизненной силы. Мне нужно немного отдохнуть, прежде чем мы сможем выбраться отсюда.
— Все в порядке. Я счастлив, что остался жив. — Майк придвинулся поближе к Абелле, его ноги все еще покалывало. — Могу я что-нибудь для тебя сделать?
Абелла молчала, ее глаза были закрыты. Теперь, когда она была рядом с ним, он понял, что она всего лишь около пяти футов ростом. У нее были большие ноги, три гигантских пальца с когтями на них, и толстый мускулистый хвост, спрятанный под крыльями. Майк крепко прижался к ней, чувствуя медленный ритм ее дыхания.
Майк закрыл глаза всего на несколько секунд, по крайней мере, так ему казалось. Когда он проснулся, небо над ними почернело, далекие грозовые тучи метали молнии. Сев, он с радостью обнаружил, что его ноги теперь в порядке.
— Майк? — Голос Абеллы был не громче шепота
Не думал, что просплю так долго. — Он встал и потянулся. — Ой, черт, затекло все тело. Как ты себя чувствуешь?— Плохо. — Абелла приняла сидячее положение. — К тому же мне не нравится вид этой бури.
— Не может быть, чтобы... — Вспышка света ослепила его. Через несколько секунд гром достиг водопада.
— Мой вид создан для того, чтобы выдерживать бури, а твой — нет.
— Думаю, я мог бы выбраться отсюда. — Майк уставился на отвесные стены над ним. — После того, как кто-то любезно установит здесь лестницу.
— У меня есть идея, но она тебе не понравится. — Абелла опустила взгляд.
— Я открыт ко всему новому. Что ты имеешь в виду?
— Я существо из камня. Мне потребуется некоторое время, чтобы восстановиться. Однако, ты уже выздоровел. Люди — источники жизни, поэтому они являются такими хорошими источником пищи.
— Пока тебе не удалось продать мне свое решение, — пробормотал Майк.
— Если бы ты... отдал мне немного своей сущности, у меня было бы достаточно энергии, чтобы улететь отсюда. Пальцы Абеллы надавливали на складки ее крыльев, наблюдая, как они вновь расправляются.
— Звучит не так уж плохо. Мы говорим о магии, о кровавом пакте или о чем-то другом? «Пожалуйста, пусть это не будет кровавым пактом», — подумал про себя Майк.
— Это похоже на магию. Древнюю магию. — Абелла отвернулась от него. — Ты мог бы дать мне свою сущность, как... как человек дал бы...
— Ты говоришь о сексе? Майк был удивлен, увидев, что Абелла сжалась при этих словах. Она кивнула, глядя вдаль.
— Мой вид и ваш ненавидят друг друга, но я хочу, чтобы ты знал, что я другая. Именно поэтому я была спасена и приведена сюда, чтобы защищать этот дом. И хотя я уверена что ты предпочел бы сотни разных человеческих женщин, прежде чем ты обратишь внимание на такое отвратительное существо, как я... Все же думаю, это сработает.
Майк с удивлением смотрел на застенчивое существо, снова обнаружив себя в затруднительном положении. В случае с Тинк речь шла о том, чтобы защитить ее от рисков внешнего мира, на этот риск он пошел ради общего блага. Однако теперь речь шла о его собственном спасении. У Абеллы было мускулистое телосложение, почти как у рептилии. — Ты сделаешь это для меня? — спросил он.
— Это мой долг, — сказала шепотом Абелла.
— Возможно, это твой долг, но я не верю в то, что нужно заставлять других делать то, чего они не хотят. Я лучше рискну, чем буду чувствовать себя мешком с дерьмом каждый раз, когда смотрюсь в зеркало.
Абелла пробормотала что-то, что было потеряно из-за очередного раската грома.
— Что ты сказала, — переспросил Майк.
— Не то чтобы я не хотела, — прошептала Абелла.— Просто я боюсь что ты не захочешь этого.
— Честно сказать я не понял тебя. Майк был уверен, что опускает важную деталь.
— У меня. .. — вздохнула Абелла. — Другие горгульи думали, что я странная, потому что люди - мой фетиш.
Майк едва не рассмеялся, почти нарушив тишину между ними. Человеческий фетиш? Это было нечто обратное фурри?
— Человеческий фетиш. — сказал Майк, и Абелла кивнула.
— Вот почему я пришла сюда. Мне нравится находиться рядом с людьми и общаться с ними, это запрещено во внешнем мире. Горгульи — ужасный вид, они довольствуются убийством ради развлечения. Они свирепо защищают свою территорию и последнее что я о них слышала, то что большинство из них уничтожено, а остальные прячутся как статуи. Я не хотела для себя такой жизни. Мне нравится смотреть на улыбку ребенка или на то, как человеческая женщина укладывает прическу. Мне нравится, ощущать твою гладкую и мягкую кожу, а также...
— Ты когда-нибудь была с мужчиной? — спросил Майк, вставая на колени рядом с ней.
— Нет. Абелла смотрела вдаль. — Я слишком боялась попробовать. Как найти мужчину, который сможет разглядеть во мне женщину, так чтобы остальные части моего тела его не беспокоили?
— Это просто. — Майк погладил каменные кудри Абеллы, наклонив ее лицо к себе. — Видишь ли, мне трудно находиться среди себе подобных, и я быстро обнаруживаю, что то, что мне нравится, выходит за рамки нормы. — Он прижался своими губами к ее губам, поражаясь тому, насколько твердыми они были. Прервав поцелуй, он заглянул ей в глаза. — Знаешь, надвигается буря.
Он взялся руками за края ее крыльев, и начал оттягивать их от тела, освобождая обнаженную плоть. Ее груди были гладкими, и в то же время гибкими. Отсутствие сосков на мгновение сбило его с толку, но у нее перехватило дыхание, когда он сжал ее каменные груди. Даже со всей своей силой он смог лишь слегка сжать их.
— Так приятно? — спросила она его, поглаживая его твердеющий член сквозь штаны.
— Да, — ответил он, опуская руки к ее бедрам. У нее не было пупка. В будущем он еще расспросит ее об анатомии горгулий. А пока он целовал ее каменную кожу, благодарный за легкие вздохи, которые она издавала. У него не было никакого другого способа узнать, могла ли она вообще чувствовать что-либо. Он исследовал ее тело руками, восхищаясь мускулатурой бедер.
Вдалеке снова прогремел гром. Майк оглянулся, наблюдая за нарастающими грозовыми тучами. — Знаешь, обычно я предпочитаю делать это не спеша, но ты не возражаешь, если я немного ускорюсь?
Абелла задыхалась. — Ты должен быть сверху. Иначе я могу раздавить тебя.
— Звучит справедливо, — подумал Майк, раздвигая руками ее ноги. Складки ее вульвы образовывали треугольник вместо обычной щели. Проведя пальцами по краям, он обнаружил, что камень здесь мягче, и похож на грубую кожу. Абелла возилась с молнией на его джинсах, испустив удивительный вскрик, когда его член выскочил из ширинки.
— Я никогда раньше не видела его так близко, — сказала она, поглаживая его член.
— Только... не сжимай так сильно, ладно? — Абелла кивнула, ослабляя хватку. Он облизнул пальцы, и провел ими по складкам ее вагины. Ее влагалище тоже было треугольной формы, и потребовалось некоторое усилие, чтобы ввести в нее два пальца - он был благодарен, обнаружив, что она была очень мокрой, прямо тут у самого входа. Он понятия не имел, как можно трахать это без какой-либо смазки.
— Пожалуйста, — умоляла его Абелла. — Я хочу почувствовать внутри себя человеческий член. Сделай это!
Майк высвободил пальцы. Ее вагинальные выделения были темными, маслянистыми, и пахли черной лакрицей. Он сделал несколько движений и прижал свой член к ее отверстию, поражаясь тому, как оно распахнулось, когда он вошел в нее.
— Ох ох ох! — Абелла поймала Майка в ловушку своими мускулистыми ногами, крепко притянув его к себе. Она растянула свои складки, обнажая рубиновый клитор размером с перепелиное яйцо. Майк смотрел на нее, пока она проделывала всю работу, используя свои крылья как рычаг, чтобы поднимать и опускать бедра. Он сделал все возможное, чтобы войти глубже, но она удерживала его на месте.
— Ослабь хватку, — сказал он, шлепая ее по бедрам, чтобы привлечь внимание. Абелла сначала проигнорировала его, но, наконец, поняла в чем дело, когда Майк крикнул от боли. Она сильно давила на его бедра, ее каменные ноги царапали кожу по бокам. Она замедлилась, давая ему пространство для маневра.
— Это так горячо, — прошептала она, касаясь его груди свободной рукой. — Я чувствую, какая теплая у тебя кожа, когда ты внутри меня, Майк. Люди такие теплые и мягкие, и. .. — Ее зубы стиснулись, и она дернулась, ударившись спиной о скалу и разбрасывая крошечные камни своими трепещущими крыльями. Ее возбуждение передалось ему, и он положил руки на ее гладкую грудь, сжимая ее так сильно, как только мог. Он вышел полностью, дразня ее треугольную щель головкой своего члена, прежде чем вернуться обратно. Каждый раз, когда он делал это, Абелла задыхалась, когда его яйца шлепались о ее холодные ягодицы.
— Вот дерьмо! — Майк напрягся, а затем кончил. Его глаза расширились, он почувствовал внезапный отток энергии. Абелла притянула его к себе, задыхаясь и бормоча что-то по-французски, пока он обмякал у нее на руках.
Мелкие капли дождя падали ему на лицо. Он устроился у нее на груди, на его лице играла глупая улыбка. Она провела пальцами по его волосам.
— Это сработало? — спросил он ее, переводя дыхание.
— Есть только один способ узнать, — сказала она ему. Он вышел из нее, наблюдая, как ее влагалище закрывается, скрывая в нем всю свою сперму. Она встала, ее крылья расправились бурным ветром, который несся на них издалека. Она спрыгнула с уступа, широко расправив крылья, и закружилась над долиной.
Майк возился со своими брюками, застегивая их, когда она вернулась.
— Мы должны торопиться, — сообщила она ему, взмахнув крыльями, чтобы зависнуть над ним. — Я снова начинаю ослабевать.
— Тогда давай сделаем это. — Он схватил ее за лодыжки, и она нежно обхватила его запястья своими ногами. Поднявшись в небо, они стали медленно описывалть круги, постепенно подымаясь все выше и выше. Как только они оказались достаточно высоко, Абелла взяла курс к оранжерее, искривленной стеклянной стене, которая поднималась в небо, пока не исчезла из поля зрения. Лианы мандрагоры двигались по другой части утеса, все еще выискивая свою добычу. Они пролетели над Мандрагорой, пробив одну из ранее сломанных панелей оранжереи. Абелла и Майк кубарем влетели во двор, пока не остановились, глядя в темнеющие послеполуденные небеса Земли.
KROT1 пишет:
ИСФИСФЕЙ АЛЕБАСТРОВИЧ СИНЕМЯТАЧКИН ТАМ БЫЛ И ВЫПОРОЛ ЕЁ ОН ПОРОЛ, ОНА СМЕЯЛАСЬ ПОТОМ ВСТАЛА И ОБЕЩАЛА ХОРОШО СЕБЯ ВЕСТИqwerty пишет:
крутоhabibhon пишет:
Хороший не забываемий рассказArevuare пишет:
Кажется, я впервые влюбился в автора.. Хочу тобой также владеть, где бы ты ни была!Серж пишет:
Просто волшебноЛеушин пишет:
Немного сумбурная, как жизнь, история о Любви, почему то запавшая в душу..Максим пишет:
Отличный, чувственный и романтичный рассказ о сильной любви(которая, уверен, пройдёт любые испытания)! Я хотел бы такие отношения с моей мамой и девушкой - стать их верным куколдомКунимэн пишет:
Лучше бы бабка не пердела )))Илья пишет:
Спасибо за рассказ!Получил удовольствие и воспоминания нахлынули…Олег пишет:
Ну зачем самоедство? Ну переспал, ну доставил ей удовольствие! А совесть должна спать.Monika09 пишет:
Я была в шокеРаФАэЛь 145 пишет:
фуу!! из-за того, что сестра и парни издевались над парнем, которым им жопы лизал - этот рассказ получает худшую оценку! ненавижу такие рассказы! особенно, когда лижут волосатые грязные пацанские жопы! фу! та и сестра хороша, тупорылая! ей лишь бы потрахаться, дура конченая!PetraSissy пишет:
Классный рассказ.Хотелось бы и мне такDen пишет:
С нетерпением жду продолжения больше извращения и лесбийской любви принуждения.ВладО пишет:
Жили на первом этаже, а другие в подвале жили? Жаль в рассказе правды нет.